Мы ее теряем

Спецвыпуск
«Эксперт» №46 (540) 11 декабря 2006
Проблема ухудшения структуры запасов и падения коэффициента нефтеотдачи может быть решена с помощью прогрессивных методов добычи трудноизвлекаемой нефти. Для распространения этих методов необходимо внедрить финансовые и налоговые стимулы для использующих их нефтяников и усилить контроль за деятельностью добывающих компаний
Мы ее теряем

Все 15 постсоветских лет отечественные нефтяные компании по большому счету проедали заделы СССР — текущее приращение извлекаемых запасов нефти оказывалось меньше объемов ее добычи (см. график 1). Даже резкий рост «благосостояния» нефтяников в последние годы не мог выправить ситуацию.

Одна из причин негативной тенденции — недостаток геологоразведочных работ и открытия новых месторождений — в прессе обсуждается постоянно. Куда реже упоминается другая, не менее значимая, тенденция к уменьшению проектного коэффициента извлечения нефти (КИН) — ключевого показателя, характеризующего процесс нефтедобычи (см. «КИН и другие страшные звери»). При освоении новых месторождений нашей страны все меньшая доля запасов нефти переходит из категории разведанных в извлекаемые — показатели воспроизводства запасов ухудшаются, все больше ценного сырья планируется навечно оставлять в земле.

Почему же рыночная экономика и высочайшие цены на энергоносители не заставляют нефтяников полнее использовать доставшиеся им ресурсы и бороться за каждый баррель нефти? Мы решили разобраться.

Все ниже и ниже

Проектный КИН падает в нашей стране уже несколько десятилетий: с 1960 года этот показатель снизился почти в полтора раза. Столь значительное сокращение эквивалентно потере ни много ни мало 15 млрд тонн нефтяных запасов. Чтобы понять масштаб этой цифры, достаточно отметить, что она приблизительно соответствует совокупному объему нефтедобычи за всю историю нашей нефтянки, или текущему объему российских извлекаемых запасов. Если же предположить, что с каждого добытого барреля страна получает 15 долларов чистого дохода, в денежном выражении потери составят более 1,5 трлн долларов.

В значительной степени негативный процесс предопределен не зависящими от нефтяников объективными факторами. Сначала, как правило, разрабатываются лучшие из открытых месторождений, по мере их выработки добывающие компании принимаются за все менее привлекательные и все более трудноизвлекаемые запасы. Соответственно, утверждаемые по ним проектные КИНы уменьшаются. Именно такая ситуация наблюдается у нас в стране (см. график 2 и график 3).

На этой грустной ноте можно было бы закончить, если бы не один важный момент. Негативной тенденции ухудшения структуры запасов и повышения доли трудноизвлекаемой нефти могут противодействовать технический прогресс и разработка новых методов нефтедобычи. И, как выясняется, не только может, но и успешно противодействует. Правда, не у нас.

А ты применяешь МУН?!

В последние десятилетия наряду с традиционными первичными и вторичными методами добычи нефти стали получать все более широкое распространение третичные методы, или так называемые методы увеличения нефтеотдачи (МУН, см. таблицу), которые могут использоваться после или одновременно с первичными и вторичными. Их применение обычно дает прекрасные результаты: объем извлекаемой на поверхность нефти (и, соответственно, конечный КИН) увеличивается в полтора и более раз по сравнению с традиционными способами добычи. Причем наиболь