Квант технологической революции

Наука и технологии / РАН Мир стоит на пороге новой технологической революции, которую несет с собой новая наука — интеллектуальный анализ данных. В этих условиях еще более актуальным становится бережное отношение к науке со стороны государства, которое, не ограничивая свободу научного поиска, должно вновь научиться ставить перед наукой государственные задачи

С тех пор как началась дискуссия о предстоящей реформе Академии наук, академик РАН, директор Института проблем передачи информации им. А. А. Харкевича РАН Александр Кулешов оказался в ее центре. В частности, еще в 2011 году он выступил в нашем журнале со статьей «Не нужно революций», подвергнув критике предложения по реформе, с которыми ранее в статье «Верните действенность науке» выступили в нашем же журнале его заместитель Михаил Гельфанд и тогда еще ректор Национального исследовательского технологического университета МИСиС Дмитрий Ливанов.

Когда же в 2013 году реформа стала фактом, Александр Петрович стал одним из самых активных участников ее обсуждения, выступив, в частности, на страницах нашего журнала*** и на нашем сайте****. Он вошел в оргкомитет Конференции научных работников и стал одним из самых заметных ее спикеров. С тех пор конференция собиралась еще дважды, и Александр Петрович — ее постоянный, активный участник.

Конечно, нам хотелось услышать от академика Кулешова его оценку хода реформы. Но начали мы с вопросов о деятельности его института. Если вы только взглянете на перечень лабораторий, вас поразит разнообразие направлений, которыми этот институт занимается: от собственно теории передачи информации и управления до функциональной и сравнительной геномики прокариот. Что само по себе интересно и необычно.

 

Ваш институт, если судить даже просто по названиям его лабораторий, поражает разнообразием направлений. Иногда непонятно, какое отношение иные из них имеют к тематике института. Что их объединяет? 

— Математика. Все это объединяет математика. Даже наши биологи, физиологи, специалисты по зрительным системам — это в основном переучившиеся математики, переучившиеся физики. Я, например, получил на мехмате МГУ лучшее, не побоюсь этого слова, математическое образование в стране, а когда я учился, оно было лучшим в мире. Но я никогда не работал математиком, я всегда работал инженером. Я математик, переучившийся на инженера. Хотя я много раз в жизни доказывал теоремы, и не только для диссертации. А потому, что это было нужно для достижения практического результата. Потому, что инженерная деятельность сейчас очень математизирована. Все произошло правильно, и я стал хорошим инженером именно благодаря математике.

И такой тренд становится все более распространенным, поскольку сейчас все серьезные успехи в науке и технике связаны с решением междисциплинарных задач. Я люблю приводить малоизвестный широкому кругу людей факт: больше всего Нобелевских премий во всех областях науки получила томография. Она шла по разным направлениям — по физике, по физиологии, медицине.

Что такое томография? Два человека, Феликс Блох и Эдвард Пёрселл, в свое время вдруг поняли, что можно объединить возможности трех уже известных достижений науки. Первое —это преобразования Радона. Это очень просто на самом деле: используя обратное преобразование Радона, ты можешь восстановить трехмерное тело по площадям его сечений. Второе — это тот факт, что по функции ослаб