Сложная игра вокруг Узбекистана

Политика
УЗБЕКИСТАН
«Эксперт» №36 (999) 5 сентября 2016
2 сентября власти Узбекистана объявили о смерти президента Ислама Каримова. Есть риски дестабилизации этой страны
Сложная игра вокруг Узбекистана

«Каким ты меня запомнишь, англичанин? Другом или тираном?» — спрашивал умирающий шах Исфагана английского доктора Роберта Коула в фильме «Лекарь».

«И тем и другим», — отвечал ему доктор.

И тем и другим, безусловно, запомнят президента Узбекистана Ислама Каримова, скончавшегося на прошлой неделе. За время правления Каримова Узбекистан превратился в практически полицейское государство, символом которого вполне можно считать Ташкентский аэропорт. Автор в силу работы был во многих воздушных гаванях, однако только в ташкентской на весь аэропорт один вход и на пути к стойке регистрации несколько этапов досмотра. Причем ищут не бомбы, а валюту — ее из Узбекистана запрещено вывозить больше, чем ввез. Тотальный контроль и внутри общества — через общественные квартальные структуры (так называемые махалли). За время правления Каримова вся оппозиция оказалась либо за решеткой, либо за границей, либо на том свете. О нарушениях прав человека не говорят только самые ленивые правозащитники. Апофеозом нарушений, по мнению правозащитников, стал расстрел властями демонстрации в Андижане в мае 2005 года, в ходе которого, по официальным данным, было убито 187 человек, а по неофициальным — в несколько раз больше.

Однако Каримов был и другом Узбекистана, поскольку сумел сохранить страну в крайне непростых условиях. У всех его действий были вполне вменяемые мотивы, соответствующие логике региона. То же восстание в Андижане отнюдь не было пацифистским маршем с челобитной к султану. Погромщики захватили тюрьму, убивали силовиков, захватывали оружие и заложников. По сути, речь шла об узбекском Майдане, последствия которого для страны были бы весьма печальными, а возможно, и катастрофичными. И у Ислама Каримова, в отличие от Виктора Януковича, хватило духу применить силу. Каримов жестко боролся с радикалами, он не допустил возникновения очага терроризма в своей стране. И в этом отношении он, конечно, был нашим полезным партнером.

Что же касается его внутренней политики, то Каримов не стал узбекским Назарбаевым и не собирался строить в стране гражданское общество. Однако можно ли его винить в этом? Казахстан находился в относительно тепличных условиях, окруженный стабильными государствами, и мог себе позволить эксперименты. У Узбекистана же стабильность была лишь на казахской границе и на юго-востоке, где находится отшельнический туркменский султанат. На юге соседом был Афганистан, на западе — бурлящий Таджикистан с абсолютно непредсказуемым Рахмоном (который делает все возможное для социального взрыва в своей стране) и хронически нестабильная Киргизия с ее гордыми кланами. В этой ситуации играть в демократию и другие опасные игры Каримов не рискнул.

 

Наследник есть

 

Самым актуальный вопрос сегодня — кто станет преемником ушедшего президента. Судя по всему, он уже решен. И с этой точки зрения имя нового султана не так уж и важно.

Естественно, никакого сильного и адекватного наследника при жизни Каримов не назначал — это абсолютно не в логике авторитарных лидеров, которые