Маннергейм как линия, или Осень монументов

Современная монументалистика разделяет общество — вот первый вывод из наблюдений осени

Атака и снятие доски Маннергейму в Петербурге; установка памятника Грозному в Орле; закладка памятника ему же в Александрове; привоз князя Владимира в Москву — все вместе вводит публику в растерянное неистовство. Скульптуробесие. Но дальше будет только хуже, потому что памятник — лучший способ сделать себе хорошо, а нам интересно

 

Маннергейм

Петербуржцы (здесь хочется сказать «ленинградцы») добром просили убрать барона со стены. После ударов топора доска уехала в запасники. Затем Российское военно-историческое общество Владимира Мединского выпустило релиз, косвенно признав ответственность. Ведь именно министр культуры открывал доску, причем на пару с Сергеем Ивановым, уже покинувшим свой пост, и с Владимиром Чуровым, который возглавляет в Обществе что-то научное.

Над объяснением казуса Иванова—Мединского—Чурова бьются умы — не нашему чета; вернемся к монументалистике. В релизе говорится:

«Факт, что финские войска, которые возглавлял К. Маннергейм, в 1941 году, остановились на Карельском перешейке и не стали продвигаться далее к Ленинграду. Но фактом является и то, что финны блокировали город на Неве с севера и участвовали в наступательных операциях в районе реки Свирь».

И дальше в том же духе. «Неоднозначная фигура Карла Маннергейма — предмет изучения и повод для дискуссий историков». С одной стороны, с другой стороны. Да, но… нет!

Люблю с образованными людьми впроходку ходить, однако для дискуссий есть специально отведенные места. Ученые советы, конференции, книги, журналы, диссертации. Поляны реконструкций. Есть они и в искусстве: стихи и проза, фильмы и подмостки, загрунтованные холсты. И даже пластика, когда она в музее, где портреты спасителей отечества мирно соседствуют с портретами врагов. Недаром Маннергейма увезли в музей.

То же и на дому: найдя у доброго приятеля …Столбик с куклою чугунной / Под шляпой с пасмурным челом, / С руками, сжатыми крестом, вы вряд ли захотите грохнуть маленького капрала о стену и вызвать вашего Онегина на дуэль.

Всё меняется, если маленький капрал, по пути раздавшись в размерах, выходит на площадь. В Москве или ином русском городе. Притом Москва относится к Наполеону сложно: он нашел в ней подлинную русскую столицу и вернул ей мировой горизонт. Тут как раз «с одной стороны, с другой стороны». Однако же повесить доску Бонапарту на каком-либо дворце еще никто не догадался. К ней, как к Маннергейму, пришлось бы приставлять охрану, чтобы за доплату трактовала возбужденным горожанам про сложность и неоднозначность.

Почему же так? — А очень просто.

Монументалистика есть только отдание чести.

Ленинград-Петербург, и мы с ним, не отдал чести Маннергейму. Когда Мединский с Ивановым заставили курсантов пройти почетным караулом мимо Маннергейма, из публики кричали: «Не отдавайте чести, братцы!» Такое вот народное искусствоведение.

Релиз Военно-исторического общества лепечет про неоднозначность Колчака и Врангеля, которым тоже устанавливают памятники. Но не различать Гражданскую войну с Отечественной может только тот, к

Как не рассыпать мусор по дороге
Возможности для построения эффективной системы обращения с отходами в стране есть. Но нам придется преодолеть давление групп лоббистов, преследующих противоположные цели, снять растущие протестные настроения в обществе и выстроить на всех уровнях четкое понимание, куда и как мы идем
В ожидании вала банкротств
Банкротства девелоперов и обманутые дольщики еще не один год будут определять повестку дня рынка жилищного строительства. После запрета долевого строительства проблем станет еще больше
Очень, очень плохой банк
ЦБ собрал все токсичные активы из «Открытия», Промсвязьбанка и Бинбанка в одном месте и рассчитывает избавиться от них за пять лет. Однако качество активов таково, что их придется либо продавать буквально за бесценок, либо списывать

У партнеров

    «Эксперт»
    №43 (1005) 24 октября 2016
    400 крупнейших компаний России
    Содержание:
    Два Ивана

    Россия должна — и хочет — очистить национальную историческую память. Простыми переменами оценок: с плюсов на минусы, с минусов на плюсы — сделать это невозможно

    Экономика и финансы
    Реклама