Иду на «Грозу»

Культура
Москва, 05.06.2017
«Эксперт» №23 (1032)
В Театре Наций — премьера спектакля по пьесе Александра Островского «Гроза» в постановке Евгения Марчелли

ДАРЬЯ ГЛОБИНА / ТЕАТР НАЦИЙ

Если судить по театральным афишам, мы по-прежнему благополучно пребываем в девятнадцатом веке и пока нет никого, кто мог бы нас оттуда наконец вывести. Пьесы Чехова и Островского как шли сто лет назад, так и идут, как давали они нам ответы на насущные вопросы, так и дают. В них постоянно обнаруживается все, что нужно для режиссерского высказывания о времени и о себе. Зрители, хорошо зная, чем кончится пьеса, смотрят спектакль словно на перемотке, вслушиваясь в уже многажды слышанные реплики, разошедшиеся на цитаты, и открывают для себя то, что раньше благополучно ускользало от их внимания. Но в этом отношении Россия продвинулась намного дальше тех же англичан, накрытых реальностью семнадцатого века. Они как ставили Шекспира, так и продолжают его ставить. Это театральное путешествие по замкнутому кругу, в котором есть начало, но нет конца. Все, что меняется, — это внешний антураж, внутреннее же содержание, зафиксированное однажды Чеховым и Островским, остается неизменным.

Спектакль называется неологизмом «Грозагроза», и это то, что Марчелли обычно делает с названиями спектаклей по классическим пьесам. Так он еще с афиши спектакля отправляет зрителю сообщение: тот увидит не совсем привычную версию хорошо знакомой пьесы. В России в поединке режиссера с драматургом выигрывает режиссер. В случае Марчелли он даже оставляет за собой право на переименование пьесы. Посредством драматургического ребрендинга он словно отчуждает автора от когда-то написанного им текста и делает его более личным. В данном случае ему было важно, что муж и любовник Катерины — один и тот же человек: в спектакле обе роли играет Павел Чинарев, и это несколько неожиданно, ведь персонажи противостоят другу. Борис Григорьевич в глазах и Катерины, которую с необыкновенной самоотдачей играет Юлия Пересильд, и зрителей хоть какая-то, но все-таки альтернатива совсем уж безвольному Тихону Ивановичу. По версии БДТ в интерпретации Андрея Могучего, обратившегося к «Грозе» годом раньше Марчелли и получившего благодаря ей «Золотую маску» за режиссуру, Борис — это еще один луч света в темном царстве города Калинова, рыцарь, примчавшийся на зов прекрасной дамы.

У Марчелли оба — и Борис, и Тихон, — одного поля ягоды. Если Тихон слова не смеет сказать против матери, Марфы Игнатьевны, то воля Бориса подавлена его дядькой Савелом Прокофьевичем, которому Борис возразить ни в чем не смеет. Борис — такая же жертва, как и Тихон, и Катерина обреченно мечется между тем и другим. Но выхода у нее нет: весь мир — тюрьма, причем первоклассная, с множеством казематов и подземелий, среди которых город Калинов — из самых скверных. На роль Кабанихи Евгений Марчелли пригласил Анастасию Светлову, актрису ярославского Театра драмы имени Федора Волкова, где он худрук, — с мощным темпераментом, который столичные зрители могли совсем недавно оценить в спектакле «Чайка. Эскиз» в постановке того же Марчелли, в роли еще одной знаменитой сценической матери — Аркадиной: там она не менее эффектно «расправлялась» с Константин

Как не рассыпать мусор по дороге
Возможности для построения эффективной системы обращения с отходами в стране есть. Но нам придется преодолеть давление групп лоббистов, преследующих противоположные цели, снять растущие протестные настроения в обществе и выстроить на всех уровнях четкое понимание, куда и как мы идем
В ожидании вала банкротств
Банкротства девелоперов и обманутые дольщики еще не один год будут определять повестку дня рынка жилищного строительства. После запрета долевого строительства проблем станет еще больше
Очень, очень плохой банк
ЦБ собрал все токсичные активы из «Открытия», Промсвязьбанка и Бинбанка в одном месте и рассчитывает избавиться от них за пять лет. Однако качество активов таково, что их придется либо продавать буквально за бесценок, либо списывать

У партнеров

    «Эксперт»
    №23 (1032) 5 июня 2017
    Агония халифата
    Содержание:
    Россия решила основные задачи сирийской кампании

    Союзники делят шкуру еще не убитого, но раздавленного Халифата. А Кремль уже над схваткой

    Экономика и финансы
    Потребление
    Реклама