Русский Вавилон

Тема недели
«Эксперт» №4 (545) 29 января 2007
Редакционная статья
Русский Вавилон

Проблема миграции и мигрантов сегодня одна из самых актуальных — во всяком случае, граждан России она волнует куда больше и затрагивает куда острее, чем любые газовые войны. Более того, она обречена стать одной из тех проблем, которые будут формировать политическую повестку дня на ближайшие десятилетия. И с каждым годом вопрос этот будет стоять все острее, отсутствие решений будет все болезненнее, а ошибки — как в выборе стратегии, так и в конкретных действиях, — все катастрофичнее.

Однако сегодня, и в этом надо отдавать себе отчет, мы не способны не то что выработать эффективную стратегию, но даже более или менее внятно сформировать общие ориентиры. Как только дискуссия (политическая, научная или даже бытовая) хоть немного выходит за рамки радикальных воззрений на место мигрантов в России, сразу возникают серьезные осложнения. Если нам нужны мигранты, то в каком количестве, какие, откуда их брать и как будет с ними уживаться коренное население? Если нам нужно проводить максимально жесткую политику ограничения количества мигрантов, то откуда брать рабочих на стройки, продавцов на рынки? И по мере усложнения разговора вопросы множатся и рассыпаются веером.

На самый простой вопрос — сколько у нас сейчас мигрантов — нет ответа даже приблизительной точности: разброс цифр, приводимых различными источниками, достигает десяти миллионов. В этой ситуации дискуссия может ходить только по кругу, причем тон в ней будут задавать маргиналы, которым как раз все ясно. Трудно сказать, чего именно хотел Путин, когда после Кондопоги потребовал навести порядок на рынках, — но это его выступление, как и последующие решения правительства, свидетельствует о том, как легко в этой ситуации маргинальные позиции могут влиять на ключевые политические решения. Разумеется, нет ничего катастрофического в том, что рынки сегодня опустели, а завтра на их месте появятся торговые центры: в стране много нефти и газа, а потому все как-нибудь да уляжется, даже, может, и к лучшему завернет. Но уже в ближайшем будущем ситуация будет куда напряженнее, и каждая такого рода ошибка может привести к весьма печальным последствиям.

Необходимо хоть как-то сдвинуть ситуацию с мертвой точки и начать отвечать на те вопросы, без ответов на которые миграционная проблема может стать роковой. Слава богу, кое-какое время у нас для этого есть. И дело не только в газе и нефти. Русский мир более или менее устаканился, и Россия начала ассимилировать поток мигрантов 90-х. При этом очевидно остановился поток мигрантов из Закавказья, более того, многие азербайджанцы стали возвращаться домой — население Гянджинского района (в 90-е он был главным поставщиком азербайджанских мигрантов в Россию) в прошлом году выросло почти на треть. Сократился и поток мигрантов из Белоруссии и с Украины. Таджикский поток стабилизировался, а узбекский заморозился.

Кстати, именно этот узбекский поток должен теперь стать предметом особо тщательного изучения. Если мы хотим понимать, как выстраивать миграционную политику завтра, то с