Марш беженцев

• Юрий Симонян

Казахстан поневоле оказался вовлечен во внутриполитическую жизнь Грузии. Речь идет о приобретенных казахстанскими инвесторами грузинских гостиницах: «Иверия» – в Тбилиси, «Месхети» и «Медея» – в столице Аджарской автономной республики Батуми, в которых до последнего времени жили беженцы из Абхазии. Причем выяснить, кто, какая конкретно казахстанская компания стала собственником знаменитых отелей, оказалось невозможно. В Министерстве экономического развития Грузии посоветовали обратиться к представителям крупного инвестиционного Банка ТуранАлем, выступающего консультантом казахстанских компаний, ведущих бизнес в Закавказской республике. В свою очередь представители ТуранАлема предложили использовать формулировку «группа казахстанских инвесторов». Но при этом подчеркнули, что компания «КазМунайГаз», успевшая активно проявить себя не только в родной энергетической сфере, но и в приобретении курортных комплексов (в том числе знаменитого правительственного комплекса «Ликани», любимого бывшими партийными бонзами во главе с Эдуардом Шеварднадзе), отношения к покупке упоминавшихся трех гостиниц не имеет.

Денег дают мало

Если прежние сделки, осуществленные казахстанскими инвесторами, никаких нареканий у общественности не вызывали, то приобретение знаменитых аджарских гостиниц «Месхети» и «Медея» вызвало изрядный шум и недовольство. Впрочем, забегая вперед, отметим, что протест и акции протеста вызвали действия не казахстанских предпринимателей, а грузинских властей в отношении сотен обездоленных людей, обитавших в этих самых гостиницах.

В Тбилиси выселение абхазских беженцев из некогда главного отеля Грузии «Иверия» прошло совершенно безболезненно и встречено жителями столицы восторженно. Радость тбилисцев объясняется тем, что за годы проживания беженцев «Иверия» пришла в страшное состояние – выбитые окна, замененные фанерой и полиэтиленовой пленкой, вывешенное на просушку белье в самом центре Тбилиси явно не способствовали привлекательности столицы. Проживавшим в гостинице людям предоставили денежную компенсацию, причем в объеме, достаточном для приобретения квартир с необходимым для нормального проживания количеством комнат, хоть и не в престижных тбилисских кварталах, но в обычных спальных микрорайонах в городской черте.

В Аджарии, где беженцам было предложено 7-8 тыс. долларов на семью, дело тоже поначалу шло гладко, но затем застопорилось. Около 150 человек наотрез отказались покидать занимаемые в «Медее» и «Месхети» комнаты, объясняя это тем, что компенсационной суммы недостаточно для приобретения стоящего жилья. А когда батумские власти, успевшие заключить с инвестором приватизационные сделки, пригрозили насильственным выселением, беженцы вышли на акцию протеста. «На эти 7 тыс. в Батуми нам ничего не купить, нас фактически выкидывают на улицу», – объясняли беженцы. «На эти деньги можно купить капитальное жилье в другом месте Грузии. Не обязательно, в конце концов, всем жить в Тбилиси и Батуми», – говорили в батумской мэрии.

Мэрия попыталась договориться по-хорошему, однако тщетно. Когда для разгона собравшихся у правительственного здания митингующих впервые появился спецназ, стало ясно, что история так просто не закончится – полицию закидали камнями и пластиковыми бутылками. Тогда же в неком экзальтированном приступе попыталась совершить самосожжение в полном составе семья Чубрава. Большую беду удалось предотвратить чудом.

Вернуться на родину

Инвестор между тем справедливо требовал от аджарских властей выполнения приватизационного соглашения – выселить людей и предоставить гостиницы. За дело снова взялся спецназ, и на этот раз с большим успехом довел дело до конца. Тогда недовольные беженцы решились на отчаянный шаг – вернуться в родные места. «Если о нас не заботится грузинское правительство, то позаботится абхазское», – с такими словами более 100 человек маршем направились в сторону реки Ингури, разделяющей отколовшуюся автономию от остальной Грузии. Власти были в шоке. «Если они переправятся в Абхазию, мы объявим их предателями!» – растерявшаяся спикер парламента Нино Бурджанадзе не смогла придумать ничего умнее.

