Они не равны

Тема недели
Идеологическая борьба
Развернувшаяся околоисторическая дискуссия выявила, насколько неустойчивы основания современной российской государственности
Они не равны

Леонид Гозман и Ульяна Скойбеда стали фигурантами громкого скандала, разразившегося вокруг их весьма неоднозначных высказываний по поводу истории Великой Отечественной войны. Началось все с комментария президента Союза правых сил Леонида Гозмана, который он разместил в своем блоге. В нем он поставил советскую военную контрразведку в один ряд с СС. «У СМЕРШ не было красивой формы, но это, пожалуй, единственное их отличие от войск СС… Не сомневаюсь при этом, что и в СМЕРШ были честные солдаты. Вот только случилось так, что служили они в структуре, не менее преступной, чем СС. И само это слово — СМЕРШ — должно стоять в одном ряду со словами “СС”, “НКВД” и “гестапо”, вызывать ужас и отвращение», — написал он.

В ответ на это обозреватель «Комсомольской правды» Ульяна Скойбеда в своей колонке на сайте газеты посетовала, что, мол, порою и пожалеешь, что из предков нынешних либералов фашисты не наделали абажуров. Естественно, что безобразное высказывание журналистки КП вызвало бурю возмущения. Скойбеда неоднократно извинилась, за нее также неоднократно извинился главный редактор «Комсомолки» Владимир Сунгоркин, однако «с противоположной стороны» никто никаких извинений или сожалений так и не выразил.

Европа против Победы

Слова Гозмана ­— это не случайность, но продуманная политическая линия на уравнивание Третьего Рейха и СССР. Эта идея имеет в России, возможно, не слишком многочисленную, но очень сплоченную и непропорционально влиятельную группу сторонников. Однако корни этого процесса находятся за пределами нашей страны. Это проявилось, например, летом 2009 года, когда Парламентская ассамблея ОБСЕ приняла Вильнюсскую декларацию, пункт третий которой гласит: «В ХХ веке европейские страны испытали на себе два мощных тоталитарных режима, нацистский и сталинский, которые несли с собой геноцид, нарушения прав и свобод человека, военные преступления и преступления против человечества». Россия пыталась предотвратить принятие декларации, но единственное, что смогла сделать, — исключить приравнивание коммунизма к фашизму (заменили на сталинизм).

Важно понимать, что это не отдельное явление, а процесс. Декларация опирается на Копенгагенский документ 1990 года, в котором страны — члены ОБСЕ обязались «четко и безоговорочно осудить тоталитаризм». И кто сегодня поручится, что еще через двадцать лет, опираясь уже на Вильнюсскую декларацию, ОБСЕ не примет очередной документ, который напрямую объявит коммунизм преступным режимом, а значит, преступной будет объявлена вся советская история? В том числе и наша победа.

Традиционный парад 9 мая — вы полагаете, что наша страна всегда будет его проводить? В Вильнюсской декларации (п. 14) читаем: «[ПА ОБСЕ] просит правительства и парламенты государств-участников полностью избавиться от структур и моделей поведения, нацеленных на то, чтобы приукрасить прошлое…» Парад Победы ведь очевидным образом нацелен на то, чтоб приукрасить прошлое (в прошлом-то у нас в самом деле много чего было, а на параде об этом не говорится). Или пун