Кризис роста

• Павел Самиев

За 2007 год объем пенсионных резервов НПФ увеличился на 16,7% и достиг 472,9 млрд рублей. Это самый низкий показатель темпов прироста за последние пять лет. Впечатляющая динамика роста пенсионных резервов в прошлые годы — увеличение на 46% в 2006 году и на 63% в 2005 году — обеспечивалась за счет деятельности корпоративных фондов. Крупнейшие компании России достаточно быстро разработали программы социальных гарантий, в частности пенсионного обеспечения для своих сотрудников. В рамках большинства холдингов были созданы пенсионные фонды, и они очень быстро росли. Первый этап развития рынка, как это обычно бывает, получил импульс за счет двух факторов: кэптивность (собственные фонды — свои корпоративные программы) и рост с нуля (неудовлетворительное состояние государственной пенсионной системы). Это может прозвучать странно, но первый этап развития был достаточно легким. Фондам даже не надо было привлекать клиентов — кэптивность бизнеса означает присутствие пусть ограниченного, зато стабильного и гарантированного спроса. На предприятиях выстроена система коммуникации с людьми, и НПФ, работая с корпорациями, эксплуатируют чужую инфраструктуру. В результате — на порядок меньшие издержки, чем при работе с розницей, и отсутствие необходимости значительно инвестировать в развитие маркетинговых технологий.

Однако сохранение прежней модели рынка означает только стагнацию. Конечно, крупный бизнес будет расширять свои базовые социальные программы, но уже не такими темпами. Пенсионным фондам нужен новый ресурс роста — розница. Потенциально это просто огромный рынок, на порядок больше корпоративного. И здесь мы видим парадоксальную на первый взгляд ситуацию: при крайне низком уровне пенсионного обеспечения в стране спрос на услуги НПФ со стороны «физиков» фактически отсутствует. Единственный сегмент, демонстрирующий впечатляющий рост, — обязательное пенсионное страхование (напомним, что граждане получили разрешение формировать свои пенсионные накопления, передавая их НПФ, в 2004 году). По сравнению с 2006 годом объем пенсионных накоплений, переданных гражданами в НПФ, в прошлом году увеличился на 168,5% и составил 26,8 млрд рублей. Работа с обязательными накоплениями сейчас крайне выгодна и удобна: заключая новый договор по НПО, фонды привлекают только первый взнос, а каждый новый договор по ОПС переводит на счет НПФ все деньги застрахованного лица с 2003 года. Но и это не может стать среднесрочным драйвером роста рынка. Негосударственная пенсионная система (сюда следует отнести и долгосрочное страхование жизни) должна ориентироваться на добровольные накопления большинства граждан, и не только работников крупных компаний.

Технологии работы с корпоративными и розничными клиентами существенно различаются. Работа на розничном рынке обходится фондам дороже. Пенсионным фондам необходимо перестраивать свою инфраструктуру, ориентированную на работу с корпоративными клиентами. Но самое главное — придется создавать спрос на свои продукты буквально с нуля. Разумеется, самостоятельно сделать это НПФ не могут — требуется активное вмешательство государства.

Почему же российские граждане не спешат копить себе на старость? Много было разговоров об особом менталитете, привычке полагаться на государство, низкой финансовой грамотности. Все это отчасти верно. Но главных причин, по существу, две. Первая — крайне низкий горизонт планирования и переоценка рисков. Многие еще помнят финансовые потрясения 90-х годов, поэтому предпочитают не вступать в долгосрочные отношения с российской экономикой. Иными словами, люди просто не оценивают доходность-риски на сроки более одного-двух лет, потому что считают неопределенность слишком высокой. Такие риски они брать на себя не хотят, отсюда и общепринятая установка, что о будущих пенсиях должно заботиться государство (по данным опроса, проведенного в апреле 2008 года ВЦИОМом, так полагают 73% респондентов).

Вторая причина — очень высокая субъективная ставка дисконтирования. Ключевое слово — субъективная. Здесь мы имеем в виду, что именно по ощущениям обычного человека скорость обесценения денег существенно выше, чем уровень инфляции и ставки по депозитам или доходность по иным инструментам. Это приводит к тому, что сбережения населения снижаются (в 2006 году население сберегло 10,3% доходов, а в 2007 году — 8,9%). Что это значит? При достаточно быстром росте доходов население предпочитает не копить деньги, а тратить их сразу. Причем склонность к инвестированию падает — чем быстрее повышается благосостояние, тем меньше люди сберегают и вкладывают в финансовые инструменты. В этом плане мы отличаемся от большинства быстрорастущих развивающихся экономик (Китай, Юго-Восточная и Южная Азия, Латинская Америка). Объяснить такую нашу национальную особенность достаточно просто: мы менее десяти лет испытываем потребительский бум. При пока еще невысоком доверии населения к финансовым институтам и государству население тратит практически все, что зарабатывает. Должно пройти еще несколько лет стабильного экономического развития без потрясений, с четкой стратегией на будущее, и поведенческая модель изменится.