В Тбилиси выселение абхазских беженцев из некогда главного отеля Грузии «Иверия» прошло совершенно безболезненно и встречено жителями столицы восторженно

В Министерстве по делам беженцев в течение двух дней ничего вразумительного корреспонденту «Эксперта Казахстан» сказать не могли. Шеф этого ведомства Гия Хевиашвили заявил, что не обязан отвечать на вопросы журналистов, и рекомендовал обратиться в пресс-службу, руководитель которой Майя Размадзе лишь повторила то, что до нее озвучивали батумские чиновники: «За 7 или 8 тыс. долларов в прибрежной зоне недалеко от Батуми можно купить коттедж, и причина протеста беженцев просто непонятна. По закону беженцев можно выселить с занимаемой площади, только предоставив лучшее жилье. Государство создает им такую возможность, стало быть, действия по выселению незаконными назвать нельзя». Вместе с тем она затруднилась ответить на вопрос, обращались ли обитатели «Медеи» и «Месхети» за помощью в министерство, чем, в общем, подтвердила обвинения беженцев в адрес этого ведомства в бездеятельности и безразличии.

Государственный министр по урегулированию конфликтов Георгий Хаиндрава в беседе с корреспондентом «Эксперта Казахстан» возмущения не скрывал: «Если даже беженцы не правы стократно, то нельзя против них применять силу ни в коем случае! Это обездоленные люди, перенесшие тяжелейшие травмы, утратившие близких, родных, вынужденные скитаться, едва сводящие концы с концами, и против них свое же правительство использует репрессивные методы. У меня просто нет слов. По-человечески мне понятны их обида и решение просить защиты на родине у своих вчерашних недругов».

Протестного электората стало больше

«Вчерашние недруги» – власти Абхазии пристально следили за происходящим в Грузии. Сначала они объявили о готовности принять и разместить направлявшихся маршем людей. Однако затем президент самопровозглашенной республики Сергей Багапш заявил: «Может иметь место провокация со стороны грузинских властей. Если это так, то, войдя в Абхазию, они получат адекватный ответ». Эта ли фраза отрезвила шедших на родину беженцев или что-то другое – неизвестно, но, дойдя до административной во времена СССР границы с Абхазией, они стали лагерем, а через день повернули назад в направлении Аджарии. «Мы просто выразили протест против властей Грузии», – объяснили они свои действия и потребовали извинений от председателя парламента г-жи Бурджанадзе. Извинений не последовало. И тогда беженцы объявили о слиянии своего протестного движения с двумя другими. Во-первых, с профессурой и студенчеством Тбилисского государственного университета, считающими, что президент Грузии Михаил Саакашвили нарушил закон об автономии ТГУ, самолично назначив ректора. Кроме того, грузинскому президенту припомнили проводимую в настоящее время реформу в сфере образования, «чистой воды профанацию, разрушающую всю образовательную систему». Кроме того, часть грузинской общественности и НПО требуют отставки министра внутренних дел Вано Мерабишвили и роспуска «бригад смерти» – полицейских спецотрядов особого назначения, не раз превышавших полномочия в ходе операций, что приводило к гибели как подозреваемых, так и совершенно случайных невиновных людей, а также объективного суда над убийцами (кстати, тоже сотрудников МВД) служащего одного из тбилисских банков. Участников бурных и многочисленных акций протеста активно поддерживает политическая оппозиция, как парламентская, так и не представленная в высшем законодательном органе страны. Оппозиционеры объявили об объединении и провозгласили цель – добиться проведения досрочных выборов во властные структуры.

Включение абхазских беженцев в митинги фактически обеспечило акциям полную общественную многослойность. А этому косвенно содействовали, как уже говорилось, «загадочные» казахстанские инвесторы.

Тбилиси