В память о химзаводе

Культура
ЖИВОПИСЬ
«Эксперт» №20 (1074) 14 мая 2018
В нижегородской галерее Futuro проходит выставка Павла Отдельнова, посвященная дзержинским химическим заводам: историческая канва в ней важна не меньше искусства
В память о химзаводе

В детстве Павел Отдельнов мечтал стать художником-фантастом: наблюдать небесные тела в телескоп и зарисовывать их. Для выставки «Химзавод» ему буквально пришлось пережить полет — но не в космос, а наблюдая через дрон-видеокамеру территории полигонов с химотходами. Оказалось, что с высоты нескольких сотен метров шламонакопитель (открытый резервуар, где собираются отходы химических производств) в дзержинской индустриальной зоне выглядит как поверхность Плутона.

Впервые Павел Отдельнов попал на территорию дзержинской промзоны пять лет назад: «Мы с отцом стали искать цех, где он когда-то работал, — но не нашли: этого здания больше не существует, — рассказывает художник. — Еще я обнаружил здание постройки одного из братьев Весниных, гениев конструктивистской архитектуры, и оно было в плачевном состоянии. Другое индустриальное здание напомнило мне базилику Максенция в Риме: это не очень старое здание пятидесятых годов постройки, но еще года два — и от него ничего не останется». Так появилась серия «Руины».

Для Отдельнова погружение в пейзаж из многоэтажек и заводских окраин: серии «Внутреннее Дегунино», «ТЦ» и «Руины» — попытка ухватить красоту момента и научиться его ценить. Шестнадцатиэтажным жилым домам типа П-44 художник посвящает оды, разрушающееся здание завода уподобляет античному храму, а гипермаркет посреди спального района у него всего лишь битый пиксель в усредненном российском пейзаже. Человек в его работах где-то рядом, но всегда за кадром. Так и на выставке в Futuro пространство между картинами заполнено человеческой речью, рассказами и свидетельствами.

Одна из работ посвящена взрыву 12 февраля 1960 года, от которого погибли 24 человека. Взрывная волна выбила стекла в окнах домов в автозаводском поселке, находящемся за десять километров от химзавода. О происшествии не написали ни в одной газете. Художник восполнил этот пробел в информационном пространстве. Он нашел в заводском архиве фотографию здания сразу после взрыва, увеличил ее до гигантского размера и перерисовал, имитируя растровую печать, так что картина маслом на холсте приняла вид печатной публикации.

Отдельнов коммерчески успешен. Первое время выпускник Суриковского института жил за счет дохода от изготовления мозаичных панно. Сейчас его работы находятся в собраниях Третьяковской галереи, Московского музея современного искусства, Русского музея и Эрарты, и в последние годы его кормит исключительно продажа картин: в частных коллекциях их около трех десятков. Его основные почитатели отечественные коллекционеры и совсем немного — зарубежные, но все они либо русские эмигранты, либо их потомки, скучающие по русской безысходности, которая в интерпретации художника превращается в новую античность. Такую реальность можно пытаться прогнать как дурной сон, а можно принять, осознать, найти эстетику в малопримечательном окружающем и продолжать жить в нем. Все мы — живые руины и когда-нибудь умрем, но русское «нигде» останется навсегда.