Как киллеры хилера одолели

Культура
Москва, 13.06.2005
«Эксперт Северо-Запад» №22 (227)
Финская опера про Распутина трогательна, как рассказ о традиционном обществе с колдунами, богатырями, грустным царем, прекрасной царицей, слабым царевичем, которое на глазах превращается в общество современное - с телефоном, кинематографом и парламентом

Нельзя сказать, чтобы финская опера "Распутин" была первой, посвященной этому персонажу. Первой стала опера "Святой черт" композитора Николая Набокова (кузен Владимира, дипломат, писатель, автор замечательно остроумных мемуаров "Багаж"). Замечательно, что Распутин Николая Набокова ничем не отличался от трактовки современного финского композитора. Хотя уж он-то прекрасно знал: святого в Гришке так же мало, как и дьявольского. Проходимец и шарлатан, обладающий экстрасенсорными способностями. Неудержимо желтобульварная фигура.

Нервный женский смех

Желтобульварная фигура "ожелтобульварит" любое представление. Правда, очень трогательно наблюдать, как из жулика ненавязчиво творят эпическую фигуру. Вроде не Илья Муромец, но где-то близок былинному богатырю, которого губят ханжи-церковники, педерасты-дворяне и продажные политики. Это - либретто. А музыка? "Звуковые обои", ненавязчивый саунд-трек к голливудскому фильму про таинственную русскую душу и кровавую русскую историю с необходимой порцией клюквы и умеренной дозой секса. Не Меербер, не Верди. Прочная советская опера 1960-х годов - Маня, споткнувшись о ведра у колодца, поет ариозо: "Федя! Федя! Вся деревня фрицами полна!" Тоже неплохо.

Единственное, что может примирить с этой не плохой и не хорошей, обычной саунд-тречной музыкой, - так это происходящее на сцене... Чего стоит один только дуэт Пуришкевича (Йирки Корхонен) и Распутина (Матти Салминен) в трактире. А половой акт, который совершают Распутин с Гусевой непосредственно под иконой и под пение православного канона? Нервный женский смешок пронесся по залу, когда Григорий Ефимович предложил своей последовательнице помолиться, после чего та приняла локтево-коленную позицию, а Григорий пристроился к ней сзади и раскатистым басом запел по-фински про то, что не согрешишь - не покаешься, а не покаешься - не спасешься. Причем принявшая локтево-коленную позицию певица (Эрья Вимери) время от времени вспискивала "Ааа!" и всплескивала руками. Надо полагать, чтобы зрители осознали: Распутин и его прихожанка не в паровозик играют, а заняты куда более серьезным делом.

Идейное единство

Спешу заметить, что либретто Эйноюхани Раутаваара составляет с музыкой, написанной им же, некое единство, стилевое и смысловое, можно даже сказать, морально-политическое. То, что автор хотел выразить музыкой, он высказал и словами. Речь в опере идет о том, как негодяи-извращенцы погубили страстного, огромного, сильного, мудрого и смелого русского мужика, спасающего царевича от гибели, дающего царю мудрые советы, ну, разумеется, и баб уестествляющего: как же без этого нам, горячим северным парням? Словом, оперу вполне можно было бы назвать "Как киллеры хилера одолели...".

Но ничего, из его костей поднялся мститель суровый, и был он киллеров-хилеров пострашней... Финал оперы такой, что вспоминаются советские оперы в частности и советское искусство вообще. Революция случилась из-за того, что убили святого старца, русского богатыря. Распутин, раскинув руки крестообразно, поет (по-фински): "Все маме-царице скажу!" и падает. До самого потолка Мариинки взметывается алое полотнище, сквозь него проступает черный лик Распутина, сцена заполняется мужиками и бабами. Этот революционный хор гремит: мол, за убийство праведника будет теперь гадам-дворянам кирдык и царской семье не поздоровится, раз не уберегли ангела-хранителя. Ну просто "Сказание о земле Сибирской" или опера "Молодая гвардия"! Если подыскивать эквивалент в других искусствах, то это картины позднего Ильи Глазунова. Те же помпезность, идеологический посыл и... порнуха. Или скажем поинтеллигентнее: тот же повышенный интерес к сексуальным проблемам. Хотя что тут удивительного? Ради чего еще ставить оперу "Распутин", как не ради сексу?

Возмездие

Говорят, перед спектаклем исполнителя партии Распутина сводили на экскурсию в Юсуповский дворец. Наверное, это повлияло на исполнение

Дуэт двух оперных злодеев, убийц и педерастов Феликса Юсупова (Йирки Антила) и великого князя Димитрия Павловича (Йакко Кортекангас) чудо как хорош. Митя спрашивает Фелю: "Ты что же, собираешься жениться на Ирине? После всего, что у нас с тобой было? Бывает ли тигр без полос? Пантера без пятен?" Феля объясняет Мите, что бывают. За спинами извращенцев черный экран и на черном этом экране - чу-у-уть видные, полупрозрачные, зыбкие кадры из порнофильма начала ХХ века. Какая-то голая баба, лихо раскуривающая сигарету в длиннющем мундштуке; другая обнаженная маха, тискающая свои груди.

