Слияние и обнуление

• Алексей Крижевский

"Мумий Тролль" стал локомотивом "революции рокапопса" 1997 года, во время которой была свергнута власть постсоветского рока 80-х, а рок-музыка вернулась в центр общественного внимания в облегченном поп-варианте. Кажется, капитал паблисити, сколоченный Ильей Лагутенко за годы сумасшедшего успеха, продолжает работать до сих пор. После не самого видного альбома "Меамуры", благозвучного, блеклого, пропитанного каким-то карамельным эротизмом, коллектив записал, видимо, лучшую пластинку в своей истории - саундтрек к фильму "Похитители книг". Полный неожиданных инструменталов, каких-то изумительных романсов (почти все песни стали хитами), этот диск просто-напросто вывел группу в другую плоскость и заставил даже самых враждебных критиков пропеть ей дифирамбы. После "Похитителей" "Мумий Тролль" встал перед довольно странным выбором: либо сделать вид, что этого киномузыкального шедевра не было вовсе, и продолжить свое существование в рамках карамельно-эротического дискурса, либо радикально изменить стиль. Между этими двумя тропинками Лагутенко ухитрился выискать третью. Взрослый мальчик с лисьей внешностью снова всех обманул. И даже название его нового альбома - "Слияние И Поглощение" - просто обманка: на социально-экономическое звучание титула пластинки покупаться не надо (лишь в одной из песен Лагутенко описывает чувства к женщине в терминах, какие обычно встречаются в бизнес-планах). "Слияние" не претендует на попадание в скрижали поп-музыкальной вечности, это боевитый синти-поп без излишеств и виньеток. Лишь одна вещь - романс "Непокой" - вызывает легкую ностальгию по прошлому, "киношному" альбому. Но только ловишь себя на этом чувстве, как в благородную лагутенковскую грусть комично влезают похотливые стоны бэк-вокалисток. Отцы рокапопса с достоинством выпутались из собственноручно поставленного капкана - записали вполне коммерческий альбом, несильно погрешив против вкуса и не ударившись в самоповторы.

Леонид Федоров, номинально оставаясь лидером полулетаргического "АукцЫона" (группа концертирует, но не выпускает ничего нового с 1994 года), давно уже работает с самыми разными музыкантами в формате свободного сотрудничества, привлекая, помимо прочих, импровизационных авангардистов из "Волковтрио", ансамбль духовной музыки "Сирин" и поэта Анри Волохонского. Нынешная работа - записанный совместно с Владимиром Волковым диск "ТАЯЛ", по всей видимости, самое яркое подтверждение того, что пора бы уже перестать называть Федорова рок-музыкантом. Строго говоря, сам альбом сложно считать пластинкой. Это своего рода аудиоальманах импровизационного искусства. Волохонский читает изумительные стихи, музыканты играют духовную музыку композитора Владимира Мартынова, под которую Федоров декламирует текст латинского гимна. Среди всего этого есть только две собственно песни, да и то их правильнее было бы назвать напевами - своей теплой заунывностью они напоминают хасидские нигуним. У свежей федоровской студийной работы есть одно важное качество: ее авангардная мощь не причиняет ущерба слуху и рассудку слушателя и явно будет принята им куда более горячо, чем прошлогодние проекты по музыкальному освоению поэзии Анри Волохонского ("Реки и горы") и наследия автора "Улисса" ("Джойс"). Нынешний Федоров и собравшаяся вокруг него "община искусств", вероятно, единственные, кто может поместить на обложку своей записи джоттовскую фреску "Св. Франциск" и не выглядеть при этом претенциозным.

Шестнадцать песен своего нового альбома Борис Гребенщиков написал в отпуске, всего за месяц. Услышав их, группа бросила вялотекущую работу над очередной перезаписью старого и лучшего и немедленно взялась записывать свежий материал. Так появилась пластинка "Zoom Zoom Zoom", которую "Аквариум" представит во МХАТе на Тверском бульваре в ближайший четверг. Альбом не козыряет никакими аранжировочными изысками: сбалансированный фирменный звук с грустными синтезаторными аккордеонами в балладах и веселыми перестуками перкуссии в регги- и латино-номерах; хор африканских вокалистов на вступлении и пара смешных вскриков в псевдорастаманских распевах. К выходу каждой своей студийной новинки Гребенщиков обязательно сочиняет некую псевдофилософскую максиму, которую потом озвучивает журналистам. Три года назад, рассказывая о "Сестре Хаос", БГ говорил печальное: "Всем очень уютно в своих могилах. 'Сестра' - это наша попытка выбраться из нашего персонального гроба". Теперь звучит другое: "Наступила гениальная эпоха 'нулевых' - все ориентиры и системы координат стали недействительны, можно отставить концепции, открыть глаза и просто жить". Неизвестно, был ли лидер "Аквариума" серьезен в этой реплике, однако тривиально-жовиальный дух альбома "Zoom Zoom Zoom" она выражает весьма точно.

Интересно, что еще лет десять назад главным героем подобной публикации был бы только "Аквариум", а "АукцЫон" с "Мумий Троллем" разве что упомянуты. Похоже, что теперь постсоветская вертикальная иерархия музыки, выстроенная сначала для борьбы с властью, а затем с засильем одноклеточной попсы, окончательно распалась. В своей книге "Nobrow" колумнист "Нью-Йоркера" Джон Сибрук развивает популярную ныне теорию трайбов: единого тела культуры нет, дихотомия высокое-низкое больше неприменима в описании ее процессов. Культура теперь равняется диалектическому взаимодействию разных субкультур, каждая из которых время от времени выходит на передний план и становится "трендовой". По сути американский апологет-популяризатор этой модной теории говорит о том же, что и БГ в своих рассуждениях про "просто жизнь в 'эпоху нулевых'". Три свежие работы трех "людей силы" свидетельствуют о начавшемся процессе децентрализации самой субкультуры русского рока, к которой все прямо или косвенно относятся. Ни представленный "Аквариумом" рок 80-х, ни лагутенковский рокапопс, ни заоблачный авангард Федорова не являются лидерами отечественной рок-культуры: теперь каждый - кулик на своем, порой весьма живописном, болоте.

• Музыка
• Люди и тени Лены Катиной в мире, где больше нет t.A.T.u.
• Музыка