Ротшильды всех стран, объединяйтесь!

Международный бизнес
Финансы
«Эксперт» №15 (798) 16 апреля 2012
Впервые за два с лишним столетия французские и британские ветви семьи Ротшильд решили объединить свои активы. Причина — необходимость укрепить капитал в условиях ужесточения регулятивных норм, сохранив при этом контроль семьи над банками
Ротшильды всех стран, объединяйтесь!

В 1798 году Майер Амшель Ротшильд, банкир из Франкфурта-на-Майне, тогда вольного немецкого города, отправил своих сыновей в Париж, Лондон, Неаполь и Вену создавать филиалы на местах, что привело к формированию семейной финансовой сети, прозванной современниками «Банкиры мира».

В 2012 году барон Давид де Ротшильд начал финальный этап воссоединения банкирской династии. По его инициативе французские и британские активы семьи объединяются в холдинг в рамках Paris Orleans — французской компании, появившейся в эпоху бума железнодорожного строительства в XIX веке. Так завершится объединение французских банковских подразделений семьи с лондонским инвестбанком NM Rothschild. Этот банк стал одним из ведущих финансовых институтов Сити, после того как Натан Мейер Ротшильд, сын Майера Амшеля, заработал баснословное состояние, скупая британские гособлигации накануне поражения Наполеона при Ватерлоо в 1815 году. На протяжении XIX века Ротшильды процветали, создав децентрализованное панъевропейское партнерство. Династия обеспечивала финансирование правительствам, компаниям и армиям по всей Европе — в обмен на хорошую норму прибыли. Однако сегодня банковские группы оказываются неспособны функционировать в формате сети не связанных друг с другом национальных филиалов — в пользу этого говорят и последние решения Ротшильдов.

«Чтобы улучшить показатели всей группы, им приходится объединить ее под одним зонтиком», — отмечает банковский аналитик. Действительно, объединение компаний в холдинг защищает от требований к объемам капитала. Но, что еще важнее, создав единую структуру, семья Ротшильд сможет окончательно закрепить свой контроль над бизнесом.

Под зонтом

В основе новой компании будет коммандитное товарищество, которое станет гарантией от враждебных поглощений. Членам семьи в Paris Orleans принадлежит 48% всех акций, но при этом — 57% голосующих (в случае дальнейшей допэмиссии будут выпускаться лишь акции без права голоса, поэтому контролю семьи ничто не угрожает). И реструктуризация, по мнению аналитиков, должна почти удвоить капитализацию Paris Orleans — с нынешних 720 млн долларов до 1,3 млрд.

Причина такого решения — стремление Давида де Ротшильда никогда не ослаблять контроль семьи над активами. Во многом это диктуется его собственным опытом — в 1982 году он оказался свидетелем того, как Banque Rothschild был национализирован правительством Франсуа Миттерана. Его отец, Ги де Ротшильд, в знак протеста во второй раз уехал из Франции в Нью-Йорк (в 1940-м он бежал за океан от нацистов, а 42 года спустя — от социалистов).

Но его сын Давид, нынешний глава банковской династии, решил остаться в Париже и открыл новый банк, специализировавшийся на финансовом консалтинге и управлении активами, а не на традиционном кредитном деле. Начав с 1 млн долларов капитала и трех сотрудников, Давид де Ротшильд смог довольно быстро превратить Rothschild & Cie Banque в одного из ведущих финансовых игроков французской столицы.

Интеграция же панъевропейской банковской группы начала