Дескать, вот души этих дворянишек - развратные голые бабенки, бледные, еле видные на беспросветно-черном фоне. То ли дело - душа Распутина! Сцена с его участием украшена деревьями и огромными, до потолка, ликами Христа. Здесь присутствует некий привкус исторического возмездия, иронии истории. Опера - свидетельство, знак ностальгии по имперскому прошлому, которое у нас с финнами общее. Но представить, чтобы на императорской сцене вывесили лик Христа до потолка и чтобы под этим ликом и иконой с зажженными свечками мужик уестествлял бабу с песней: "Не согрешишь - не покаешься, не покаешься - не спасешься"? Господа! После оперы "Распутин" можно сказать безапелляционно: революция победила.

Революция ведь побеждает не тогда, когда совершается кощунство, а тогда, когда кощунство перестает быть кощунством; когда никто не обращает внимания на то, что враг финского самоопределения, сделавший все, что было в его силах, для русификации Финляндии, Николай II поет по-фински в своей бывшей столице на бывшей императорской сцене. Это - настоящее историческое возмездие, потому что Николай в опере - замечательный, добрый, мягкий человек. Его в исполнении Йорма Хиннинена жалко, как жалко и все то имперское великолепие, которое было - было ведь! - и у финнов, и у русских.

Жалко, разумеется, создателям оперы. Мне этого великолепия ни капельки не жалко. Но речь не обо мне, а о финской опере про Распутина, поставленной в непосредственной близости от места, где убивали Гришку. Говорят, перед спектаклем исполнителя партии Распутина Матти Салминена сводили на экскурсию в Юсуповский дворец, показали место действия. Наверное, это повлияло на исполнение. Бас - великолепен. Причем чистота и мощь голоса соединены с актерской достоверностью, с драматической убедительностью.

Трогательно и интересно

В какой-то момент начинаешь чувствовать, что тебя захватывает это старомодное помпезное представление. Тебе делается трогательно и интересно. Это же - воспоминание о нашей общей истории. И даже более того! Это - эпос. Наше общее "Кольцо Нибелунгов". Ну и что, что Распутин превратился в былинного богатыря, мага и волшебника. Разве в "Кольце Нибелунгов" вождь варварских орд Атилла не превращается в доброго короля Этцеля? Об одном только стоит пожалеть: в этом представлении не нашлось места для Маннергейма. А как вышло бы хорошо! Как получилось бы замечательно! Дуэт Маннергейма и Вырубовой. Тем паче-с, что фрейлина Вырубова, подруга императрицы и драйверша Распутина, была близкой знакомой Маннергейма, после революции эмигрировала в Финляндию и переписывалась с маршалом. Поющий Маннергейм - как раз то, чего не хватало этой опере, чтобы превратиться в шотландский роман XVIII века.

Надо бы не ругаться, а радоваться тому, как тянет финнов в город, где провел молодость их маршал. Растрогаться надо тем, что хоть и была граница на замке, а соседи наши помнили и помнят: у нас были общая страна и общая история. Распутин и Николай II - такие же их герои, как и наши. Им так же внятна тоска по имперскому стилю, как и нам. Другое дело, что в процессе раздельного существования они кое-что подзабыли и получается взгляд со стороны, но не с чужой, не с дальней стороны.

Развод

Какой бы эквивалент подобрать, не эстетический, а такой бытовой, общечеловеческий?.. Ну вот разошлись жена с мужем: хороший был такой развод - со скандалами, взаимоупреками, слезами, чуть не драками. И вот прошло много-много лет, они встретились. Нет, жениться снова не собираются. У нее - своя жизнь, у него - своя, но прошлое-то у них общее. Ничего, кроме нежности и памяти, их теперь не связывает. И вот они вспоминают это свое прошлое, все, что случилось как раз перед их разводом. Это и есть опера "Распутин" на сцене Мариинского театра.

Не ругаться здесь надо, а писать большую ученую статью под названием "Рождение эпоса из духа бульварного фельетона". Именно так: Гришка Распутин - герой желтой прессы и бульварных книжек вроде "Адьютантов господа бога" Льва Никулина, "Заговора императрицы" Алексея Толстого и Петра Щеголева, "У последней черты" Пикуля - превращается в эпическую фигуру. Что здесь плохого? Кто из людей на земле не достоин эпоса?

И подчеркнутая старомодность музыки - отнюдь не недостаток оперы, а ее парадоксальное достоинство. У Раутаваары есть концерт для птиц и оркестра Cantus Arcticus: птичьи голоса записывались в северных арктических краях Финляндии. Так что он вовсе не чужд эксперимента. В опере о Распутине автор сознательно отказывается от всякой необычности и новизны, поскольку пишет ностальгическую историю о времени, когда все было красиво и величаво, когда скандал в кабаке был легендарен, словно битва Ахилла и Гектора. Для нас нынешних смешно, но в этом-то и состоит главный фокус финской оперы про Гришку Распутина.

Она - трогательна, как вклинивающиеся в финское пение русские слова Gospodi, Grigorij Efimovitsch. Трогательна, как рассказ о традиционном обществе с колдунами, богатырями, грустным царем, прекрасной царицей, слабым царевичем, которое на глазах превращается в общество современное - с телефоном, кинематографом, парламентом (Думой), забастовками и банкетами. Ой, как жалко, что в дополнение к короткой фразе Распутина о заседании Государственной Думы не было явлено на оперной сцене это самое заседание! Представляете: хор парламентариев, поющий запрос об очередном трактирном скандале Гришки! Эта штука была бы посильнее и "Фауста" Гете, и дуэта Пуришкевича с Григорием Ефимовичем Распутиным.

У партнеров

    «Эксперт Северо-Запад»
    №22 (227) 13 июня 2005
    "проекты века"
    Содержание:
    Реклама