Об отсутствии налога на роскошь17

• Александр Привалов

Не без изящества прокатили единороссы законопроект о введении налога на роскошь: они просто не голосовали. Все три неправящие фракции, хоть и поддержали проект, нужных для его прохождения 226 голосов, естественно, не набрали — и чудненько. ЕР поступила в данном случае вполне логично. Голосовать «против» было нельзя по очевидным электоральным соображениям. Голосовать «за» было нельзя по целому ряду причин, причём как минимум одну из них (уж больно обсуждаемый проект слаб) никто не скрывал — и эта причина вполне уважительна. Избранная большей фракцией линия поведения была оптимальна, но это не спасает от ощущения, что произошло что-то очень неправильное.

Отклонённый проект и впрямь совершенно бездарен. Трудно понять упрямство справороссов, которые так и не изменили в нём ни строки, хотя и коллеги, и пресса всё им рассказали об этой бумаге больше трёх лет назад, как только она впервые появилась. Представления проекта о том, что следует и что не следует считать роскошью, выглядят просто неумно. Так, недвижимость, где бы она ни находилась, предлагается считать роскошной, если её рыночная стоимость превышает 15 миллионов рублей. Но за такие деньги можно купить полгорода где-нибудь в депрессивном регионе — и нельзя купить «двушку» на Тверской; приняв законопроект, мы бы за год-другой навсегда очистили центр Москвы от людей скромного и даже среднего достатка. Или ещё смешнее: законопроект норовит содрать налог с драгоценностей и картин, обладание которыми очень легко скрыть, — и не хочет облагать налогом футбольные команды или кровных скакунов, обладание которыми не скрывается. Но главные слабости проекта не в этих смехотворных нелепостях, которые нетрудно и поправить, а в отношениях его к царящей в стране коррупции — и слабостей этих две. Первая состоит в том, что предлагается равным образом дестимулировать обладание недешёвыми вещами как у много и успешно работающего человека — так и у оборотливых слуг отечества. Вторая — в том, что таким налогом чиновникам сказали бы: да чёрт с вами, воруйте; воруйте, но платите с открытой глазу части наворованного от одного до пяти процентов в год. Это означало бы почти открытую капитуляцию в войне с коррупцией, и без того явно клонящейся к поражению.

Между тем из бездарности данного проекта не обязательно следует порочность самой идеи налога на роскошь. Больше того, при реанимации этой безнадёжной бумаги многих посетила мысль, что идея-то не так уж и плоха. Три года назад в ней не светилось ничего, кроме самого оголтелого популизма: бюджет ломился, министр Кудрин сбивался с ног, пристраивая за кордон всё новые тюки собранных в казну денег, — новый налог самым вопиющим образом не имел смысла. Другое дело теперь. Бюджет дефицитен; для его пополнения принимаются даже не драконовы, а прямо людоедские меры — вроде небывало резкого повышения ставок бывшего ЕСН. Поэтому отвергать с порога какую бы то ни было затею с пополнением бюджета оснований уже нет. Остаётся возражение, которое премьер Путин приводит против принятия прогрессивной шкалы подоходного налога: мы такие вещи пока не умеем администрировать. А раз даже неплоскую шкалу не умеем, куда уж нам такая сложная штука, как налог на роскошь! Да и не решит он проблемы бюджетного дефицита — даже на одну десятую не решит. Всё так, но чего-нибудь в этом роде очень хочется — и вовсе не с целью перераспределения неравномерно получаемых доходов. Страну надо приводить в божеский вид.

Не только «роскошь», но и вообще сколько-нибудь заметные деньги бывают у нас только от близости к одной из двух труб: если не к физически ощутимой, нефтегазовой, — то к виртуальной, бюджетно-административной. Если мы хотим, чтобы у нас процветали не только сырьевики и коррупционеры, то процветающих у труб надо хоть как-нибудь дестимулировать — и такой налог вполне бы сгодился. И ещё одно: двадцать уж лет, как мы «в рынке», а у нас всё ещё царствует показное потребление. Если мы хотим, чтобы наша элита прекратила наконец эти варварские игры, повынимала, так сказать, кольца из носов, то и показное потребление надо бы дестимулировать — обсуждаемый налог был бы уместен и тут. В сущности, чтобы и чиновным рантье, и иным нуворишам продемонстрировать, что страна их не одобряет, достаточно было бы ввести налог на роскошь (на настоящую роскошь, не на «двушку» в центре) в размере рубль в год — будь эти люди способны понимать нематериальные аргументы. Но ведь они большей частью не способны, поэтому стоило бы намекать понятнее.

Ясно, что никакой закон такого рода принят не будет, поэтому раскрепостим фантазию. Ты купил яхту, способную принять на борт вертолётный полк? Да пожалуйста! Поскольку она, конечно же, зарегистрирована в другой юрисдикции, мы её налогом не облагаем, но здесь, у нас, ты и твоя жена (муж) будете платить не 13, а 26 процентов подоходного налога. Ты купил или построил виллу в Альпах? Не хибару, а виллу? Мы рады за тебя. Альпы не входят в состав РФ, поэтому налога за эту виллу мы с тебя не возьмём, но и вы с женой будьте любезны, здесь — по 26%. А ты и яхту купил, и крикетную команду в Гренландии? Ах, молодец какой. Вы с женой — по 39%. Здесь, здесь; там в Гренландии — сами разбирайтесь, не наше дело. А ты — и яхту, и две команды, и три виллы? Погоди, дай сосчитать: шесть плюс один умножить на тринадцать — с вас 91 процентик подоходного. Ничего-ничего, заплатите, деньги у вас с женой есть. Да! Самое-то главное: если ни ты, ни жена твоя (муж твой), ни родители твои, ни дети — не чиновники; если вы ни к госкомпаниям, ни к госимуществу отношения не имеете, то владейте своими роскошами на здоровье — всё вышесказанное к вам никак не относится.

Говоря же серьёзно, надо признать: да, бесспорно, налог на роскошь очень многим нехорош. Он принципиально нерыночный, он неизбежно свинчен из оспариваемых деталей и неизгладимо воняет шариковыми, он, как правило, очень не бесспорен юридически — и никогда не обращён в будущее. Вот только бывают случаи, когда его отсутствие оказывается не лучше, а то и хуже его наличия. Как здесь и сейчас.

• В Федеральной службе судебных приставов создано специальное розыскное управление
• Свои бизнес-процессы автоматизируют лишь крупные компании. Достучаться до малого бизнеса, который не может позволить себе подобные проекты, да и не видит в них смысла, пока получается лишь путем государственных запретов
• О культуре