Евангелие от бешеной чайки

Всеволод Бродский

Когда-то мы годами ждали появления на русском «Бойцовского клуба». Свеженький «Рэнт» объявился у нас практически немедленно. И очень правильно; известия о появлении новых мессий следует получать с максимальной скоростью. Паланик ведь — папа Карло современных христосиков, главный апостол американских психов, раз за разом свидетельствующий явление ущербных, страдающих, мазохистских спасителей.

Рэнт — тоже, разумеется, мессия. Мальчик из американской глубинки с отрочества покрывает себя стигматами: позволяет кусать себя паукам, змеям, енотам и прочей живности. Он совершает странные чудеса, он торжествует над реальностью, превращая ее в страшноватую сказку. Вскоре выясняется, что эта самая реальность весьма футуристична — люди, населяющие изобретенный Палаником мир, делятся на благополучных Дневных и маргинальных Ночных граждан, и у каждого на затылке — встроенный порт для приема и передачи ментальной информации. Мир будущего Рэнт переворачивает с ног на голову; унаследованная им от пауков и енотов инфекция пандемией распространяется по свету. Благая весть Рэнта — бешенство; болезнь мешает зараженным пользоваться вживленными портами, сталкивает их лицом к лицу с реальностью.

Рэнт выдергивает себя не только из привычного миропорядка, но и из временного потока, совершая экскурсы в прошлое своего семейства — и даже, кажется, еще кое-куда. Даже, кажется, именно он был Христом, а заодно и его подлинным отцом, а также не исключено, что и вовсе Адамом. А может, то был не он: каждый, как выясняется, при соблюдении должных правил способен отключиться от реальности и приблизиться к божественности. Эсхатология Паланика, прежде болезненная и пронзительная, а теперь — стершаяся от многократного употребления, нежданно обнаружила неприятное родство с нью-эйджем. Этак еще немного — и Паланик сочинит историю про чайку по имени Джонатан Ливингстон, просветлившую весь птичий народ с помощью дзен-буддистского бешенства.

Статьи на тему: «Литература»