Цифровая реальность

Тема недели / ЦИФРОВАЯ ЭКОНОМИКА Представленная правительством программа цифровизации экономики пока не выглядит как документ, следуя которому можно совершить прорыв в этой области. По мнению участников рынка, в программе не хватает экономических задач, связанных с развитием цифровой индустрии, новых способов производства и вывода отечественных технологий на глобальные рынки
СЕРГЕЙ ЖЕГЛО

Всеобщую цифровизацию, которая охватила мир, сравнивают с электрификацией: как в свое время без электричества невозможно было принципиально совершенствовать экономику и быт, так и современные информационные решения способны вывести все стороны жизни человека на принципиально новый уровень — от управления производством ракет до заказа пиццы на дом.

О повсеместной цифровизации в последние недели особенно активно заговорили российские власти. Словосочетание «цифровая экономика» стремительно ворвалось в обиход, употреблять его становится модно, стильно, современно.

Между тем понятие это довольно абстрактное. В экономике говорить о цифровизации — это все равно что, скажем, говорить об обязательном присутствии кислорода в атмосфере. Без простейшего компьютера, смартфона и прочих цифровых устройств уже немыслима не только экономика, но и бытовое существование современного человека. И пропагандировать цифровизацию экономики — это примерно то же самое, что призывать людей дышать. Однако более масштабное, глубокое и оперативное внедрение цифровых технологий, конечно, требует решительных действий.

Волны инноваций

Широкое распространение компьютеров, ИТ-решений, телекоммуникационных средств вполне справедливо называют цифровой революцией, которая, по мнению многих ученых, сейчас вступила в решающую фазу: в текущем году каждый второй житель планеты считается подключенным к интернету. А по оценке международной исследовательской компании McKinsey, в течении ближайших двадцати лет 50% всех рабочих операций в мире могут быть автоматизированы. По масштабу этот процесс может быть сопоставим с промышленной революцией XVIII–XIX веков. Например, в Англии в свое время доля рабочих, занятых в первичном секторе экономики, уменьшилась более чем вдвое; правда, это заняло не двадцать, а сто шестьдесят лет (с 1710 по 1871 год).

И так же как промышленная революция позволила отдельным странам добиться впечатляющих темпов экономического роста и вырваться в мировые лидеры, так и нынешняя цифровая революция обещает рывок тем, кто сможет вовремя и правильно воспользоваться цифровыми технологиями.

Цифровая трансформация экономики происходит под действием волн инноваций, интенсивность которых в последнее время увеличивается. Если некоторые периоды цифровой революции длились десятилетиями, то сейчас счет идет на годы и даже на месяцы.

Началом цифровой революции сейчас называют 1960-е годы, когда появились компьютеры, которые постепенно обучались работать всё быстрее и делать больше вычислений. Потом появилось программное обеспечение, которое с 1980-х помогало автоматизировать многие рутинные бизнес-процессы в компаниях.

1990-е прошли под знаком бурного развития интернет-технологий, начала расцветать интернет-торговля, появлялись всевозможные интернет-сервисы, электронная почта, чаты и прочие средства электронной коммуникации. В 2000-е интернет-коммуникации трансформируются в социальные сети, широко распространяется сотовая связь, появляются беспроводные сети передачи данных вроде Wi

Голые цифры

Темпы роста отраслей, относимых к цифровой экономике, указывают не на бум отрасли, а на стагнацию. Хотя нельзя отрицать структурных изменений в бизнесах, все-таки истерика вокруг всеобщей цифровизации немого похожа на пиар-поддержку отраслей, попавших в сложной положение.

Общий объем мирового цифрового рынка составляет 3,3–3,5 трлн долларов. А вот темпы его роста в последние два года не поражают воображение: минус 6,0% в 2015 году и всего плюс 0,3% в 2016-м. Тогда как темпы роста мирового ВВП — 2,4 и 2,3% соответственно.

Негативный вклад в рост цифрового рынка вносят отрасли, связанные с большими инвестициями и «металлом»: услуги связи и приобретение техники. Растущие рынки — разработка программного обеспечения и IT-услуги. Облачные сервисы, несмотря на то что о них много говорят, стагнируют.

Забавно, что стагнацию рынка аналитики объясняют слишком крепким долларом — это затрудняет экспорт услуг и техники основных мировых производителей. Так что IT-рынок должен не очень любить Дональда Трампа, политика которого будет способствовать дальнейшему укреплению доллара.

Совокупный мировой ВВП — 75 трлн долларов. То есть IT-отрасль занимает примерно 5% мировой экономики.

Динамика мирового ИТ-рынка

Зачем нужна цифровая программа

Текущую государственную программу можно рассматривать как очередную попытку в новых технологических условиях подойти к теме модернизации страны. Ранее эти попытки были, но общей стратегии научно-технологического развития как части промышленного развития страны они не породили. Более того, не складываясь в целое, точечные инициативы приводили к внутренним противоречиям и конкуренции между проектами развития.

