О знакомых интонациях18

• Александр Привалов

Мы провели обещанную конференцию по Закону о госзакупках — «94-ФЗ: как улучшить закон». Как и было задумано, критики и защитники закона встретились лицом к лицу — и хоть что-то сумели друг другу сказать. Правда, не более чем сказать, никак не стать услышанными, но — лиха беда начало; стороны уже признают, что видят проблемы почти одинаково и расходятся в сущем пустяке: в методах их решения. Совсем коротко говоря, адепты 94-го предполагают сделать его ещё жёстче — критики хотели бы несколько очеловечить его, добавив ему гибкости. Переговоры будут продолжаться, и я не теряю надежд на благие перемены: обе стороны представлены вполне вменяемыми людьми — торжество или хотя бы некоторое приращение здравого смысла, стало быть, не совсем исключены; но здесь речь пойдёт не о содержании дискуссий (о нём можно кое-что прочесть на стр. 34, "Вернуть госзакупки из зазеркалья"), а только о звучащих там интонациях.

Вот сижу я на конференции, слушаю сторонников (они же, как в бардовской песне, и авторы, они же и исполнители) 94-ФЗ. Молодые энергичные и образованные люди, умеющие говорить быстро, толково и внятно. И говорят они, если опустить детали, примерно следующее. «Мы приняли этот Закон — и это великий закон. Там, где порядка не бывало отродясь, он навёл порядок. Он каждодневно поборает коррупцию. Выгоды, нанесённые Законом казне, честному бизнесу, открытости рынков и всем вообще, неисчислимы и (или) измеряются многими триллионами. Да, наш Закон не вполне совершенен — и на Солнце бывают пятна! — но не надо волноваться. Мы, творцы Закона, знаем, как его улучшать; у нас есть скрупулёзно проработанный план улучшений — и мы претворим его в жизнь до последней запятой, кто бы что ни говорил. Все же внешние критики норовят не улучшить, но убить наш Закон: давайте, говорят, усовершенствуем автомобиль, вывернув из него тормоза! Ну можно ли принимать подобные предложения? Ведь это означало бы моментальный возврат в страшную эпоху, когда Закона ещё не было!» Слушаю я эти речи, слушаю — и начинаю понимать, как давно они мне знакомы.

Одно из множества различий между мной и молодыми партизанами 94-ФЗ состоит в том, что я уже два десятилетия довольно внимательно слежу за текущим нормотворчеством. Гомерические огрехи 94-го для меня не первое и не самое яркое впечатление по этой части. И пораньше, и поярче было, например, приватизационное законодательство, в начале девяностых лихо клепавшееся на коленках командой Чубайса в только что созданном Госкомимуществе. Претензий к нормативной базе приватизации было даже больше, чем теперь к 94-ФЗ, да к тому же гремел, в отличие от нынешнего случая, и серьёзный политический протест. Вот ребята Чубайсовой команды и распевали, не умолкая, точно ту же песню, что я слушаю теперь в исполнении их нынешних ровесников. Технические детали, конечно, теперь несколько иные, но мелодия — почти нота в ноту.

Почти — потому что одно различие всё же заметно. Те реформаторы политическим своим оппонентам не обинуясь шили политику («Вы хотите красно-коричневого реванша!»), но неполитическим — не более чем невежество и непонимание бесчисленных преимуществ прогресса. Меня, например, один из этих деятелей полюбил публично приветствовать словами: «Здравствуйте, враг фондового рынка». (Хотя, если прикинуть, кто из нас двоих… — ладно, не будем возвращаться к древним спорам.) Но обвинять оппонентов в продажности принято ещё не было. Теперь — принято. Нынешние реформаторы объявляют купленными на корню всех вообще критиков 94-ФЗ; и добро бы только вообще — клеймят и конкретно. За два часа пленарного заседания я услышал, что мы, организаторы конференции, подкуплены: а) госкорпорациями; б) тарифопорождающими компаниями; в) «все мы знаем кем» — вот прямо так, запросто, без малейшего стеснения. Забавно, что в перерыве обвинители не чурались мирных бесед с разоблачёнными. Либо сами не верят в обличаемую продажность, либо не видят в ней большого греха — решайте сами, какая гипотеза безвреднее в смысле сопоставления наших дней с лихими девяностыми.

Но сходства, на мой взгляд, важнее второстепенных различий — и наводят на мысль о невесёлой перспективе. Команда приватизаторов, как и нынешняя команда 94-ФЗ, считала гибкость синонимом слабости и не желала отступать ни на вершок ни в едином направлении. Отчасти поэтому, когда пора отступать всё-таки пришла, отступление оказалось столь радикальным: не соглашались поменять ни буквы в своих указивках — дождались полуофициальной дискредитации всего их корпуса; не «сдавали» ни одного члена команды — она слетела целиком. Не сталось бы так и в обсуждаемом случае.

А ведь вполне может статься. На чём основывалось тогда, в начале девяностых, и основывается теперь право или, лучше сказать, возможность бестрепетно игнорировать любых оппонентов, сколь бы обоснованны ни были их речи? Известно на чём. На принятом в самых высших сферах политическом решении — и на эксклюзивном доступе лидера команды к Единственно Важному Уху по вопросам реализации этого решения. Феномен весьма известный; на нём же основывается, например, и давнее могущество Кудрина. Нетрудно вспомнить множество случаев, когда действия Кудрина критиковались почти консенсусно, — пальцев одной руки хватит, чтобы перечесть случаи, когда ему пришлось сдвинуться навстречу оппонентам. Основание очень неплохое — пока цела вторая его составляющая. Если по каким бы то ни было причинам Главное Ухо станет слушать по тому же вопросу альтернативного докладчика… Как раз во избежание такого случая альтернативных-то и поносят, но — всяко бывает.

Обсуждаемая интонация априорной собственной неоспоримости встречается, к сожалению, совсем не редко. В сущности, совершенно такого же рода монолог произнёс на Ассамблее российских законодателей спикер Грызлов. Он в том же знакомом тоне отождествил нападки на «Единую Россию» с ослаблением России как таковой — и обвинил всех вообще критиков своей партии в управляемости из некоего единого центра. Остаётся неясным одно: Чубайс докладывал на Самый Верх о приватизации и фондовом рынке; Кудрин — о финансах и бюджете; о чём может эксклюзивно докладывать Грызлов?

• Раздел о развитии малого бизнеса должен появиться во всех новых государственных программах
• 57% компаний предпочитают не пользоваться российскими правовыми нормами при совершении сделок
• Свои бизнес-процессы автоматизируют лишь крупные компании. Достучаться до малого бизнеса, который не может позволить себе подобные проекты, да и не видит в них смысла, пока получается лишь путем государственных запретов