Человек в фокусе

• Наталия Курчатова

Третья публикация на русском языке дневников советской школьницы Нины Луговской, на этот раз — в крупном издательстве и с предисловием Людмилы Улицкой, имеет шанс стать общепризнанным на родине документом эпохи.

За рубежом Луговскую называют «русской Анной Франк»: дневник, обнаруженный в архивах сотрудниками общества «Мемориал», был включен в материалы следственного дела о «подготовке террористического покушения на товарища Сталина». Семнадцатилетняя школьница получила пять лет лагерей. К лагерям были приговорены также мать и сестры Нины, отца расстреляли.

При всей трагической типичности этой истории нужно сразу оговориться, что Луговские не были случайными жертвами террора. Глава семьи Сергей Рыбин-Луговской — левый эсер и последовательный, как бы сказали тогда, антисоветчик, человек сильной воли и большой энергии. Во времена нэпа он был одним из организаторов кооперативной артели булочников — после того, как он отказался включить в ее руководство «большевистских товарищей», артель была распущена, и с конца двадцатых годов участь Рыбина-Луговского, да и его семьи, была предрешена. Дневники Луговской гораздо сильнее бьют не по мифу о всеобщем неведении, но по легенде о гомогенности масс, о некоем усредненном «советском человеке». Несмотря на естественный эгоцентризм подростка, в этих записках мелькает множество людей — соучеников, учителей, соседей; и, пожалуй, никто из них не вписывается в открыточный образ москвича тридцатых. Сейчас, когда та эпоха все чаще начинает представляться либо бескрайним лагерем, либо бесконечным физкульт-парадом — в зависимости от установок смотрящего, подобная детализация, фокусировка на человеке, кажется особенно необходимой.

• Книга Жана де Жуанвиля, памятник истории Франции, не стареет — читать ее сейчас так же интересно, как и в Средние века. И даже еще интереснее
• Жизнь без сюрпризов
• Гонка на выживание