Шоу мыслящих тростников

Культура
Москва, 14.11.2005
«Эксперт» №43 (489)
Фестиваль NET свидетельствует об изменении мирового театрального ландшафта. В мире, где за человеческий идеал отвечает гламур, театр занимается философией обыденности

15 ноября спектаклем Андрея Могучего "Между собакой и волком" в Москве открывается фестиваль NET (Новый европейский театр). Он возник в конце 90-х, стал первой негосударственной театральной инициативой, и в стране, где государство еще не было отделено от культуры, казался чем-то совершенно неправдоподобным. Еще более удивительной выглядела по тем временам задача фестиваля: представить московским зрителям театральное поколение тридцатилетних. В Западной, как, впрочем, и в Восточной Европе, это поколение заявило о себе в 90-х во весь голос - Оскарас Коршуновас, Алвис Херманис, Гжегош Яжина, Томас Остермайер, Арпад Шиллинг, Ромео Кастелуччи. В России молодых режиссеров фактически не было. Позднезастойные геронтофильские традиции в театральной сфере оставались на удивление сильны, и оттого слово "новый" в названии фестиваля было поначалу всего лишь синонимом слова "молодой".

С течением времени смысловой акцент этого прилагательного сместился. Оно стало означать не столько возрастной ценз, сколько эстетические параметры. Стало ясно, что Новый европейский театр не выдумка резвящейся молодежи, а реальность, благодаря фестивалю данная нам в ощущениях. Теперь, по прошествии лет, можно попытаться эти ощущения как-то обобщить. Облечь в слова. Понять, как изменился за последние годы мировой театральный ландшафт.

Танцы мыслящих тростников

А он ведь и впрямь изменился. И очень даже решительно. Первое, что бросается в глаза, - новый театр чурается всего возвышенного. Сыграть величественных и прекрасных Сида, Аиду, Ипполита или Норму, не впав при этом в чудовищную пошлость, на сегодняшней сцене уже почти невозможно. Идеал (в первую очередь идеал физической красоты) оказался дискредитирован, стал частью вездесущих гламура и масскульта. Настоящему же искусству красота, возвышенность, величавость стали как-то не к лицу. Вот прежде были к лицу, а теперь нет. Теперь им на смену пришла непафосная документальность. Герои в спектаклях едва ли не всех значимых современных режиссеров - не только драматических, но и оперных (Петер Конвичный, Кристоф Марталер, Йосси Виллер и Серджио Морабито, Франк Касторф, Люк Персеваль) - чаще всего выглядят, как мы с вами. У этих персонажей знакомые интонации, знакомые жесты, знакомая одежда (не прекрасная, а именно знакомая). Их главная особенность - неразличимость в толпе. Это тренд времени, в котором между идеальным и реальным пролегла непреодолимая пропасть. Печальный, но совершенно очевидный итог эволюции искусства. Оно не задает, как прежде, жизни высокие стандарты - теперь оно само покорно идет к ней на выучку.

Неслучайно чуть ли не главным сценическим эквивалентом ритмов и чувствований современной жизни стал модерн-данс, столь популярный сейчас на всех самых престижных театральных форумах Европы (на нынешний NET приедет одна из его корифеев - Анук Ван Дайк с последней своей премьерой "Головы"). Тут ведь тоже сделали героями не прекрасных премьеров и премьерш, властелинов сцены и собственных тел, а похожих на нас, некрасивых, неприкая

У партнеров

    «Эксперт»
    №43 (489) 14 ноября 2005
    Бунт во франции
    Содержание:
    Революция у них в крови

    Если французское правительство не сумеет решить застарелые проблемы общества, Франция может подарить Европе еще одну великую революцию

    Наука и технологии
    На улице Правды
    Повестка дня
    Реклама