Практически во всех значимых развитых и развивающихся странах мира существуют и уже реализуются аналогичные программы (промышленный интернет, индустрия 4.0, интернет +). Но они не реализуются в вакууме, отдельно от всей экономики, они тесно интегрированы в другие программы: например, Advanced Technologies Initiative в США или Made in China в Китае, которые занимаются развитием отраслей с высокой добавленной стоимостью. По сути цифровая экономика здесь решает задачи вывести уже существующую развитую промышленность на новый уровень развития. По аналогии программа цифровой экономики в России должна не столько решать узкоспециализированные задачи интенсификации развития и внедрения информационных технологий, сколько стать инструментом модернизации отраслей, а также точкой входа для внедрения или создания с нуля передовых промышленных технологий, которые в России пока не созданы. Впрочем, сможет ли это сделать наша цифровая экономика, которая и сама находится не в лучшем состоянии?

Цифровая экономика появилась десятки лет назад, началом ее возникновения условно можно считать появление компьютеров и интернета. Сегодня она приобретает новое качество, с одной стороны, в связи с проникновением интернета в ранее не интернетизированные отрасли (промышленность, сельское хозяйство, энергетика, транспорт, ЖКХ, городская инфраструктура), а с другой стороны, ведет к интенсивному развитию новых прорывных технологических рынков, таких как искусственный интеллект, 3D-печать, беспилотный транспорт, робототехника.

Цифровизация экономики происходит по двум направлениям: а) производство продуктов и услуг цифровой экономики и б) их потребление и — за счет него — изменения различных отраслей экономики. При этом развитыми современными странами считаются не столько страны, в которых высоко потребление цифровых услуг и продуктов, сколько страны, в которых эти цифровые продукты и услуги производятся. Россия стоит в числе лидеров в части потребления отдельных цифровых услуг (интернет-доступ, сотовая связь, многие сегменты потребительских интернет-сервисов), в других сегментах сравнительное проникновение цифровых услуг не такое значительное (электронная коммерция, облачные сервисы и др.). С точки же зрения производства картина еще более неоднородная, так как в отдельных сегментах интернет-услуг и программного обеспечения (интернет-поиск, социальные сети, антивирусные решения, отдельные сегменты электронной коммерции и корпоративного программного обеспечения) позиции российских компаний сильны, в других российские компании находятся на вторых ролях или занимают маргинальное положение (микроэлектроника и электроника, телекоммуникационное и сетевое оборудование, многие сегменты корпоративного программного обеспечения и облачных сервисов, часть сегментов электронной коммерции и потребительских интернет-сервисов). Картина значительно усложняется, если мы будем анализировать развитие в динамике: 1) по многим направлениям, где позиции российских компании все еще устойчивы, мы испытываем сильную конкуренцию иностранных игроков (от интернет-поиска и социальных сетей до электронной коммерции и онлайн-такси); 2) современные технологические стратегии передовых стран мира приведут как к переделу текущих отраслевых рынков, так и к созданию новых направлений услуг и бизнесов: рынков автомобилестроения — за счет электромобилей и беспилотного транспорта, энергетики — за счет технологий смарт-грид и альтернативной энергетики, промышленности — за счет 3D-печати и роботов, образования — за счет дистанционного образования и новых форм обучения.

Во всех вышеприведенных направлениях в России существуют технологические разработки, команды и компании разного уровня успешности. Но этого мало. От технологии до рынка большой путь, а от стартапа до создания крупной компании международного значения — еще более длинный и трудный. До того как это произойдет, лучшие специалисты и команды могут уехать за рубеж, быть перекуплены крупными иностранными компаниями или не выдержать конкуренцию с этими же технологическими гигантами. Все это в России и происходит. Мелкие нишевые или локальные технологические проекты, ориентированные на локальный спрос, выживают, а крупные, капиталоемкие, долгосрочные, требующие значительных инвестиций, долгосрочной поддержки и значительного рыночного спроса, который российский рынок сам по себе не может обеспечить, либо уходят за рубеж, либо выживают скорее как исключение, чем правило.

Рынки США или Китая сами по себе очень большие, в денежном выражении очень емкие и позволяют окупаться крупным инвестиционным проектам любого масштаба. С другой стороны, уровень доступных венчурных инвестиций в этих странах больше российского на порядки. Кроме того, в технологически развитых странах мира (прежде всего США, Германии, Китае, Японии, Южной Корее), в отличие от России, уже есть крупные технологические компании мирового уровня, которые активно инвестируют в НИОКР и реализуют долгосрочные программы технологического развития. Но даже эти компании создают отраслевые и проектные ассоциации и консорциумы и активно пользуются государственной поддержкой. У нас же пока нет похожих компаний, которые располагают не только сопоставимыми финансовыми и технологически ресурсами, но и рыночными позициями и соответствующей управленческой и рыночной экспертизой для конкуренции с западными компаниями на равных. Эти же страны, несмотря на кажущуюся самодостаточность частного бизнеса, реализуют широкий перечень государственных программ и инструментов поддержки развития новых технологий и технологических рынков, связанных с цифровой экономикой. При этом поддержка является целевой, конкретной и системной.

Поэтому, чтобы создать в России компании, конкурентоспособные с международными, потребуются не только усилия, сравнимые с текущими программами развития развитых и развивающихся стран, но и комплексные организационные и управленческие изменения, аналогичные восстановлению стран Западной Европы (во время реализации плана Маршалла), программам послевоенного развития Японии или Южной Кореи, недавней модернизации Китая (1990–2000-е годы).

 

Михаил Шеховцев,  Директор по стратегическим проектам J`son & Partners Consulting

Россия отстает по цифровизации экономики
Ведущие отрасли РФ сильно отстают по цифровизации
Динамика мирового ИT-рынка