Государство может и должно способствовать быстрому решению двух вышеуказанных проблем. Процесс реформирования пенсионной системы и пропаганду нужно активизировать. Времени не так много. Уже сейчас финансовое состояние Пенсионного фонда России характеризуется все возрастающим дефицитом, который ежегодно покрывается за счет государственного бюджета. Материальное положение пенсионеров улучшается слишком медленно и не соответствует представлениям о достойной старости. Демографическая нагрузка растет, и только передав значительную часть функций рынку, причем обеспечив его стабильное развитие и доверие граждан, государство сможет построить нормальную пенсионную систему.

Первые шаги

С 2008 года вкладчики НПФ получили право на социальный вычет по налогу на доходы физических лиц (НДФЛ) со своих пенсионных взносов в НПФ, сделанных с 1 января 2007 года. Социальный вычет предоставляется в виде фактических расходов, но не более чем на 100 тыс. рублей в год. НПФ ждали налоговых послаблений уже давно. Ведь существующая налоговая система тормозит развитие добровольного пенсионного обеспечения. Для большинства западных пенсионных систем характерна модель налогообложения EET (exempt — exempt — taxed), то есть взносы в пенсионные фонды и доход, полученный от инвестирования средств, освобождены от налога, а выплата пенсий, напротив, подлежит налогообложению. В России же применяется обратная система — взносы и инвестиционный доход облагаются налогом.

Кроме того, качественный толчок к развитию НПО может дать система государственного софинансирования пенсий. Это достаточно широко обсуждаемая сейчас тема: государство к каждой тысяче, которую гражданин добровольно перечислит на свою будущую пенсию, добавит еще одну, но не более 12 тыс. рублей в год. При этом сам гражданин должен будет перечислить на свой накопительный счет не менее 2 тыс. рублей в год. В этой программе могут участвовать и работающие пенсионеры, но тогда они ради будущей большей пенсии должны отказаться от пенсии, причитающейся им в настоящее время. Их добровольные отчисления государство будет софинансировать в большем размере — на каждую тысячу рублей добавится четыре, но сумма не будет превышать 48 тыс. рублей в год.

Ожидается, что закон о государственной поддержке добровольных пенсионных накоплений позволит изменить сложившуюся в настоящее время ситуацию.

«Для ряда фондов — это огромный потенциал для дальнейшего развития. Однако это справедливо для тех регионов и отраслей, где у работников есть возможность что-либо откладывать на свое будущее», — отмечает член совета МН «Большой пенсионный фонд» Алексей Гончаров. «Очень важно привлечь к участию в программе государственного софинансирования работодателей и самих граждан, — считает Светлана Хитрова, исполнительный директор НПФ “Невская перспектива”. — И этому должно способствовать освобождение отчислений от уплаты ЕСН со стороны работодателя и НДФЛ со стороны гражданина».

Возможно, программа софинансирования не приведет к значительному притоку клиентов в НПФ в краткосрочном периоде, но обязательно заставит человека задуматься о своей старости. Прежде всего свою роль сыграет психология: к накоплениям, формируемым за счет собственных взносов, внимание застрахованных лиц будет гораздо выше, чем к обязательным отчислениям, которые осуществляют работодатели. Это может повысить мотивацию внимательнее изучать возможности, которые предоставляет НПФ.

Еще одна новация, которая пока не реализована, но активно обсуждается, — расширение спектра возможных вложений НПФ. Во-первых, можно рассматривать ипотечные ценные бумаги, во-вторых — инструменты срочного рынка и, наконец, вложения в инфраструктурные проекты.

Достаточно серьезные проблемы вытекают из некоммерческого статуса НПФ. «Возможность изменения статуса НПФ с некоммерческого на коммерческий поможет их развитию, — говорит Сергей Фаянс, исполнительный директор НПФ “Русь”. — Отсутствие возможности получения прибыли в том или ином виде за счет деятельности НПФ зачастую значительно затрудняет принятие решений крупными инвестиционными, финансовыми, страховыми компаниями и холдингами по вопросам, связанным с развитием такого направления, как пенсионное обеспечение».

В подготовке статьи принимала участие Ирина Рудых.

• Частное пенсионное обеспечение становится мощной индустрией, которую сложно не замечать. Однако для того, чтобы она выполняла предназначение, и государству, и профучастникам необходимо как можно скорее договориться и снять ряд серьезных ограничений
• Накопления снова под угрозой
• Министерство труда предлагает заменить обязательную накопительную составляющую пенсий на добровольную. Эксперты призывают не торопиться