Неспешная эффективность

• Татьяна Вильде

Российские власти предприняли несколько попыток внедрения в стране бережного отношения к энергоресурсам. Достаточно вспомнить федеральную программу «Энергоэффективная экономика» на 2002-2005 годы и на перспективу до 2010 года, принятую в 2001-м. В целом в документе был предусмотрен традиционный набор инструментов принуждения к энергоэффективности – замена устаревшего оборудования и внедрение современных технологий.

Однако в России, которая, по оценкам Международной финансовой корпорации (IFC), на единицу ВВП потребляет в десять раз больше энергии, чем Великобритания, и в шесть раз больше, чем Канада, эффекта программа не произвела. Но при этом особых стимулов для успешной реализации программы не существовало. Стоимость энергоресурсов в России была довольно низкой, а схема стимулирования – невнятной.

Наступление на расточительство

Тема энергосбережения вновь зазвучала в последние полтора-два года, после очередной инициативы федерального центра. В июне 2008 года президент Дмитрий Медведев подписал указ «О некоторых мерах по повышению энергетической и экологической эффективности российской экономики», предусматривающий снижение к 2020 году энергоемкости ВВП России не менее чем на 40% по сравнению с 2007-м. В ноябре 2009 года глава государства подписал федеральный Закон об энергосбережении и повышении энергетической эффективности. Слова о бережливости наконец обрели форму закона, который не только предусматривает поэтапный отказ от ламп накаливания, но и устанавливает требования по обязательному коммерческому учету энергоресурсов, по энергетической эффективности новых зданий, по сокращению бюджетных расходов на приобретение энергетических ресурсов, а также по содержанию общего имущества многоквартирных домов.

В настоящее время формируются финансовые стимулы – вводится возможность субсидирования процентных ставок по кредитам под реализацию энергоэффективных проектов. Кроме того, предполагается введение более интересных для бизнеса норм амортизации энергоэффективного оборудования, что позволит быстрее окупать вложенные средства.

Интерес к инициативе государственных структур на этот раз готовы поддержать и потребители. В условиях ухудшения экономической ситуации с перспективой медленного восстановления экономики компании и частные потребители стали считать деньги и искать способы экономии. Это как раз тот редкий случай, когда государственные интересы совпадают с частными, так что у идеи энергосбережения есть неплохие шансы на воплощение. Однако чтобы закон заработал, необходимо создать работающие и понятные инструменты управления процессом энергоэффективности на уровне страны, например методику расчета тарифов за энергию, субсидий и компенсаций, чтобы у монополистов или у тех же управляющих компаний ЖКХ даже не возникало желания препятствовать или игнорировать тягу потребителей к бережливости.

Отрадно, что руководство страны не ограничивается выстраиванием ориентиров, а пытается контролировать свои инициативы. Так, на заседании комиссии по модернизации и технологическому развитию президент раскритиковал чиновников, позабывших о бережливости. По словам министра экономического развития РФ Эльвиры Набиуллиной, из 83 субъектов федерации только 12 предоставляют хоть какую-то информацию по этой теме, а ответственные за энергоэффективность есть только у 30% бюджетных учреждений. Лишний пинок, конечно, не повредит, но главное, чтобы энергоэффективность не свелась к появлению профессии «выключатель» или замене ламп накаливания на светодиодные и энергосберегающие осветительные приборы. Правила игры, устанавливаемые государством, должны быть максимально прозрачны и формировать условия, при которых экономить стало бы действительно выгодно.

На низком старте

Известно, что наиболее плачевная ситуация сложилась в дряхлеющем жилищно-коммунальном хозяйстве. «Наши здания и сооружения – черная дыра, где бесследно исчезают огромные энергетические ресурсы», – признал Дмитрий Медведев. Потери, которые несут компании, обеспечивающие жилье энергоресурсами, в условиях кризиса стали все чаще перекладывать на потребителей. Такой расклад не устраивает ни граждан, ни власть, поскольку социальная напряженность из-за порой чрезмерного повышения тарифов нарастает. Не исключено, что это и стало для федеральных властей одним из поводов напомнить региональным чиновникам о программах энергосбережения, которые они должны подготовить к августу 2010 года.

