Отнять и заплатить4

• Евгения Обухова

В вялотекущей пенсионной реформе случился полноценный скандал. 2 февраля Министерство здравоохранения и социального развития вывесило на своем сайте «Предложения по совершенствованию пенсионной системы Российской Федерации». Зачем понадобилось всегда осторожному Минздравсоцразвития выносить на публичное обсуждение «сырые», по его же словам, наработки, можно только гадать (Михаил Зурабов должен докладывать о своем видении пенсионной системы на правительстве лишь в середине апреля).

Что предлагают

Напомним, что с 2003 года средства, которые работодатели платили в ПФР в виде части ЕСН, направлялись на именные счета работников. 4 из 28% налога шло в накопительную часть, 10% — в страховую и 14% — в базовую. С 2008 года размер отчислений в накопительную часть должен был вырасти до 6%.

Теперь Минздрав предлагает с 2008 года «упростить учет и движение средств в накопительной пенсионной системе… Суммы поступающих накопительных взносов “молчунов” (тех, чья накопительная часть пенсии по умолчанию осталась в ВЭБе. — “Эксперт”) направить на две цели: обеспечение перевода накоплений в негосударственные пенсионные фонды и управляющие компании по выбору застрахованных лиц, а также на выплату текущих пенсий. Последнее можно осуществлять вместо финансирования дефицита Пенсионного фонда за счет средств федерального бюджета». Если изложить витиеватые предложения Минздрава простыми словами, выйдет вот что: граждане могут выбрать между накопительной частью, которую должны обслуживать частные компании, и страховой частью, в которую будут трансформированы через определенный промежуток времени средства «молчунов» (если те не перейдут в частные компании).

«Если мы внимательно посмотрим на предложения Минздравсоцразвития, то увидим, что накопительная часть не отбирается у людей, а переводится в страховую часть пенсии, — поясняет заведующий сектором фонда “Бюро экономического анализа” Ростислав Кокорев. — И там и там у гражданина-“молчуна” возникает всего лишь некоторое право требования к государству. Различие в том, что страховая часть будет индексироваться, а накопительная — инвестироваться. Но поскольку деньги “молчунов” все равно вкладываются в госбумаги, то не факт, что накопительная часть у них в итоге вырастет намного больше, чем страховая».

Как может быть

Остановимся сначала на плюсах предложений Минздравсоцразвития. Решать проблему с накопительной частью нужно обязательно: совсем скоро на всех «молчунов» просто не хватит государственного долга, а экономика между тем задыхается без длинных пенсионных денег. Следовательно, нужно стимулировать переход «молчунов» в частные компании за определенный период. И вот тут-то и начинаются минусы. Совершенно непонятно, зачем при этом забирать накопленные «молчунами» деньги на финансирование дефицита Пенсионного фонда. «Проблема в том, что у ПФР существует конфликт интересов — с него спрашивают только за выплату пенсий нынешним пенсионерам (именно на это уходят деньги, перечисляемые на страховую часть пенсии), — говорит независимый эксперт Олег Колобаев. — Поэтому есть очень большой соблазн пустить на эти выплаты заодно и средства накопительной части пенсии, что, мы, собственно, и наблюдаем».

А самое печальное то, что разработки ведомства Зурабова ставят на пенсионной реформе большой жирный крест, что, в свою очередь, готовит яму всему бюджету. «Обеспечение прав требования по страховой части пенсии (будущие поступления ЕСН) выглядит менее надежным, чем по накопительной части (какие-никакие, а все же ценные бумаги), — говорит Кокорев. — Ведь число работающих граждан по отношению к числу пенсионеров неуклонно сокращается, поэтому в перспективе дефицит распределительной системы все равно будет воспроизводиться. Именно это — основной довод в пользу перехода к накопительной системе. Поэтому надо говорить не столько о том, что ущемляются интересы отдельных людей, сколько о снижении долгосрочной финансовой устойчивости системы пенсионного обеспечения в целом». И основная цель накопительной части трудовой пенсии заключалась как раз в том, чтобы приобщить к накоплению как можно больше людей — чтобы они со временем перешли к добровольным пенсионным планам. Впрочем, есть и еще одна маленькая проблема: доверие к государству и к самому институту накопления. Без него запустить настоящую пенсионную реформу невозможно в принципе. Но инициативы Минздравсоцразвития только подрывают доверие.

В своих предложениях Минздрав, помимо прочего, четко высказался против «принудительного» перевода денег «молчунов» в несколько специально отобранных частных УК, который активно обсуждался в правительстве еще год назад. Однако в ведомстве Зурабова почему-то не рассматривают менее радикальные варианты, позволяющие сохранить и накопительную часть, и свободу выбора. «Лично мне нравится такой вариант: ликвидировать “молчунов” как класс и обязать всех застрахованных лиц в течение определенного переходного периода перевести накопительную часть в НПФ или в частные УК (возможно, оставив государственную УК как один из вариантов осознанного выбора, а не “выбора по умолчанию”), — рассуждает Кокорев. — Это, конечно, требует нормальной разъяснительной работы». Еще один вариант — создание трех-четырех унифицированных пенсионных портфелей, среди которых будет и портфель госбумаг; единственное, об этом должны договариваться между собой частные УК и НПФ, отмечает Колобаев. Возможностей решить проблему с «молчунами», не тронув собственно накопительную часть, масса. Было бы желание.

• Частное пенсионное обеспечение становится мощной индустрией, которую сложно не замечать. Однако для того, чтобы она выполняла предназначение, и государству, и профучастникам необходимо как можно скорее договориться и снять ряд серьезных ограничений
• Накопления снова под угрозой
• Рынок покинул очередной частный пенсионный фонд