- «Эксперт» №43 (632) /
- 03 ноя 2008, 00:00
Под зонтиком государства1
На прошлой неделе министр финансов Алексей Кудрин наконец посетил Государственную думу. Обсуждались «Основные направления денежно-кредитной политики» на следующие три года. Вместе с господином Кудриным перед депутатами выступал председатель Центробанка Сергей Игнатьев.
Вряд ли можно признать реакцию законодателей на серьезное ухудшение ситуации в экономике поспешной. Тем не менее политические партии худо-бедно начали вырабатывать собственную позицию по ключевой сегодня для страны проблеме. Многие депутаты хорошо знают ситуацию на местах, и было что спросить у руководителей финансового блока. Однако дискуссии не получилось.
Представленные «Основные направления» фактически игнорируют резкое изменение положения дел в российской экономике. Документ предполагает инерционный сценарий, который попросту уже невозможен. Промышленный спад начался, рецессия практически неизбежна, вернуться к положению, которое было еще несколько месяцев назад, нельзя, какие бы денежные вливания ни делались в госбанки и в некоторые отрасли.
Продолжают падать цены на нефть. В «Основных направлениях» рассчитано несколько сценариев в зависимости от цены нефти от 66 до 115 долларов за баррель. А что будет, если нефть еще подешевеет? Министр Кудрин говорит, что бюджет выдержит и 40, и 50 долларов за баррель. А если будет двадцать? Конечно, специалисты считают это маловероятным. Но ведь совсем недавно уровень 70 долларов за баррель считался непробиваемым, а сейчас нефть стоит уже меньше.
Особенно неожиданными выглядят резкие обвинения руководителей российских компаний в непрофессионализме. Посмотрите, восклицает депутат, стоят заводы, производящие нашу гордость — самолет SuperJet, у них нет возможности получить кредит. Просто менеджмент не умеет работать, отвечает министр. Если таково отношение к приоритетному проекту, за которым следит все руководство страны, то чего же ждать остальному бизнесу?
Одновременно государство уже прокачивает десятки миллиардов долларов через госкомпании и госбанки, желая поддержать падающую экономику. Вместе с компаниями, остро нуждающимися в спасении заложенных на Западе активов, на скромный (по его меркам) госкредит претендует даже «Газпром», глава которого заявил, что, вообще-то говоря, деньги у компании есть, но возьмем на всякий случай, если что — смежников поддержим.
Кого и как спасать государству во время кризиса — вопрос принципиальный. Нам представляется, что поддерживать надо стратегически важные бизнесы и социально важные функции. Но в принципе кризис может оказать на хозяйство очищающее действие и повысить его эффективность, а управление кризисом властями не должно превращаться в вакханалию иждивенчества.
Запад здесь нам являет скверный пример. Соблазн национализации смущает там умы и души не только госчиновников, но и самих рыночных акторов. С какой скоростью юркнули под государственный зонтик старейшие английские частные банки Lloyds и RBS, с каким очаровательным простодушием сменили «пол» Goldman Sachs и Morgan Stanley, предпочтя ковбойскому инвестбанкингу уют обычного банковского регулирования с прописанными рисками и пряниками от ФРС.
Из крупных европейских банков, серьезно затронутых кризисом, неинфантильную политику сопротивления национализации проводят лишь итальянский UniCredit и английский Barclays. Для пополнения ресурсов они впускают в капитал, скажем так, не совсем традиционных инвесторов: итальянцы — ливийцев, англичане — арабов из Катара и Абу-Даби, были даже переговоры об обмене акциями с русскими банками, лишь бы сохранить свой частный коммерческий статус. Конечно, в этом есть и прямой шкурный интерес — национализация будет означать отмену бонусов и дивидендов, отставку топ-менеджмента. Но глубинная мотивация важнее — национализация будет означать превращение частных банкиров в финансовых чиновников. А это не каждому понравится.
Необходимо зарегистрироваться или авторизоваться, чтобы оставить комментарий.
Разумеется, национализация банков будет вредной мерой. Кроме того, она будет формальной. Есть два обстоятельства, которые позволяют это утверждать. Во-первых, по-сути даже в тех банках, которые являются частными, денежный ресурс - государственный (который выдается госслужащими на основании инструкций, понятных только госслужащим). Возможность служащим прямым образом вмешиваться в деятельность банков заложена в процедуре выдачи денег, которая происходит в непрозрачных условиях. Во-вторых, на рынке банковских услуг вектор задают государственные банки, которые имеют особое положение (в том числе и в силу размеров). То есть национализация ничего существенно не изменит. Денег в реальный сектор не больше поступит, лучше клиентов банки обслуживать не будут. Следовательно, деньги на национализацию будут израсходованы не эффективно.
При этом нужно перестать верить в “невидимую (и непонятно как действующую) руку” предпринимательской инцициативы. Развитие банковской системы может идти за счет создания альтернативного канала доступных денег для инвестиционных проектов - только так можно начать разрывать существующую порочную систему: банкиры от государства не смогут навязывать “монополистическую” цену на кредиты. Источником средств может стать не только казна, но и иностранные инвестиции. Нужно сформировать новое пространство конкуренции в банковской сфере. Этот канал должен быть взвешенным, сбалансированным механизмом, поскольку его создание будет иметь масштабные последствия. Погружение российской экономики в мировой кризис дает больше возможностей в глубине преобразований банковской сферы, а также делает необходимость изменений еще более актуальными.
С уважением,
Разумеется, национализация банков будет вредной мерой. Кроме того, она будет формальной. Есть два обстоятельства, которые позволяют это утверждать. Во-первых, по-сути даже в тех банках, которые являются частными, денежный ресурс - государственный (который выдается госслужащими на основании инструкций, понятных только госслужащим). Возможность служащим прямым образом вмешиваться в деятельность банков заложена в процедуре выдачи денег, которая происходит в непрозрачных условиях. Во-вторых, на рынке банковских услуг вектор задают государственные банки, которые имеют особое положение (в том числе и в силу размеров). То есть национализация ничего существенно не изменит. Денег в реальный сектор не больше поступит, лучше клиентов банки обслуживать не будут. Следовательно, деньги на национализацию будут израсходованы не эффективно.
При этом нужно перестать верить в “невидимую (и непонятно как действующую) руку” предпринимательской инцициативы. Развитие банковской системы может идти за счет создания альтернативного канала доступных денег для инвестиционных проектов - только так можно начать разрывать существующую порочную систему: банкиры от государства не смогут навязывать “монополистическую” цену на кредиты. Источником средств может стать не только казна, но и иностранные инвестиции. Нужно сформировать новое пространство конкуренции в банковской сфере. Этот канал должен быть взвешенным, сбалансированным механизмом, поскольку его создание будет иметь масштабные последствия. Погружение российской экономики в мировой кризис дает больше возможностей в глубине преобразований банковской сферы, а также делает необходимость изменений еще более актуальными.
С уважением,