Война и вера

Книги
«Эксперт» №35 (817) 3 сентября 2012
Война и вера

Существуют тысячи работ и монографий, посвященных Великой Отечественной войне и сопротивлению на занятых немцами территориях. Однако вопрос о роли православной церкви в те времена остается малоизученным. Рассмотреть его предлагает историк Михаил Шкаровский.

В среде людей, не слишком уважающих советское прошлое в целом и сталинское наследие в частности, популярно мнение, что оккупационное правительство Третьего рейха на оккупированных русских, украинских и белорусских территориях учредило полную свободу вероисповедания, разрешив повсеместно открывать храмы и возобновлять богослужения. В действительности же проводимая высшим руководством Рейха церковная политика мало отличалась от атеистической политики СССР, а нацистская пропаганда антихристианства вполне сравнима с действиями знаменитого Союза воинствующих безбожников, чьи материалы немецкая агитмашина охотно применяла.

Шкаровский условно разделяет церковную политику Рейха в отношении православия на два периода: с 1933 года до начала Великой Отечественной войны летом 1941-го и с 1941-го по 1945 год. На первых порах германское руководство благоволило Русской зарубежной церкви, широко тиражируя свое позитивное отношение к верующим. В противовес Советскому Союзу, с середины 1920-х годов устраивавшему последовательные гонения на церковь, гитлеровский режим хотел показать себя защитником православных в эмиграции. Вместе с тем преследовалась и другая цель — добиться расположения ряда Балканских государств, чьи лидеры, даже открыто симпатизирующие Гитлеру, и не думали брать курс на атеистическую пропаганду в своей стране.

Однако судьба православной церкви (по крайней мере, на русских территориях) была предрешена с самого начала. В условиях режима, где головы высших руководителей занимала маниакальная идея о создании новой религии с абсолютно антихристианской моралью на основе языческих культов и социал-дарвинизма, православие было обречено на постепенное изничтожение. С начала войны РПЦ попала в сферу интересов главных ведомств нацистов — партийной канцелярии, министерства восточных территорий и РСХА, где и разрабатывался план поэтапной ликвидации церкви. Его планировалось осуществить постепенным раздроблением епархий, атомизацией приходов и заменой православия новой псевдорелигией. Пока же оккупационная администрация допускала определенный уровень свободы вероисповедания на занятых территориях, надеясь заручиться поддержкой населения. Однако и этот план реализовать не удалось — уже в первые месяцы войны стало очевидно, что немецкие войска менее всего похожи на защитников христианской веры. Радость людей от возможности свободно посещать богослужения, крестить детей и возводить разрушенные храмы быстро сменилась пониманием того, что вместо освобождения и религиозных свобод они получили новую форму угнетения. По свидетельству очевидца, офицер вермахта в ответ на восторженные приветствия в одном из населенных пунктов честно сказал: «Погодите радоваться. За нами идут части СС, и тогда вы поймете, что никаки