Дома для людей вместо ячеек для трудящихся12

• Алексей Щукин

На установочной сессии второго этапа «Российского дома будущего» в конце октября проектные группы вместе с приглашенными экспертами в формате трехдневной Лаборатории изучали проблемы жилья экономкласса. Прежде всего анализировался мировой опыт в области жилищной застройки. Американские и европейские подходы исследовались через призму ограничений, возникающих при попытке адаптации этого опыта к нашим условиям. Можем ли мы позволить себе повсеместное коттеджное строительство, как в богатой Америке? Может ли стать доминантным вариантом застройка блокированными домами, как, к примеру, в Голландии?

Предметом исследований Лаборатории, кроме того, стали базисные функции и характеристики жилья, а также влияние типа жилья на образ жизни. В ходе обсуждений стало ясно, что взгляд россиян на жилье до сих пор остается социалистическим по сути. В результате «социалистического эксперимента» у людей исчезли представления о правильном образе жилья, естественные представления о доме. В рамках семинара участники попытались восстановить отсутствующую ныне в России типологию жилья (семейное, молодежное, временное и т. д).

Полученные результаты помогут ответить на вопросы: какое жилье действительно нужно России сегодня и будет востребовано завтра? какие образы жизни нужно формировать? На следующих сессиях проектные группы приступят к разработке концепций новых типов застройки экономкласса.

Ответ на цивилизационный вызов

Проект стартовал весной этого года. «Россия представляет собой огромное неудобное для жизни пространство, которое еще требуется обустроить. Векторы развития понятны: необходимо обеспечить достойный образ жизни для людей и увеличить связность пространства. Но как это сделать? Как должны выглядеть российские дом и город? Как люди должны жить и перемещаться по стране? Ответы и пытается найти проект “Российский дом будущего”, — говорит инициатор проекта, главный редактор журнала “Эксперт”, член Общественной палаты РФ Валерий Фадеев. — При этом есть понимание, что изобретение национальных принципов расселения и домостроительства, поиск “дома будущего” для нашего менталитета, климата и возможностей — это сложнейшая задача. Цивилизационный вызов».

Первый этап проекта «Российский дом будущего» (архитектурный конкурс, серия исследований, конкурс строительных инноваций и ряд экспертных круглых столов) представляется разведкой боем, это вхождение в тему. Лишь на текущем, втором этапе проекта начинается «путешествие в неизведанное», то есть собственно проектная и исследовательская работа, которую условно можно разбить на два направления — концептуальное и прикладное.

«Какое жилье нужно России строить сегодня, чтобы оно было востребовано завтра? Какими мы хотим видеть наши города и дома через 30–50 лет? Какие образы жизни нужно формировать?» — вот лишь некоторые вопросы «футуристической» части проекта, нацеленной на проектирование будущего и формирование новых принципов застройки. В мире немало групп, занимающихся нейродизайном как программированием будущей среды, — в России формируемая группа будет первой.

Параллельно с концептуальной частью будет развиваться и прикладная: для ряда земельных участков будут разрабатываться концепции застройки и архитектурные проекты. Уже в 2008 году, на третьем этапе «Российского дома будущего», планируется возведение эталонных поселков или жилых кварталов, построенных на новых принципах и способных стать основой для тиражирования.

Одним из результатов второго этапа проекта «Российский дом будущего» станет «Доктрина массового строительства жилья экономического класса». Этот документ будет определять рамочные характеристики жилья экономкласса, принципы развертывания его массового производства и строительства, а также принципы регулирования отношения спрос-предложение.

Родом из социализма

Исследование существующих в России типов застройки и образов жизни показало, что представления россиян о жилье остаются социалистическими. Так, до сих пор сохраняется стереотип, что экономичное жилье — это исключительно крупнопанельная застройка. Стереотип жив, несмотря на широко известные недостатки этого жилья: оно чрезвычайно материалоемко, неэкологично, неэстетично и так далее. Кроме того, крупнопанельные дома разорительны в эксплуатации (российское жилье потребляет 700 киловатт-часов энергии на квадратный метр в год, то есть как минимум в четыре-пять раз больше, чем в Европе).

