Крадущийся тигр, затаившийся дракон

Тема недели
ЮАНЬ КАК БУДУЩАЯ МИРОВАЯ ВАЛЮТА
«Эксперт» №49 (1055) 4 декабря 2017
Китай не форсирует процесс вхождения юаня в пул резервных мировых валют. Слишком велик риск утраты социально-экономической стабильности, остающейся главным приоритетом. Готовой «дорожной карты» интернационализации юаня, похоже, тоже нет. Тем любопытнее недавние импровизации
Крадущийся тигр, затаившийся дракон

Доля юаня в международных расчетах провалилась в октябре до самого низкого уровня с апреля 2014 года. Итоги свежего мониторинга международной расчетной системы SWIFT, обнародованные на прошлой неделе, произвели эффект холодного душа.

Согласно данным SWIFT, в прошлом месяце доля юаня опустилась до 1,46% с 1,85% в сентябре. Показатель сократился почти вдвое с пикового уровня, достигнутого в 2015 году, хотя рынки ожидали, что юань будет укреплять позиции, после того как два года назад МВФ включил юань в корзину валют для расчета специальных прав заимствования — расчетной валюты фонда.

И динамика, и сами невеликие цифры, казалось бы, не оставляют шансов амбициям КНР стать законодательницей мод в глобальном финансовом мире, а в перспективе сбросить американский доллар с пьедестала главной мировой валюты.

Однако не будем торопиться с выводами. Китайская цивилизация — одна из древнейших на Земле, у ее представителей совсем иное восприятие времени, чем у вечно спешащих англосаксов. Попробуем разобраться с актуальным деревом приоритетов Китая в валютно-финансовой сфере.

В моменте третий эшелон

Даже в расчете по текущему обменному курсу китайский ВВП составляет 15% мирового, тогда как на расчеты в юанях приходится менее 2% стоимости международных расчетов (см. график 1). У американского доллара диспропорция обратная: эта валюта опосредует почти 40% расчетов в мире, в то время как США формируют четверть глобального ВВП. Это можно рассматривать как своеобразную премию за статус главной резервной валюты.

К сожалению для китайцев, быстро нарастить долю юаня в трансграничных расчетах непросто. Более того, за последние два года она даже слегка снизилась (на несколько десятых долей процента). Видимо, сказалась девальвация юаня и расширение коридора его текущих колебаний. Институт двусторонних свопов в национальных валютах, соглашения о которых китайский центробанк за последние восемь лет заключил более чем с тремя десятками ЦБ самых разных стран мира — как своих серьезных торговых партнеров вроде Гонконга, Южной Кореи и Малайзии, так и неожиданных Исландии и Албании, на кругленькую сумму 3,3 трлн юаней, или примерно 480 млрд долларов, не принес пока волшебных результатов. До сих пор около 70% «международных» расчетов в юанях обслуживают торговые потоки между Китаем и Гонконгом, часто это внутрикорпоративные платежи между подразделениями крупных компаний, многие из которых имеют подразделения в Гонконге.

Доллар США продолжает доминировать в мире не только как средство платежа, но и как инструмент инвестиций и сбережений. Опираясь на явное доминирование американских рынков капитала в мире по емкости, инструменты, номинированные в долларе, формируют 40% глобальной стоимости долговых инструментов. На долларовые активы приходится 60% международных резервов государств.

По капитализации рынка акций (7,3 трлн долларов в 2016 году) Китай занимает второе место в мире, однако разрыв с лидером, США, очень серьезен (3,7 раза). Емкость облигационного рынка Китая еще больше, п