От идейного искусства к искусству без идей

Книги Начавшись как проект преобразования искусства и мира, художественный авангард заканчивает свой путь собиранием его осколков

Издательство «Ад Маргинем Пресс» предприняло издание серии небольших книг, посвященных художникам русского авангарда от его истоков до современности. Серия получила название «Имена». Мы выбрали три книги, в которых представлены художники, чье творчество кардинально отличается и формой, и временем: Малевич, Дейнека, Архипов.

В многотысячелетней истории изобразительного искусства было всего несколько моментов, когда оно кардинально меняло формы своего выражения. Авангардистское искусство, возникшее в начале ХХ века, обозначило именно такой поворот, на этот раз от реализма, в разных своих формах существовавшего со времен раннего Возрождения. Но если реализм достаточно легко поддается позитивному определению — это творческий метод изображения жизни с помощью создания образов, отражающих формы самой жизни, — то авангард поддается только негативному определению как метод, отрицающий следование формам, присущим жизни.

Самое яркое выражение художественного авангарда — русский авангард, который стал самостоятельной страницей в истории всемирного искусства. И это не случайно. Будучи революционным по своей стилистике и формам, русский авангард стал естественным продолжением и отражением русской революции начала ХХ века. И опять-таки не случайно, что стили и направления авангарда сменяют друг друга в течение всего ХХ века с головокружительной быстротой. Их перечень сам читается как произведение формального искусства: абстрактный экспрессионизм, беспредметность, баухауз, всёчество, дадаизм, конструктивизм, кубизм, примитивизм, супрематизм, сюрреализм, футуризм, экспрессионизм и т. д.

Но в длинной череде названий и имен, бесспорно, выделяется Малевич: именно он стал олицетворением авангарда, а «Черный квадрат» — его символом. А для многих современников и последующих поколений он стал еще и символом чудовищных потрясений, которые пережили Россия и весь мир в ХХ веке. Хотя автор книги Борис Гройс отрицает революционный в политическом смысле характер «Черного квадрата», он признает его «революционным в гораздо более глубоком смысле этого слова». Русский авангард «принимал и приветствовал полное разрушение всех традиций европейской и русской культуры» не потому, что авангардисты специально этого хотели, а потому, что они считали это неизбежным и неотвратимым. Октябрьская революция стала для них воплощением этой исторической неизбежности, которая позволит им, авангардистам, создать не только новое искусство, но и новый мир.

Как пишет Гройс в другой своей книге, «Gesamtkunstwerk Сталин», те, кто задумал советский проект, предполагали, что «русский пролетариат будет освобожден от отчуждающего труда, которым он вынужден заниматься в условиях капиталистической эксплуатации, и превратится в коллективного художника, творящего новый мир и в то же время себя как художественное произведение». Точно так же авангард стремился создавать новый мир, неотъемлемой частью которого станет новое искусство, рассчитывая на самостоятельность от партийного диктата. Но Сталин не терпел со