О Дне Победы

Разное
Москва, 25.04.2005
«Эксперт» №16 (463)

Я не знаю точно, кто эти двенадцать офицеров на фотографии, стоящей у меня на полке. Для звена вроде много, для эскадрильи мало. Видимо, все-таки эскадрилья, по понятным причинам недоукомплектованная. Мой отец стоит в третьем ряду. На гимнастерке у него еще ничего нет - ни орденов, ни нашивок, даже гвардейского значка еще не дали. Стало быть, он только-только прибыл в полк - самое начало лета сорок четвертого. До этого он почти два года перегонял машины с авиазавода, инструкторствовал в летной школе в голодном Куйбышеве и писал рапорты, просился на фронт. Наконец отпустили. Из всех людей на карточке у него одного на лице счастливая улыбка, остальные серьезнее.

Прямо перед ним сидит Василий Михайлович Пономарев, будущий его комэска и друг на всю жизнь; для меня же в первые мои двадцать лет - дядя Вася, потом - просто Вася и тоже, смею утверждать, друг. У него пока только Красное Знамя и Отечественная война II степени - медалей эти люди, ясное дело, не носят. Звезда Героя и иконостас в два ряда появятся у него позже, а нашивок за ранения, кажется, так и не будет. Во всяком случае, не сбивали его ни разу - он был летчик от Бога, великий летчик. Только по числу боевых вылетов полагалось бы ему быть дважды Героем, но вторую звезду начальство зажало, да и первую-то дали с большим опозданием (ср. "Уловку-22" - в этом смысле мы от союзников мало отличались).

Штурмовиков с сотнями боевых вылетов было немного, еще меньше, чем истребителей. Ил-2, "летающий танк", был, конечно, замечательной машиной, был, возможно, и вправду самым полезным самолетом Второй мировой, но долгожительству среди летного состава не способствовал: брюхо у него было бронированное, плоскости же и хвостовое оперение - нет. А работал он на малых высотах и летал небыстро, вот и били их в ужасающих количествах, и с земли и с воздуха. Стрелков-радистов убивали еще чаще, чем летчиков: тех сзади прикрывала броневая перегородка, а спереди - мотор; стрелка же, сидящего спиной к той же самой перегородке, с лица не защищало практически ничто. У моего отца убило двоих стрелков, а третий спас ему жизнь.

Мой отец не был великим летчиком, и сбивали его не раз. Но он был очень везучим человеком: он выжил. В последний раз, в марте сорок пятого года, он выжил чудом. Он не дотянул подбитую машину до аэродрома - она рухнула на нейтральной полосе. Стрелка при ударе о землю выкинуло из самолета, и он с переломанными костями застрял на дереве. Когда стемнело, пришли наши. Сняли стрелка с дерева, поволокли было к своим, а он в крик: без командира не пойду. Ему говорят: о чем ты? Посмотри, кабина всмятку, он мертвый давно! А стрелок ни в какую: пока не вытащите командира, не пойду. А немцы-то в ста метрах... Отца вытащили, и он оказался еще жив. Ранен, контужен, отравлен бензиновыми парами, потом два года по госпиталям, но ведь выжил!

Они - и отец, и Василий Михалыч, и другие фронтовики, бывавшие у нас в доме, - мало говорили о войне как таковой. Друг другу им рассказывать было нечего: фраза-другая - и все вспомн

У партнеров

    «Эксперт»
    №16 (463) 25 апреля 2005
    Инфляция и экономический рост
    Содержание:
    Не злое зло инфляции

    Инфляция сегодня не является первоочередной проблемой. Куда более опасна наметившаяся стагнация производства. Расшивка отраслевых ограничений выпуска, налоговое стимулирование инвестиций, грамотная таможенная политика - вот что надо для роста предложения. А вот ускоренное укрепление рубля и денежное сжатие только навредят делу

    Разное
    Спецвыпуск
    Международный бизнес
    Наука и технологии
    Книги
    На улице Правды
    Реклама