Мечта семнадцатилетней выдержки

Вера Холмогорова

Действующий закон о СМИ, принятый еще в 1991 году, устаревает. С этим согласны и депутаты Госдумы, и медиасообщество. Но нельзя допустить, чтобы новая редакция закона разрабатывалась без участия самих СМИ — вопрос слишком серьезен

Мечта семнадцатилетней выдержки Законодательные инициативы,Новое законодательство,Игра в ящик

В минувший понедельник Государственная дума приняла решение снять с рассмотрения поправку к статье 4 закона «О средствах массовой информации». Напомним, что в первом чтении эта поправка, предполагающая наказание для СМИ «за распространение заведомо ложных сведений», была принята 25 апреля (см. «О клеветах», «Эксперт» № 17 за 2008 год). Автор проекта депутат от «Единой России» Роберт Шлегель (бывший пресс-секретарь движения «Наши»), предлагал дать исполнительной власти полномочия самостоятельно определять факт клеветы в СМИ, выносить предупреждения, а после трех предупреждений требовать их закрытия через суд. Инициатива Шлегеля вызвала скандал, единороссы даже посвятили ей специальную внутрипартийную дискуссию с участием всех трех партийных клубов, вопрос о судьбе поправки обсуждался на президиуме думской фракции ЕР.

Представители правящей партии были единодушны: инициатива молодого коллеги если и затрагивает реальные проблемы, стоящие перед отраслью, то совершенно не способна их решить. Кроме того, по мнению партийного клуба «4 ноября», поправка Шлегеля «может нести в себе угрозу необоснованных и произвольных санкций в отношении средств массовой информации». Поправку осудил лидер ЕР Борис Грызлов, который вдобавок сослался на нелестное мнение о ней президента Дмитрия Медведева. Хотя непонятно, какой разумный довод мог заставить депутатов голосовать за эту поправку в первом чтении, хорошо уже то, что российские СМИ будут избавлены от последствий законодательного творчества самого юного (23 года) депутата Государственной думы.

Однако тема с повестки дня не снята. В качестве альтернативы «поправке Шлегеля» парламентское большинство намерено принять новую редакцию Закона о СМИ, проект которой планируется разработать к ноябрю. Возглавить рабочую группу по подготовке проекта поручено первому вице-спикеру Олегу Морозову. Грызлов заметил, что «Закону о СМИ уже много лет, сейчас он явно не соответствует тому состоянию, в котором находится наша страна». По мнению спикера, проблемы с защитой свободы слова действительно есть: так, в существующей редакции закона отсутствует четкое разграничение ответственности между авторским коллективом и владельцами издания, из-за чего на страницах газет и журналов порой появляются «сведения, которые не разделяются редакцией».

Медиасообщество согласно с тем, что действующий Закон о СМИ нуждается в изменениях. Но оно опасается, что поправки будут готовиться без его участия и без учета его интересов. Часть депутатов — Шлегель тут только самый яркий пример — склонна смотреть на журналистов как на заговорщиков, все время пытающихся подорвать государственные устои. Поэтому нельзя исключить, что новая редакция закона будет разрабатываться в режиме спецоперации, втайне от представителей СМИ. Такой путь будет порочным. И потому, что качественный закон невозможно разработать, не принимая в расчет мнение тех, чью деятельность он будет регулировать. И потому, что медиа — материя тонкая и чувствительная, а между тем их качество и сила — непременное условие успешного развития страны. И потому, что медиасообщество готово к участию в разработке новой редакции закона, и было бы просто глупо не принимать от него помощи в этой работе.

Собственник есть, а понятия нет

«Это был закон-мечта, он вобрал в себя все то, что мы обсуждали на советских кухнях, в советских редакциях, все то, что мы представляли себе в качестве свободной прессы, — говорит в беседе с “Экспертом” глава Медиасоюза, член Общественной палаты Елена Зелинская. — И наши мечты сбылись. Именно на базе принятого в 1991 году Закона о СМИ выстроилась вся современная российская пресса. Однако при темпах изменений, происходящих в нашей стране, когда год идет даже не за два, а за пять, закон в некоторых своих положениях устарел и нуждается в корректировке».

Первое (здесь, кстати, медийное сообщество и депутаты, кажется, полностью друг с другом согласны), чего обязательно должны коснуться изменения, — это отношения между собственником, издателем и авторским коллективом. Причина проста: семнадцать лет назад таких понятий, как «собственник» и «издатель», просто не существовало, ключевую роль играл главный редактор, сегодня зачастую становящийся таким же наемным служащим, как и остальные журналисты. «Тем не менее понятие “собственник”, в законе практически не отраженное, является одним из ключевых», — соглашается главный редактор «Комсомольской правды» Владимир Сунгоркин.

Кстати, появление этих разграничений — дополнительный заслон для так называемой джинсы. Опрошенные «Экспертом» представители СМИ практически единодушны во мнении: времена, когда деньги за заказной материал получал непосредственно журналист, давно прошли, коррупционные сделки теперь осуществляются либо на уровне главных редакторов, либо, чаще, на уровне собственника. А здесь та же самая проблема: привлечь к ответственности владельца сейчас довольно сложно. Впрочем, у коррупции в СМИ есть и еще один регулятор: на внутрикорпоративном уровне коррупционность журналистов, особенно если она связана с участием в конкурентной борьбе компаний или распространением ложной информации, осуждается, для целого ряда изданий и работающих в них журналистов их деловая репутация важнее сомнительных денег. «Мы для себя проблему коррупции в СМИ решили просто, мы не печатаем заказухи», — подчеркивает главный редактор «Коммерсанта» Андрей Васильев; что же до тех изданий, где от «джинсы» не отказываются, то вряд ли эту проблему можно решить, меняя только один-единственный закон.