Парадокс, однако, в том, что во многих регионах в рамках нацпроекта «Доступное жилье» реанимируют морально устаревшее советское крупнопанельное домостроение. Так, для увеличения объемов строительства «Су-155» реконструирует домостроительный комбинат в Туле, «Интеко» — в Ростове-на-Дону и так по всей стране. «Уже построенный неэффективный жилищный фонд обходится России в гигантскую сумму — полтора триллиона рублей в год. Что делать с этим жильем, мы не знаем. Есть только два варианта — снести его или пойти на огромные затраты по санации. И в то же время мы продолжаем воспроизводить все ту же порочную застройку», — говорит эксперт Общественной палаты РФ, член Общественного совета при Министерстве регионального развития РФ Владимир Самошин.

Интересно, что в Европе, откуда в Россию и пришла эта технология, от «крупной панели» отказались еще в 70-х, перейдя на другие технологические модели. Существуют десятки исследований влияния архитектуры на человека, доказывающих антигуманный характер такой застройки — прошлогодние бунты в «панельных» предместьях Парижа это еще раз доказали. Именно поэтому панельные дома во Франции и Голландии активно сносят. В России же объемы строительства панельного жилья в ближайшее время значительно увеличатся. Вместо перехода на новый технологический уклад у нас возрождается крайне неэффективный экономически и устаревший лет на сорок тип застройки. Закладывается очередная мина замедленного действия под всю систему жилищно-коммунального хозяйства страны.

«Существующие дома погубят страну, — говорит Сергей Попов, руководитель методологической части проекта “Российский дом будущего”. — Это жилье не только экономически разорительно для страны, но и антигуманно. Известный факт: архитекторы двадцатых-тридцатых годов “на волне революционного энтузиазма” брали для проектирования жилья рабочих кальки с римских мест проживания рабов. Эта социалистическая традиция продолжается до сих пор. Строится не жилье для свободных людей, а квадратные метры для временного отдыха трудящихся».

Под «временное проживание трудящихся» были рассчитаны и нормативы жилья. «Еще в 1919 году Наркомздрав РСФСР определил минимальный объем кубатуры воздуха, необходимой человеку для нормального самочувствия после ночного сна, — 30 кубических метров (при меньшем объеме воздуха человек, усваивая за ночь весь кислород и испытывая его недостаток, утром просыпается с головной болью). Исходя из этой кубатуры, была определена минимальная площадь, необходимая одному человеку. Она составила 8,25 квадратного метра (или 1,8 квадратной сажени) жилой площади на взрослого человека и половину этой площади — на ребенка. В соответствии с этой величиной и осуществляется уплотнение квартир буржуазии», — отмечает в своей работе «Кто не работает, тот не живет. Жилищная политика как инструмент управления социальными изменениями: опыт России (1917–1941 гг.)» профессор Международной академии архитектуры Марк Меерович. Преобразовывая в 50-х годах немецкие архитектурные проекты в планировки «хрущевок», советские власти убрали из первоисточника все лишнее. В частности, были резко уменьшены площади ванных комнат и полностью вычеркнуты кладовые и темные комнаты. Кажется, что это случайные элементы, но отсутствие мест для хранения вещей резко снижало комфорт проживания и заставляло людей отказываться от старых вещей, перешедших по наследству. То есть советский человек отрывался от своих предков, своего рода, своей истории. «Английские чердаки спасли великую английскую культуру», — афористично заметил профессор МАРХИ, член Общественной палаты РФ Вячеслав Глазычев. Годы социализма во многом были потерянным временем для архитектуры. Система типового проектирования заменила архитектурную школу. Жилье было унифицировано, исчезло понимание того, что требованиям разных групп людей (молодых семей, студентов, пенсионеров, инвалидов и так далее) отвечают различные характеристики. Были разрушены и естественные представления людей о жилье, комфорте, образе жизни. Утрата этих базовых представлений — одно из наиболее тяжелых последствий советского этапа. Во многом из-за этого покупателю сегодня в условиях дефицита продолжают успешно «впаривать» квартиры в панельных многоквартирных домах. Во многом из-за этого нувориши продолжают покупать и строить огромные дома и квартиры: отсутствие представлений об образе жизни заменяется большой площадью жилища, которое якобы обеспечит комфорт.

