Новый таргет

Тема недели
«Эксперт» №1-2 (970) 21 декабря 2015
В экономическом плане год заканчивается тяжело

Хуже, чем можно было предположить в марте, когда явно чувствовалось близкое и действительно случившееся апрельское оживление. Хуже, чем можно было предположить в сентябре, когда что-то еще обещала осенняя конъюнктура. Ноябрьские данные по промышленному производству обозначили конец года как негативный. Темпы роста промышленного производство показали минус 3,8% в годовом выражении. Причем, по расчетам аналитиков «Эксперта», мы должны ждать ускорения падения в ближайшие месяцы, и где дно этого падения, пока не видно. Будем надеяться, что не очень низко.

Впрочем, ни на что иное нельзя было и рассчитывать. Как мы уже писали, темпы роста денежной массы вот уже 16 месяцев подряд не поспевают за инфляцией. Количество денег в обращении за год сократилось в реальном выражении на 8%, что при падении ВВП на 4% означает растущий дефицит ликвидности для обслуживания даже имеющегося оборота, не говоря уж о возможности инвестирования и роста ВВП. Ближайшие четыре месяца будут тяжелее только что пережитых даже несмотря на то, что нас ждет Новый год.

Все очевидно, что выбраться из рецессии без активизации денежной политики не удастся. «Жить на свои», как советуют нам всем сегодня в правительстве, в макроэкономическом смысле означает продолжить сворачивать свою капиталовооруженность. И при успехах в отдельных производствах не должно быть иллюзий, что можно унаследовать масштабный советский индустриальный фундамент, не обновлять его в течение более чем четверти века и при этом сохранять нормальный цивилизованный уровень жизни. Это невозможно. А если невозможно это, то невозможно в макроэкономическом смысле и наращивать эффективность. Опять же на отдельных производствах это возможно. Но в стране в целом, не наращивая современный основной капитал, невозможно создать новую эффективную экономику. А наращивать основной капитал в масштабах, которых просит потенциально огромная индустрия и инфраструктура страны, невозможно без денежного расширения. Таким образом, задача следующего года сменить таргет «инфляция» на таргет «капиталовооруженность» и сделать это индикатором успешности экономической политики, структурных реформ — совершенно без разницы, как это называть.

Что мешает этой смене цели? Объективно говоря, сегодня в России нет институтов и инструментов для эффективного вливания ликвидности. С этим, скорее всего, и сталкиваются финансовые власти всех мастей, даже в те редкие минуты, когда они об этом задумываются. Рынок облигаций объективно слаб — число эмитентов и объем рынка копеечный (что отличает нас от США времен рецессии тридцатых годов). Ипотечный рынок тоже невелик, что отличает нас от США начала XXI века. Банковский сектор придавлен так, что не может быть «распространителем» денежной массы. То есть что-то мы не успели создать, что-то медленно уничтожаем, и в результате остается только накачивание бюджета через облигационные займы, всего один канал.

Отсюда задача — создать за год несколько каналов эффективного наполнения экономики ликвидностью. И, как нам ка