Между Фоменко и обезьяной

Наука и технологии Страны, столкнувшиеся с проблемой модернизации, как правило, выбирают для среднего образования модель «школы знаний». Мы же пока изо всех сил стремимся к ее альтернативе — «школе компетенций»

В статье «Осталось пять лет» («Эксперт» № 11 за 2007 год) мы приводили мнение преподавателей технических вузов и ведущих специалистов наукоемких отраслей экономики, которые полагают, что падение уровня образования начинается со школьной скамьи. Так, директор ЦНИИТМАШа Алексей Дуб, возглавляющий кафедру в Московском институте стали и сплавов, признал, что вынужден адаптировать содержание курса, который он читает, к уровню школьной подготовки студентов. Директор Института теоретической и экспериментальной физики Борис Шарков отмечал резкое снижение качества преподавания в школах математики и физики и, соответственно, уровня студентов даже в таком ведущем вузе страны, как МИФИ. А в недавнем интервью «Эксперту» Сергей Менделевич, директор московской школы № 57, одной из самых известных школ города еще с советских времен, сказал: «Мы видим, что у тех ребят, кто приходит к нам из других школ, и профессиональная, и общая подготовка катастрофически падает. Я уже не говорю о том, что они мало читают, не владеют на речевом уровне элементарными понятиями физики, а при решении задач по математике не могут пояснить, какие идеи они использовали. Возникает ощущение катастрофы». Ни вузы, ни корпоративные системы повышения квалификации не могут восполнить провалы в базовом образовании и в мотивации к его получению, если они не заложены в средней школе. Сегодняшняя средняя школа, хотим мы того или нет, — наследница советской, и понять ее проблемы можно, только хорошо изучив наш и зарубежный опыт.

Характер образовательного процесса в советско-российской средней школе всегда покоился на трех китах: академизм, унитаризм и авторитарность. В терминах современной педагогической дискуссии такую школу называют «школа знаний», противники которой противопоставляют ей как более современную «школу компетенций». Академизм — это сложность требований и перегруженность образования «лишними» знаниями ради широты кругозора. Унитаризм — это единство содержания образования во всех учебных заведениях на всей территории страны. Авторитарность — это безусловное подчинение учебного процесса авторитету преподавателя. Чтобы не было ложного толкования, заметим, что авторитарность в этом смысле совсем не отрицает демократических и гуманитарных отношений между учителем и учеником. Такая система образования требует серьезного общественного оправдания и может существовать только в стране с ясно сформулированными целями развития, которые понимают все стороны образовательного треугольника — родители, учителя, учащиеся. После того как государство в 90-е годы отказалось от серьезных социальных целей, эти принципы стали обузой. Невозможно объяснить гражданам и их детям, для чего нужен академизм, если его некуда приложить. Для чего единство, если страна распадается на анклавы, между которыми практически нет связи. Для чего «авторитарность» преподавателя, которому непонятны цели школы. И только государство может вернуть системе образования и цели, и содержание, а гражданам — понимание необходимости се