С царем. В голове

• Борислав Козловский

Иногда в собственном углу становится тесно, и даже бегство из страны тогда кажется полумерой. Хочется своей, суверенной территории. Иными словами — государства. Разрешить там South Park, каннабис и каждодневные марши недовольных такими порядками. Можно, наоборот, объявить абсолютную монархию, завести герцогов и кухарок, восклицать «Отрубить им головы!» и объявлять амнистию. А иногда специальным указом карать кота за испорченный тапок. Не возбраняется напечатать марки с суверенным гербом, паспорта и раздать то и другое друзьям.

Словом, свое государство — это приятно. А приятнее всего то, что они уже есть. Сразу оговоримся, что речь идет о государствах, выросших из идеи — одного человека или команды единомышленников, не так важно. Их принято называть микронациями. С «правом наций на само­определение» такие «страны из головы» имеют мало общего — так что обломки империй, обзаведшиеся флагом, гимном и гербом, не в счет.

Первым с мыслью о суверенитете приходит вопрос «Где?». Политическая карта мира давно и уверенно раскрашена в разные цвета. Все надежды — на белый, ничейную Антарктику, которую международные договора запрещают делить крупным державам. Такая идея пришла в голову создателю Талоссы Роберту Бену Мэдисону, когда тот решил, что государству, гражданство которого пожелали принять сотни людей из интернета, будет тесно в его спальне. Либо — на синий: в океане можно насыпать свой остров — так поступил создатель Республики Минервы мультимиллионер Майкл Оливер. Можно найти заброшенную нефтяную платформу или вертолетную вышку — это уже история Силенда, микронации, первой отстоявшей свое право на существование в суде.

Обзавестись своей территорией приходит в голову не только мечтательным анархистам, но и прагматикам. Доминион Мельхиседека, к примеру, прославился финансовыми скандалами с фигурировавшими в них десятизначными суммами. Силенд, заработавший известность пиратским радиовещанием, десятилетия спустя выставили на продажу за 750 млн евро — полагая, что новый владелец найдет способ извлечь из государственности сопоставимую выгоду.

Микронации — по-прежнему чаще забава, чем необходимость. Однако их существование заставляет предположить, что новые идеи дают не меньше прав на самоопределение, чем общие предки или традиции. Государства — это мы.

• Профориентация как национальная катастрофа
• Как с помощью монтажных ножниц можно опровергнуть весь здравый смысл
• Россияне хотят самоутверждаться и стабильности