Об особенностях национального управления

Книги / ОРГАНИЗАЦИОННАЯ АНТРОПОЛОГИЯ Кейс, да еще в жанре бизнес-романа, с использованием изощренных количественных методов и респектабельной концептуальной рамкой — большая редкость в наших широтах

Тут надо потрудиться, и из авторского предисловия мы узнаем, что работа над книгой началась в середине 1990-х, когда владелец одного из банков (сегодня входит в первую десятку) попросил исследовательницу разобраться с кризисной ситуацией, возникшей в этой бурно развивающейся финансовой организации.

Исследование затянулось на годы. Была использована львиная доля всех методов, которые предлагают для этих целей антропология, социология и психология, а мы бы добавили — и журналистика: литературное качество материала выше среднего, и мастерство интервьюера явно выходит за рамки, задаваемые чисто научной и консалтинговой задачей.

В фокусе внимания Виктории Дубицкой ни много ни мало сравнительный анализ национальных стилей управления. Тут сразу представляются фыркающие профессора многочисленных МВА-школ, привыкшие считать менеджмент а) наукой и б) универсальным концептом, не зависящим от культуры, истории и географии. Этим господам стоит особенно внимательно прочитать книгу.

Автор строит свою концепцию не только на эмпирическом материале. Дубицкая считает себя последовательницей ставшего уже классиком организационной антропологии голландца Гирта Хофстеда, не слишком обласканного англо-саксонским мейнстримом, но популярного в Европе. Хофстед в конце 1960-х провел опрос сотрудников заграничных офисов IBM — в Латинской Америке, Азии, Средиземноморье и Европе. Обнаружив критическую дискоммуникацию между американскими топами и подчиненными им аборигенами, Хофстед с нордическим упорством стал копать проблему и докопался до ключевых линий водораздела (Хофстед назвал их измерениями), вдоль которых происходит сопротивление национальной культуры управления культуре американского менеджмента.

«Измерений» оказалось четыре (для Юго-Восточной Азии Хофстед вводил еще и пятую координату). Первое: феминность — маскулинность, оно определяется как степень, в которой доминирующими ценностями в обществе считаются забота друг о друге, интуиция, качество взаимоотношений, с одной стороны (феминность) и напористость, рационализм, целеустремленность, «вещи и деньги», по выражению самого Хофстеда, (маскулинность) — с другой. Скажем, англо-саксонская культура управления близка к полюсу маскулинности, а в российской или скандинавской ярче выражены феминные черты. Второе измерение проходит по линии коллективизм — индивидуализм, третье — страх перед неопределенностью или, наоборот, принятие неопределенности будущего, и наконец, четвертое, названное Хофстедом дистанцией власти, показывает, насколько человек готов распространять свою ответственность по вертикали власти (грубо говоря, отвечает он только за свой огород или готов отвечать за общее дело).

Хофстед и его последователи проводили десятки исследований в разных странах, в России помимо Дубицкой в этой парадигме работала группа под руководством Владимира Ядова. В итоге сегодня можно говорить о создании матрицы управленческих культур во вполне шпенглеровском масштабе. Здесь нет места описывать ее детально, скажем только об одном л