Попались, как бебиситтеры

Книги
«Эксперт» №38 (675) 5 октября 2009
Капиталистическое человечество решило, что приручило деловой цикл. И было наказано за самонадеянность возвращением депрессивной экономики образца 1930-х, уверен лауреат Нобелевской премии Пол Кругман
Попались, как бебиситтеры

Для того чтобы пояснить читателям, что происходит с экономикой в период текущего кризиса, Пол Кругман прибегает к простой модели. В качестве таковой он выбрал некий кооператив бебиситтеров. Идея кооператива заключалась в том, что соседи попеременно сидели с детьми, получая за это купоны. Купоны использовались потом, когда надо было оставить детей с кем-то, а самим уйти. Рецессия в этой экономике началась из-за нехватки спроса на услуги: все старались накопить купонов впрок, особенно зимой, когда ходить особенно некуда. Решить эту проблему удалось увеличением предложения купонов, что помогло заново запустить процесс их обмена на услуги.

Большая экономика столкнулась в последние годы c теми же проблемами, что и бебиситтеры, и оказалась в состоянии, характерном для депрессии 1930‑х годов: «Прежде всего это означает, что впервые за много лет слабость экономики спроса (частные расходы, недостаточные для того, чтобы в полной мере загрузить имеющиеся производственные мощности) стала наглядным для всех действующим ограничением, препятствующим процветанию для большей части мира». Но в отличие от случая с кооперативом простые рецепты не сработали.

Автор объясняет это тем, что в последние десятилетия никто из экономистов всерьез не развивал теорию спроса. В этом, казалось, не было необходимости. Практические инструменты противодействия сужению спроса, используемые на основании базовых постулатов этой теории, долгое время срабатывали. Контролеры финансовой системы успешно использовали кредитно-денежные инструменты, поощряя приток денег в экономику. Это привело к самоуспокоенности, появилась уверенность, что удалось оседлать деловой цикл. И пусть иногда случаются неудачи, но предпосылки большой рецессии и общемировой депрессии ушли в прошлое. Поэтому теоретические диспуты вяло велись вокруг тезиса «Нехватка общего спроса со временем излечится сама собой, но это произойдет только в том случае, если заработная плата и цены перед лицом безработицы быстро упадут». Однако мало кто задумывался, как определить временные рамки этого падения и можно ли воздействовать на него с тем, чтобы свести к минимуму негативные последствия этого процесса. В итоге, когда обычные инструменты стимулирования спроса не сработали, никто не смог предложить другую программу борьбы с кризисом.

Впрочем, по мнению Пола Кругмана, сыграло свою роль и узкое представление экономистов и властей об объекте воздействия — кредитно-денежной системе экономики. Так, одной из движущих сил кризиса в США стала внебанковская система банковских услуг, занимающаяся субстандартным кредитованием. Президент New York Federal Reserve Bank говорил следующее: «Масштабы использования долгосрочных рискованных и относительно неликвидных активов, финансируемых с помощью очень краткосрочных обязательств, делают многие из механизмов и институтов этой параллельной финансовой системы уязвимыми для классического “набега”. Но без защиты, такой как страхование депозитов, имеющейся у банковской системы, снижение рисков стан