Есть и другие предложения. По мнению многих, Закону о СМИ не хватает отдельного раздела, регулирующего положение интернет-изданий: сейчас их уже много, и они развиваются быстрыми темпами, оставаясь при этом вне правового поля. «Когда писался закон, интернета просто технически не было, — напоминает Елена Зелинская. — А сейчас это будущее отрасли, и совершенно понятно, что эта область должна законодательно регулироваться».

Свобода и деньги

Категорически против внесения каких бы то ни было фундаментальных поправок в Закон о СМИ выступают его авторы: по их мнению, действующий закон является своеобразной конституцией, основой развития отрасли, которую совершенно не обязательно переписывать, раздувая до необъятных размеров; достаточно дополнять ее отдельными новыми законами. Секретарь Союза журналистов России Михаил Федотов напомнил «Эксперту», что были попытки разработать отдельный закон о телевидении и радиовещании, об общественном телевидении, внести поправки в Закон о рекламе. Если есть необходимость регулировать интернет, то и здесь, по его мнению, необходим отдельный закон, в том числе объясняющий весьма обширный терминологический аппарат Всемирной сети. «В Законе о СМИ тогда придется объяснять, что такое сайт и тому подобное, зачем его этим отягощать?» — недоумевает Федотов.

Но это, по мнению автора закона, далеко не самое главное. Для нормального развития медиа необходимо, чтобы они оставались экономически независимыми. О чем, кстати, неоднократно заявлял Владимир Путин, когда занимал пост президента России. В 2002 году, наложив вето на поправки в Закон о СМИ, серьезно ограничивающие участие журналистов в освещении контртеррористических операций, глава государства подчеркнул, что средства массовой информации будут по-настоящему свободными только тогда, когда «станут независимы экономически»; в свою очередь их свобода — это залог того, чтобы «государство не возомнило себя непогрешимым». «И где гарантии этой экономической свободы? — продолжает г-н Федотов. — Проблема монополизации СМИ действительно существует, и при помощи имеющегося антимонопольного законодательства ее не решить».

Специальные антимонопольные законы для средств массовой информации действуют во многих странах: грубо говоря, если у тебя есть крупная газета, то ты уже не можешь быть владельцем двух телеканалов, а если ты имеешь телеканал, ты уже не можешь свободно покупать газеты. Это помогает сохранить информационный плюрализм. В России же никаких ограничений для этого нет, и если на федеральном уровне еще сохраняется какой-то баланс сил, то в регионах зачастую либо существует один медиахолдинг, контролирующий все экономически, либо создаются два-три холдинга, конкурирующих между собой экономически, но политически полностью подконтрольных губернатору. По словам Михаила Федотова, в 2002 году он разрабатывал законопроект «Об основах экономических отношений в средствах массовой информации», сейчас он, конечно, уже устарел, но тем не менее подобная работа велась. Ее можно продолжить, а потом уже внести необходимые технические поправки в Закон о СМИ.

Кстати, раз уж приниматься за Закон о СМИ, неплохо бы понимать, что проблемы государственного регулирования отрасли далеко не исчерпываются несовершенством законодательных норм. «Пока не будет изменена система почтовых тарифов, система журнального и газетного ритейла, бессмысленно говорить о каких-либо изменениях в этом законе. Нужны приличные почтовые тарифы, пусть они растут на 20–30 процентов в год, превышая уровень инфляции в три раза, — делится своими соображениями главный редактор “Новой газеты” Дмитрий Муратов, — но нынешние темпы роста тарифов слишком велики».

Надо заметить, что этой проблемой всерьез озабочено и Федеральное агентство по печати и массовым коммуникациям, в своем ежегодном докладе в конце апреля подчеркивавшее, что отношения между «Почтой России» и периодической печатью порой начинают напоминать полномасштабную войну. Только в первой половине 2007 года средний рост тарифов ФГУП «Почта России» составил 56%. Естественно, из-за такой тарифной политики издатели периодической печати массово теряют подписчиков, представители агентства даже обратили на это внимание Дмитрия Медведева, но решение пока так и не принято.

Признают они и недостаточную прозрачность и эффективность рынка распространения, для издателей отечественная система распространения является самой дорогой в мире. В прошлом году крупные издательские дома, пытаясь снизить расходы на распространение продукции, инвестировали значительные суммы в создание собственных сетей, однако изменить ситуацию кардинальным образов так и не удалось. Очевидно, что рынку распространения необходима откровенная и прозрачная дискуссия с участием издателей, по итогам которой можно было бы выработать оптимальное направление развития, чтобы печатная продукция стала максимально доступна для потребителей, отмечают в федеральном агентстве.

«Нужна дискуссия. Нужно, чтобы сама индустрия создала поправки в закон, а если она этого не сделает, нам такого напишут…» — говорит г-жа Зелинская. И опыт законопроектной работы у журналистского сообщества есть: четыре года назад, напоминает Владимир Сунгоркин, была проведена колоссальная аналитическая работа, в которой приняли участие как министерские чиновники, так и такие видные медиадеятели, как Константин Эрнст, Павел Гусев, Алексей Венедиктов и другие, был создан новый закон о средствах массовой информации. Тогда он прошел много инстанций, но было ликвидировано Министерство печати, и работа над текстом закона была прекращена. «Возможно, этот закон следовало бы достать и использовать», — добавляет г-н Сунгоркин.

Статьи на тему: «Законодательные инициативы»