Парле ву франсэ

Культура
Москва, 10.10.2011
«Эксперт» №40 (773)
«Полночь в Париже» и «Мушкетеры в 3D», или Куда заводит любовь ко всему французскому

Архив пресс-службы

В прокат выходит новый Вуди Аллен. Эту фразу рецензенты прокатных премьер пишут как минимум ежегодно, а бывает, что и чаще. Одни без устали восхищаются работоспособностью выдающегося пенсионера, другие злятся, но тоже без толку, на самую возмутительную халтуру, подписанную этим священным для многих именем, найдутся болельщики, которые объяснят критиканам, что те не поняли утонченный замысел автора. Так и с «Полночью в Париже», открывавшей в минувшем мае Каннский фестиваль (не первый фильм мэтра, удостоенный такой чести) и изрядно поднявшей настроение поклонникам Аллена. Можно, конечно, сказать, что перед нами дайджест расхожих туристических штампов, — но на это тут же отыщется возражение, согласно которому каждое клише есть одновременно и пародия на клише, а кому не смешно, у тех нет чувства юмора.

Та же история со стандартным алленовским сюжетом о нытике-интеллектуале, который оказался не на своем месте: там, где скептик усмотрит самоповтор, апологет раскопает архетип. Оуэн Уилсон, дюжий и голубоглазый блондин, горделиво презрев свое внешнее несходство с режиссером, имитирует (не без успеха) пластику и мимику Вуди. А заодно и его судьбу. Аллен неоднократно рассказывал, как в молодости приехал в Париж и отчаянно мечтал осесть там навсегда, но побоялся и вернулся в родной Нью-Йорк. Нельзя сказать, что он совершил роковую ошибку: во французской столице режиссера-невротика вряд ли бы ждала такая блестящая карьера. Напротив, именно как уроженец «Большого яблока» он особенно мил французским синефилам. Однако ностальгия берет свое, и Аллен все-таки испытывает свое прошлое, давая очередному альтер эго «второй шанс».

У Джила (так зовут персонажа Уилсона), впрочем, предпосылки иные, чем были у Вуди. На дворе не романтичные 1960-е, а прагматичный XXI век. У него есть профессия — сценарист в Голливуде, не из лучших, но с перспективами. Есть красавица-невеста и богатые теща с тестем, приехавшие с ним в «город любви». Именно там он осознает, что общего языка с новыми родственниками ему никак не найти. Он-то мечтает о судьбе Хемингуэя и Фицджеральда, бежавших из Штатов в богемный Париж лет эдак за восемьдесят до него, чтобы обрести там вдохновение и счастье, а филистерский буржуазный покой в родном Лос-Анджелесе ему ни к чему. Вдруг мечты обретают плоть: бесцельно блуждающего по мостовым Джила среди ночи подбирает старенькая машина — и отвозит прямиком в те 1920-е, о которых он грезил наяву. Там у него моментально появляются друзья, единомышленники и даже вольнодумная любовница. Решительно непонятно, зачем возвращаться к тусклому настоящему.

Кино — волшебная штука, для него нет невозможного. Особенно если тебе 75 лет, тебя почитают по всему миру, у тебя куча денег и «Оскаров» да еще и раритетная «Пальма пальм» Каннского фестиваля, которую кроме тебя и присуждали одному лишь Бергману. Чего еще желать? Ах да, как все пенсионеры — путешествий. В юности Аллен побоялся превратить турпоездку в эмиграцию, сегодня же он может безболезненно совершать турпоездки, причем

У партнеров

    «Эксперт»
    №40 (773) 10 октября 2011
    Цены на газ
    Содержание:
    Наконец-то вспомнили о потребителе

    Анализ недавно принятых госорганами документов показывает, что правительство готово отказаться от жесткой поддержки принципа равнодоходности внутренних и экспортных цен на газ вплоть до полного отказа от него

    Экономика и финансы
    На улице Правды
    Реклама