Музей-ковчег

Культура
Культурная политика
«Эксперт» №50 (783) 19 декабря 2011
Дрезденский Альбертинум, по чьему образу и подобию был когда-то сделан столичный ГМИИ им. А. С. Пушкина, недавно пережил радикальное обновление — он и сегодня служит примером мудрой музейной политики
Музей-ковчег

Италия, Англия и Франция могут сколько угодно спорить за звание родины публичного музея — родиной образцового музейного дела им все равно придется признать Германию. Именно в Германии, со второй половины XVIII века задававшей научные стандарты в археологии и искусствознании, классический музей выкристаллизовался в законченных формах Храма Искусства. Ведь и базилики берлинского Музейного острова, и мюнхенские Глиптотека с Пинакотекой всем своим видом говорят: они — святилища новой художественной веры. Это храмовое наследие немецкого Просвещения и позитивизма и сейчас способно поразить воображение любого туриста, но музеи Германии не живут одним лишь славным прошлым. Наиболее заметные трансформации переживает столица, где полным ходом реконструируется ансамбль Музейного острова и постоянно расширяется, попутно реформируясь, вся система государственных музеев Берлина. Дрезден, унаследовавший и приумноживший богатейшие коллекции саксонских курфюрстов, не так на виду. Однако происходящая в государственных художественных собраниях Дрездена реформа достойна не меньшего внимания — Альбертинум невольно сыграл в этом процессе ведущую роль.

Возникший в конце XIX века Альбертинум сумел не потеряться на фоне старинных и знаменитых на весь мир музеев Дрездена, пусть он и не мог похвастаться шедеврами ранга «Сикстинской мадонны», как картинная галерея, или ювелирными диковинами, как «Зеленые своды». Идея Альбертинума, скульптурного собрания, объединившего разрозненные княжеские коллекции слепков и антиков, принадлежала археологу Георгу Трою. Ему удалось отвоевать для нового музея, названного в честь тогдашнего короля Саксонии Альберта, роскошное ренессансное в своей основе здание арсенала у Брюлевой террасы: решением саксонского ландтага в 1880-х годах оно было перестроено в как нельзя более подходящем к случаю неоренессансном стиле и приспособлено под нужды музея. Альбертинум помещался аккурат напротив Дрезденской академии художеств — ее студенты могли изучать историю мировой скульптуры «живьем», непосредственно на памятниках. Где в подлинниках, а где и в копиях, но зато целиком, без пробелов, от античности до Огюста Родена, Макса Клингера и Константина Менье, потому что Георг Трой, даром что археолог, любил, пропагандировал и покупал современное искусство. В общем, стараниями своего основателя Альбертинум сделался и крупнейшим собранием слепков в Германии и одним из первых музеев новейшей скульптуры в Европе.

У Георга Троя сложилась репутация передового музейного деятеля, приведшая в Дрезден Ивана Цветаева, собиравшегося «устроить в Москве маленький Альбертинум». Директор Альбертинума много и охотно консультировал основателя московского Музея изящных искусств (нынешнего ГМИИ им. А. С. Пушкина), фраза про «маленький Альбертинум» — из их переписки (Георг Трой, кстати, был уроженцем Петербурга, происходил из прибалтийских немцев, а свою музейную карьеру начинал внештатником в Эрмитаже и хранителем в музее Императорской академии художеств). Надо сказать, что аван