Мистическое садоводство

Культура
Москва, 04.11.2010
«Русский репортер» №43 (171)
ВДНХ в Москве — пространство необычное. Многие считают, что мистическое. Золотые бабы, фонтаны, павильоны, обветшавшие символы империи. Там, где прежде показывали достижения народного хозяйства, теперь старушки продают узамбарскую фиалку. ВДНХ уже давно стала приютом садовода

Мне нужно было сделать две вещи: купить кору для орхидей и погулять с мужем. Выходной на ВДНХ создавал ощущение праздника. В палатках продавали мед из Вологды, сыр из Адыгеи и абрикосовый сок из Дагестана. Под будкой со сбитнем лысый мужчина в шкуре остервенело бил в барабаны. Возле него висела поясняющая табличка: «Колобог». Продавали что-то не очень нужное, но манящее.

В деревянных будках за стеклом сидели крупные потные мужчины и били себя вениками: это была рекламная кампания портативных бань. Иногда крупные мужчины в полотенцах и шлепанцах выходили к людям в пальто на осенний воздух и регулировали пар. За 150 рублей граждане заходили в самолет «Як» и выходили постоять на крыле. Мимо вез ребенка грустный лысеющий пони.

ВДНХ казалась симбиозом несовместимого: детская площадка с Кинг-Конгом, сооруженным из сена, соседствовала с часовней. Заплутавшая парочка пыталась пересечь компостную кучу. В дряхлеющих павильонах продавали продукты пчеловодства.

В поисках коры мы зашли в павильон «Садоводство». Там среди цеолитовых удобрений продавали литературу из серии «Битва за урожай». Рядом лежал урожай — виноград «восторг» и «краса севера». На трибуне под стендом «Участники конкурса “Мастерская плодородия”» стоял старичок в костюме и с микрофоном. Вокруг него сплотились редкие, но преданные соратники по плодородию.

— Возьмешь хороший сорт — вот «кардинал»! — а урожай всего три-четыре килограмма, — ставил воп­рос ребром старичок. — Ерунда, а не урожай! А все почему?

Садоводы волновались.

— Вовремя надо брать черешок! — с хитрецой сказал докладчик. — Сейчас приеду и сразу начну обрезать черенки. И в подвал.

— А вы одревесневший черенок берете? И когда сажаете? — выкрикнула с места дама, прижимавшая к груди зеленую папку.

— Хороший вопрос, — потирая руки, сказал старичок. — Сажаю именно 15 мая! А некоторые себе позволяют, — тут в голосе старичка появились металлические нотки, — сажать уже в феврале! И, конечно, у них одревеснение на десять глазков! А у меня всего на три. У него корневая система вот такая, а у меня — вот такая!

— Ну, хорошо, — сказал пожилой мужчина с бейджем на лацкане. — А тля? А мучнистая роса?

— Я против химии, — заволновался старичок. — Вот, знаете, от мучнистой росы крыжовник и смородину кипятком опрыскивают. Я подумал: а не применить ли мне это к винограду?

По рядам виноградарей прошло возмущение, раздавались отдельные негодующие крики: «Да что же это делается!»

Кора для орхидей найдена не была. Мы продолжили поиски. В павильоне «Космос» от черенков и саженцев отделилась фигура — бородач церковного вида.

— Знаете, что это бывший храм? — заговорщически сказал он.

Мы поняли, что садоводы — всесторонне развитые люди.

— Павильон «Космос» — это диверсия против советской власти. Здесь хотели поставить 30 алтарей с перевернутыми святыми, — продолжал бородач. — А под куполом — Сталин ростом в десять этажей. Видите перевернутые символы Рождества и кресты в окнах?

Муж стал дергать меня рукой, намекая на бегство. Мы пытливо вглядывались в архитектурный шедевр, параллельно посматривая, не торгуют ли где корой. Бородач прибавил шепотом:

— В павильоне «Мясная промышленность» до сих пор жезлы дьявола. Там тайный командный пункт, и на алтарях льется человеческая кровь!

На этом мы постыдно бежали от мистика-садовода.

— Больше никаких павильонов! — сказал в сердцах муж. — Мы хотели погулять, хорошо провести выходной! А тут эти… садоводы!

ВДНХ сегодня так и остается громадным неосвоенным и не­осмысленным пространством. Здесь проходят выставки колоколов, банной утвари, моторного топлива, кактусов и суккулентов, спортивных лошадей, головных уборов и малой механизации, чудотворных икон и водных аттракционов. Для того, что было показательным и важным в прежней стране, в новой не нашлось места. А люди из той, прежней, советской жизни бродят, как призраки большой империи, среди старых декораций. Некоторые в здравом уме, некоторые — не очень.

Роскошная громадина ВДНХ иллюстрирует пословицу «Свято место пусто не бывает»: прежний сакральный дух достижений, дух высокого и священного сменился очень бытовой, человеческой, прикладной составляющей — дача, удобрения, рассада. Найдется ли в следующей жизни нашего общества применение этому особенному миру? Будем ли мы когда-нибудь еще показывать там крупные достижения или пусть там живет маленькое, но человеческое?

Кстати, в последнем павильоне мы все же купили кору. Продавщица была немногословна:

— Вам одну кору или со мхом?

Фото: Митя Гурин; иллюстрация: Варвара Аляй

У партнеров

    «Русский репортер»
    №43 (171) 4 ноября 2010
    Ценности молодежи
    Содержание:
    Игрушечное время

    От редакции

    Фотография
    От редактора
    Вехи
    Репортаж
    Путешествие
    Реклама