Доступное жилье по-английски

Новыми успехами крупнопанельное домостроение обязано инерционной среде в сфере строительства, монополизму и недостатку информации. «Альтернатива многоэтажным панельным домам как жилью экономкласса, конечно, есть. В первую очередь это высокоплотная малоэтажная застройка (high-density low-rise). Она широко применяется в Европе, но почти неизвестна в России», — говорит голландец Барт Голдхорн, издатель архитектурного журнала «Проект Россия». Невысокая себестоимость такого жилья может достигаться за счет высокой плотности застройки, применения новых стройтехнологий и инженерных систем, внедрения экономичных архитектурных разработок, больших объемов строительства и грамотного участия государства.

Важно понимать, что сегодняшняя проблема доступного жилья не является чисто российской: она актуальна для многих стран. Так, доступность жилья (как соотношение доходов семей и стоимости жилья) в США и Англии за последние пять-семь лет снизилась почти в два раза. В поисках новых концепций застройки, строительных технологий и оптимальных архитектурных решений в мире проводятся десятки конкурсов Affordable Home («Доступный дом»).

Один из самых интересных из подобных проектов реализуется с 2005 года в Англии местным агентством по регенерации — English Partnership по заказу правительства. Цель конкурса: доказать, что строить высококачественные дома с хорошей архитектурой за умеренные деньги — это возможно. По условиям конкурса (для России они весьма экзотичны) участники должны были предложить проекты индивидуальных блокированных домов площадью не менее 76 кв. м при строительной себестоимости не более 60 тыс. фунтов стерлингов за жилую ячейку.

Отметим три важные особенности в английской постановке задачи о доступном жилье. Первая — предметом конкурса являются не квартиры, а дома, имеющие индивидуальные выходы на улицу. Плюсы такого подхода: отсутствие подъездов, комфортная среда жизни и формирование у домовладельца чувства собственника. Вторая — цена объявляется за жилую ячейку, а не за мифические квадратные метры. И третья — по российским меркам, таунхаусы площадью в 76 кв. м просто крохотные. Однако в Англии накоплен огромный опыт строительства таких домов, который доказывает, что даже на скромной площади можно создать комфортное жилье. Впрочем, это не значит, что английский образ жизни можно перенести на российскую почву.

На первом этапе конкурса заявки на участие подали 179 английских строительных и архитектурных компаний, из которых во второй этап были допущены лишь 53. На втором этапе компании должны сформировать консорциумы с производителями и предоставить проекты непосредственно домов и концепций застройки. Девять консорциумов-победителей получили для реализации своих разработок земельные участки под застройку: в целом в рамках программы будет построено более 1 тыс. домов.

Результаты английского конкурса позволили проиллюстрировать и несколько весьма оптимистичных тезисов. Во-первых, умеренные цены и отличное качество совместимы. Во-вторых, использование для строительства дома готовых конструктивных элементов, изготовленных на заводе, позволяет создавать невероятное разнообразие архитектурных решений. В-третьих, высокая плотность застройки может достигаться не только многоквартирными домами, но и блокированной застройкой (в некоторых проектах на гектаре размещалось более 60 домов).

Конкурсов и исследований, подобных английским, у нас еще не проводилось: «Российский дом будущего» — первый опыт такого рода. Позитивный момент — появление «продвинутых» заказчиков, которые при развитии девелоперских проектов хотят воспользоваться первыми результатами исследований, привлекая проектные группы «Российского дома будущего». Эти заказчики, осваивая большие территории и строя жилье для своих сотрудников и на продажу, могли бы пойти по старинке — просто заложить очередной коттеджный поселок или многоквартирный дом. Однако у них крепнет ощущение, что строить по прежним лекалам нельзя — необходимо создавать новую гармоничную среду жизни.

• В кризисный год россияне кинулись строить частные дома
• Какая недвижимость окажется наиболее устойчивой во время мирового кризиса? Если бы у вас были сейчас свободные деньги, во что бы вы их вложили? На эти вопросы мы попросили ответить самых разных участников рынка — девелоперов, риэлтеров, консультантов и архитекторов
• Будущее не так уж далеко от нас. Высокотехнологичные дома уже собираются на фабриках и потом монтируются за один день. Есть перспективы применения в строительстве трехмерных принтеров. Ряд компаний собирается отправить на стройку роботов