Вот так мы и пилотируем

• Александр Привалов

Прочитанная нами только что статья о Калининградской области и так грустна, а мне показалась и того грустнее: два с небольшим года назад я ходил по тому же городу и беседовал с теми же, в общем-то, людьми - и тогда ситуация внушала много больше надежд. Хотя уже тогда внушала опасения.

Уже тогда было ясно, как мало Россия в лице своего эксклава готова к тому, чтобы оказаться в кольце бесчисленных законов ЕС, регулирующих все что угодно, от визового режима до шумности самолетов, каким-то непременно отяготительным для нас образом. Уже тогда было очевидно, что Москва не выказывает ни малейшего понимания нужд региона, без конца перетряхивая и без того не очень богатые умом регуляции, обеспечивающие региону хоть какое-то выживание. Уже тогда било в глаза нарастающее отчуждение жителей области от страны, гражданами которой они являются.

Но тогда, повторяю, было больше надежды. Все мои тамошние собеседники - и чиновники, и предприниматели - были под сильным впечатлением от появления в официальных документах многообещающей формулировки: Калининградская область - пилотный регион России. Мол, именно на примере своего эксклава Россия будет отрабатывать способы включения в европейскую интеграцию. Этот, действительно здравый, подход внушал ожидания - как выяснилось, завышенные. Чудес высшего пилотажа власть не продемонстрировала: ей все кажется, что спешить некуда. Это оттуда, с пятачка между Литвой и Польшей, очевидно, что третьего не дано: либо мы присоединяемся к Европе, либо она от нас будет жестко отгораживаться. Из Москвы такая - предельно конкретная! - постановка вопроса все еще кажется слишком абстрактной. Никаких телодвижений, которые показали бы Калининграду ли, Европе ли, самой ли Москве, что проблема хотя бы принимается в расчет, Москва так и не сделала.

Нет, за истекшие годы были и достижения. Точнее говоря, одно достижение: с горем пополам разрешена проблема с транзитом через Литву граждан России, едущих в Калининград и из него. Но слишком уж радоваться тут нечему. Во-первых, в решении этой проблемы Европа была заинтересована больше нас: запугав саму себя ярко намалеванной картинкой спидо-наркотического гнойника посреди своих стерильных просторов, она никак не захотела бы слишком уж затруднять нежелательным для себя персонам путь восвояси. Во-вторых, нам пришлось использовать предпоследнее, не считая собственно войны, дипломатическое оружие - давление личным авторитетом президента России; хорошая дипломатия обычно выглядит иначе. Наконец, найденный компромисс терпим, но отнюдь не праздничен. Хорошо бы нам к дальнейшим дипломатическим баталиям подготовиться хоть капельку получше.

Что же до экономической ситуации в регионе, то она оказывается, на мой взгляд, приговором всей череде наших бесконечных реформ. Калининградцы говорили и говорят, что у Москвы нет продуманной политики по отношению к проблемам эксклава. Это действительно так, но тут лишь следствие, а не причина. У России в самом западном ее регионе, конечно, должна быть несколько специфическая политика, но специфическая по отношению к чему-то; она должна быть вариацией какого-то известного мотива, но сам мотив-то должен быть! Констатируя, до какой степени российская власть не умеет стимулировать то или это (средний бизнес, промышленное производство - да что угодно) в Калининградской области, мы попусту колеблем воздух. А в Курганской области она умеет все это стимулировать? Нет? Так в эксклаве-то ей тем более не справиться - там сложнее.

Другое дело, что оттуда, из Калининграда, это общероссийское качество нашей политики кажется личной обидой: "нас забыли, о нас не думают"... Сограждане, утешьтесь: они точно так же не думают и о любом другом регионе. Особость Кенигсбергщины в том, что только здесь из-за беспомощности федеральной власти возникают идеи, прямо свидетельствующие о ментальном отъединении от России - вроде пошлин на "экспорт" в основную часть страны. Со временем таких идей будет больше.

Жизнь инерционна. Субъектов международного права, готовых вслух заговорить о возврате Восточной Пруссии, на наше счастье, не имеется. Говорить об отпадении "янтарного края" от РФ в обозримой перспективе не придется. Только это, мне кажется, никого не оправдывает.