Миноритарии и пустота

Русский бизнес
ФОНДОВЫЙ РЫНОК
«Эксперт» №28 (1037) 10 июля 2017
Компании молчаливо выдавливают мелких акционеров из капитала, ЦБ от активной защиты частных инвесторов воздерживается. Для российского финансового рынка это означает стабильно низкую капитализацию, для экономики — низкую залоговую базу, для компаний — невозможность привлечь финансирование с рынка
Миноритарии и пустота

Хорошее отношение к акционерам, прозрачная дивидендная политика, согласованная работа совета директоров… Машиностроительный завод имени М. И. Калинина — редкий пример образцового обращения с мелкими акционерами. За исключением 2009 года МЗиК выплачивал дивиденды в строгом соответствии с уставом, а для российских компаний, особенно второго-третьего эшелона, это случай нечастый.

А вот Долгопрудненское научно-производственное предприятие, входящее в ту же структуру, что и МЗиК, а именно в концерн «Алмаз-Антей», при любой прибыли направляет на выплату дивидендов копейки, его миноритарии который год безуспешно пытаются отстоять свои права. Частные инвесторы связывают такую разницу с личными качествами топ-менеджмента: бессменный гендиректор МЗиК Николай Клейн известен тем, что в самые трудные времена, в 1990–2000-е, не распустил коллектив, не пустил под пресс и не распродал оборудование и фактически сохранил предприятие.

Создается впечатление, что громкий отказ «Газпрома» от выставления оферты по облгазам (см. «Как напугать “Газпром”», «Эксперт» № 36 за 2014 год), совпавший с переводом Федеральной службы по финансовым рынкам (ФСФР) в состав ЦБ и с созданием мегарегулятора, стал точкой невозврата. Вопреки надеждам, которые на первых порах связывали с появлением мегарегулятора — ведь зарплаты там втрое выше, чем в ФСФР, и защищать миноритариев можно было бы активнее, опираясь на вес ЦБ, — ситуация с правами миноритарных акционеров застыла в нижней фазе. Даже оферты по заниженным ценам уже не выглядят злом, говорит частный инвестор Денис Панасюк, — ведь оферта есть, а цену теоретически можно оспорить в суде. Самая большая проблема в том, что эмитенты, особенно второго и последующих эшелонов, не ведут ровно никакой работы со своей капитализацией и с мелкими акционерами. Они не понимают, зачем нужен фондовый рынок, не хотят видеть у себя в реестре физлиц — но и выкупать у них акции тоже не хотят, надеясь, что, если максимально усложнить жизнь «миноров», те сами собой исчезнут. Мегарегулятор, в свою очередь, сосредоточился на бумажной работе, но ему гораздо проще работать с теми, кому он выдает лицензию. Когда дело доходит до споров, миноритарии оказываются в судах один на один с эмитентами — и с абсолютной некомпетентностью судей.

Никто не заставит

Может сложиться впечатление, что о миноритарных акционерах просто забыли в силу их малого влияния на рынок, но это не так. Как следует из отчетности Московской биржи, на декабрь 2016 года количество уникальных клиентов в системе торгов составляло 1,1 млн человек. И это только те «физики», кто зарегистрирован на бирже. Если добавить сюда клиентов инвестиционных фондов, а также тех, у кого акции лежат в реестрах со времен приватизации, можно предположить, что около 18 млн россиян владеют акциями (оценка Myriad Rus).

Еще во время существования ФСФР появилась идея как-то упорядочить хаос, царящий в открытых акционерных обществах. Большинство из них получили мелких акционеров еще во время приватизации, но со времен