Как пояснил глава Комитета по энергетике и инженерному обеспечению Санкт-Петербурга Олег Тришкин, деятельность региональных и муниципальных властей в сфере энергосбережения и повышения энергоэффективности сопровождается соответствующими программами, которые во взаимосвязи с бюджетным процессом должны быть приняты до 1 августа. Несмотря на то что федеральный Закон об энергосбережении уже действует, процесс разработки подзаконных актов все еще продолжается. Как отмечает Тришкин, к настоящему времени вышли четыре подзаконных акта. «Однако, не дожидаясь подзаконных актов, под эту программу мы готовим региональные подпрограммы», – говорит он. Это будут отдельные проекты, например по наружному освещению города, в рамках которого планируется сэкономить до 30-40% используемых в настоящее время энергоресурсов. Деятельность не ограничивается электроэнергией – энергоэффективный подход будет распространен на подачу и производство тепла, газа, воды, а также в строительстве.

Программы – это зона ответственности чиновников. В свою очередь, бизнес, который также заинтересован в экономии, ищет наиболее приемлемые варианты и выявляет не учтенные в программах и подзаконных актах моменты. По мнению генерального директора компании «ЭнергоПроект» Гагика Захаряна, внедрению энергосберегающих технологий препятствует не вполне совершенное тарифное регулирование. С одной стороны, инвестор, вкладывающий средства в энергоэффективный объект, должен получить тарифную поддержку для достижения приемлемых сроков окупаемости проекта. «Необходимо принять законодательные изменения, обеспечивающие создание новых, более гибких условий технологического присоединения к электрическим сетям генерирующих источников, использующих высокоэффективную комбинированную выработку энергии, – убежден Захарян. – Но в целом мы изначально должны понять, какие меры наиболее действенны для исполнения уже действующего Закона об энергосбережении и повышении энергетической эффективности, а потом добавлять изменения».

Внедрение энергосберегающих технологий – работа постепенная, планомерная, поэтому большого эффекта сразу ждать не следует, считает главный инженер компании «ЛОЭСК» Николай Бурдуков. Он полагает, что повышать энергоэффективность надо прежде всего у потребителей и за счет потребителей, поскольку именно они в первую очередь заинтересованы в этом. Однако сегодня эта задача ложится на производителей и транспортировщиков электроэнергии.

«Законодательство в этой сфере несколько однобоко. Оно предъявляет высокие требования к электроэнергетикам и практически никаких – к потребителям. В частности, это касается внедрения приборов общедомового учета. Жилищные управляющие компании ссылаются на нехватку средств. А 261-й федеральный закон обязывает электросетевые компании оборудовать сети потребителя приборами учета, если он не может сделать это самостоятельно. Потом в течение нескольких лет потребитель должен компенсировать эти затраты. Но некоторые управляющие компании могут просто исчезнуть с рынка», – рассуждает Бурдуков.

Необходимо создать работающие и понятные инструменты управления процессом энергоэффективности на уровне страны

Внедрение энергоэффективных технологий – процесс затратный, особенно на начальном этапе, поясняет генеральный директор ГК «ТЭТРА Электрик» Ян Абубакиров. Потребуются существенные инвестиции и поддержка государства, ведь даже в западных странах проекты по энергосбережению внедряются только при поддержке государства. Для начала необходимо принять комплексные программы на уровне городов и отдельных муниципалитетов. «Замена ламп накаливания на энергосберегающие – лишь верхушка айсберга. Необходимы комплексное утепление домов, модернизация систем вентиляции, установка счетчиков, внедрение автоматизированных систем управления энергопотреблением», – перечисляет Абубакиров.

Но самый неожиданный аспект программ повышения энергоэффективности – то, что и у населения, и отчасти у власти отсутствует понимание ее необходимости. «Люди просто не знают не только что скрывается за таинственным словом „энергосбережение“, но и какие конкретно меры могут быть предприняты в рамках отдельного жилого дома, крупного производственного объединения или района для повышения энергоэффективности и сокращения энергопотерь», – утверждает Ян Абубакиров.        

Санкт-Петербург