Шаг от пропасти

Политика
«Эксперт» №22 (516) 12 июня 2006
Рано или поздно Иран станет ядерной державой. Сейчас решается, удастся ли ему добиться этого без войны с Западом
Шаг от пропасти

На переговорах вокруг ядерной программы наметился некоторый прогресс. На прошлой неделе делегация во главе с представителем ЕС по внешней политике Хавьером Соланой представила Тегерану целый пакет предложений, согласованный в Вене на встрече шести стран (США, России, Китая, Франции, Великобритании и Германии). Подробности этих предложений не разглашаются. Известно лишь, что обещают Ирану очень многое. Даже всегда бесстрастное лицо главного иранского переговорщика Али Лариджани выглядело заинтересованным.

Главное условие, которое должен выполнить Иран, — остановить работы по обогащению урана. Если же суперщедрое предложение мирового сообщества будет отвергнуто, то Ирану грозит полномасштабная экономическая и политическая изоляция. Так, возможны запрет на выдачу виз представителям властей Исламской республики, замораживание зарубежных активов Ирана, блокирование финансовых сделок, осуществляемых иранскими чиновниками и лицами, причастными к ядерной программе, запрет на поставки оружия. В худшем случае все вышеперечисленные меры будут сопровождаться нанесением военного удара по Ирану.

Времени на размышление Ирану дано немного — до начала саммита «большой восьмерки» в середине июля. В крайнем случае Ирану удастся протянуть до осени.

Ядерная луковица

Может ли Тегеран отказаться от собственной ядерной программы? Дать ответ на этот вопрос гораздо сложнее, чем кажется.

С одной стороны, ядерную программу Ирана часто называют луковицей — у нее много уровней и много целей. Неясно даже, в каком состоянии находится эта программа. По мнению большинства экспертов, что могут иранцы и чего они не могут, твердо не скажет никто. Все зависит от того, какой именно слой своей ядерной программы Иран демонстрирует наблюдателям.

С другой — совершенно очевидно, что собственная ядерная программа — абсолютный приоритет для нынешнего правительства Ирана. Тегерану она нужна, чтобы обезопасить себя от возможного вторжения США или ударов Израиля. Надо помнить и о том, что сегодня Иран фактически окружен ядерными державами: Индия, Пакистан, Китай, Израиль, Россия. Стремление Тегерана встать вровень со своими соседями вполне естественно.

«Разумеется, я ни на минуту не подвергаю сомнению слова иранских лидеров о том, что они не стремятся к созданию ядерной бомбы, поскольку это противоречит исламу, шариату и так далее. Я лишь задаю себе вопрос — и не только я один: зачем им тогда ракетоносители такой мощности? Чтобы перебрасывать динамит с континента на континент? Без оружия массового поражения эти ракетоносители просто бессмысленны. Это все равно что покупать дробовик слоновьего размера, если вы идете охотиться на вальдшнепа. Сегодня обладание оружием массового поражения — это гарантия неприкосновенности», — считает директор института Ближнего Востока Евгений Сатановский.

Аналогичного мнения придерживается и научный сотрудник британского Королевского института международных отношений Али Ансари: «Внутриполитический консенсус в Иране поддерживается атомной программой. Элиты, а чере

Худой мир

Иран становится предметом спора между другими цивилизациями за право влиять на его развитие. США, Европа, Россия и Китай имеют обширные экономические интересы в этом регионе. Иран — большая страна, богатая природными ресурсами и после многих лет экономической и политической изоляции нацеленная на быстрое технологическое развитие. Это лакомый кусок для того, кто сумеет заслужить доверие местных властей. Сегодня присутствие западных компаний там сведено к минимуму — основную технологическую помощь оказывают российские и китайские специалисты. Китай уже сегодня получает 18% иранского нефтяного экспорта и в ближайшем будущем рассчитывает на значительный рост поставок.

Впрочем, планам Китая, возможно, не суждено сбыться. Европа и США постепенно приходят к мысли, что если уж невозможно удержать Иран от превращения в региональную сверхдержаву, то дружить с ним намного выгоднее, чем враждовать. Довольно обширная группа американского истеблишмента считает, что, учитывая иракский опыт, доступ к иранской нефти намного проще получить мирным путем.

Европейцы так же имеют свой интерес в Иране. «Если Иран согласится свернуть свою ядерную программу, то реактор на быстрых нейтронах будут строить европейские компании. То же самое относится и к другим технологиям, и к поставкам ядерного топлива. Значительная роль в урегулировании конфликта поможет европейцам обеспечить контракты в разработке иранских запасов нефти и газа. Иран имеет вторые крупнейшие в мире запасы природного газа, а Европа сейчас активно ищет новых поставщиков, чтобы повысить собственную энергобезопасность, диверсифицируя поставки», — говорит Нил Патрик.

Если примирение Запада и Ирана состоится, то могут серьезно пострадать и российские интересы. «Западные ядерные технологии значительно экономичнее. Европейцы и американцы строят быстрее. Например, мы уже десять лет строим станцию в Бушере мощностью 1000 мегаватт. А французский аналог имеет мощность 1600 мегаватт, и французы готовы построить такую станцию за три года», — говорит Раджаб Сафаров. Если у Ирана исчезнут идеологические и политические препятствия, он быстро поменяет деловых партнеров.