Путеводитель по опасной трясине

• Александр Механик

Как пишут в своем предисловии редакторы издания «Национализм в мировой истории», национализм настолько разнообразное явление, что, по мнению многих специалистов, «невозможно сформулировать какую-либо единую универсальную теорию национализма. При этом речь должна идти не только о разных моделях национализма в разных регионах мира или о разных этнических национализмах, но и о вариативности в рамках, казалось бы, единой традиции».

И сама предлагаемая читателю книга тому подтверждение — настолько разнообразен мир концепций национализма и самих национализмов, которые она представляет и подвергает критическому анализу. Вот почему мы только остановимся на нескольких идеях, которые могут быть самыми интересными для нашего читателя.

Конечно же, составители монографии, они же авторы статей, задающих ее идейно-философское направление, не оставляют нас наедине с бесчисленным количеством «нациеопределяющих концепций». Чтобы выбраться из этой «концептуальной трясины», Тишков и Шнирельман предлагают, прямо сказать, радикальное решение (по крайней мере для тех, у кого нация является предметом культа): желательно вообще «забыть о нации», то есть «отказаться от данной категории анализа как несостоятельной и изучать государства как государства, этничность как этничность, идентичность как идентичность, а “нацию” воспринимать как полиэтнически и идеологически значимую метафору коллективного обозначения, за исключительное право пользования которой исторически состязаются государственные и этнические сообщества. Если же такой отказ невозможен в силу ментальной инерции и политической нагруженности, тогда следует признать возможность двойственного обозначения или двух типов наций — гражданской (политической) и культурной (этнической)».

Легко напрашивается вывод, что поскольку подавляющее большинство современных государств являются полиэтническими, то внутри каждого из них ведется постоянная борьба этих двух понятий и основанных на них идеологий национализма. Национализм гражданский (политический) направлен на оправдание и поддержание полиэтнических общностей и, как заметил один из авторов сборника, их гомогинезацию, а этнический — на их если не развал, то диссимиляцию. Рассматривая историю Российской империи и попытки формирования общеимперской «национальной» идентичности, один из авторов сборника, американский политолог Суни, видит причины неудачи этого проекта, в частности, в том, что «российские интеллектуалы и политики не смогли развить убедительную и притягательную концепцию русскости, не сводимую ни к этническому, ни к имперскому государству... Царская Россия прекрасно справилась с задачей строительства государства и создания империи, однако потерпела неудачу в образовании полиэтнической “российской нации”». В идеологии это означало неудачу в формировании как раз гражданского (политического) национализма.

В последнее время в российском обществе получил широкое распространение цивилизационный подход, в рамках которого широкий круг авторов, от популярных публицистов до достаточно известных научных работников, ищут обоснование современной картины мира и его противоречий. Составители настоящего сборника не могли пройти мимо этого явления и этих идей. По словам Шнирельмана (статья «Цивилизационный подход как национальная идея»), очень часто цивилизационный подход служит обоснованием тезиса о несовместимости культур, который стал одной из форм проявления «культурного расизма» или культурного обоснования межгосударственной, а то и внутригосударственной конфронтации, которая будто бы является неизбежным порождением «конфликта цивилизаций». Чувствуется, что у автора не хватает приличных слов для характеристики подобных штудий. По крайней мере, в России, по его мнению, они порождены дилентатизмом бесчисленных «цивилизионщиков», многие из которых моментально перековались из пропагандистов атеизма и марксизма-ленинизма в проповедников православной цивилизации.

В книге еще много интересных статей, в том числе посвященных национальным проблемам различных стран мира, но, конечно, ключевая для данного сборника статья В. А. Тишкова «Российская нация и ее критики». Потому что она посвящена не только и, может быть, не столько теории национализма, или национализму в России, сколько проблеме формирования российской гражданской (политической) нации уже в современных условиях. Или, заимствуя определение из первой статьи сборника — проблеме создания метафоры российской нации. Проблеме настолько же научной, насколько и политической.

По мнению Тишкова, «для нашей страны и для ее населения становится все более разрушительным и неадекватным назойливо употребляемое множественное число “народы России”». Не нации создают национализм, а национализм создает нации — это, пожалуй, центральная мысль и всей книги, и статьи Тишкова. Отсюда вывод: российская нация существует настолько, насколько в этом убеждены граждане России — и в первую очередь ее элита. То есть насколько в России удастся в кратчайшие сроки создать российский национализм как массовое общественное явление. Это несколько противоречит антинационалистической установке первых статей сборника, но, по мнению Тишкова, «задача ответственных экспертов объяснять, что российскость как идентичность и российский народ-нация не результат внутренней унификации, а естественное наложение на множество внутренних этнокультурных различий, которое существует среди населения страны».

Проблема только в том, сколько экспертов услышат этот призыв и откликнутся на него.

• 13 скинхедов признаны судом виновными в убийствах, создании экстремистского сообщества и попытке организации терактов. Пятеро из них получили пожизненные сроки заключения
• Празднование Дня Победы во Львове обернулось уличными столкновениями и стрельбой из «травматики». Националисты срывали георгиевские ленточки и жгли красные знамена
• В Германии судят неонациста, выходца из России, зарезавшего беременную египтянку