7 вопросов Михаилу Крутихину, партнеру консалтинговой компании RusEnergy

Интервью
Москва, 10.03.2011
«Русский репортер» №9 (187)
Цены на нефть из-за событий в арабском мире бьют все рекорды. Гражданская война в Ливии только подстегнула этот процесс. Это, конечно, хорошо для российского бюджета, но плохо для потребителя — у нас бензин дорожает, даже когда нефть дешевеет, что уж говорить об обратной ситуации. И это притом что цены и без того уже настолько неприлично высоки, что Путин недавно был вынужден «в ручном режиме» заставлять нефтяников менять ценники на дизельное топливо. Помогло слабо — в феврале бензин и дизель подорожали в среднем на 10-20 копеек за литр. Что будет дальше, «РР» рассказал партнер консалтинговой компании RusEnergy Михаил Крутихин

Фото: Марк Боярский для «РР»

1. Что в ближайшее время будет с ценами на бензин — учитывая, что правительство их агрессивно контролирует?

Они все равно будут расти. Первая причина — общее повышение цен на мировом рынке. Поскольку в цену бензина у нас заложен налог на добычу полезных ископаемых, то, когда нефть дорожает, этот налог автоматически повышается — и тем самым повышается цена бензина. Вторая причина — это акцизы на бензин, которые недавно повысило правительство. Третий фактор, я думаю, заработает до конца этого года — будет введена новая система налогообложения нефтяной отрасли, которая будет стимулировать экспорт сырой нефти в ущерб переработке. В результате уже за первый год переработка должна снизиться примерно на 20 миллионов тонн, а в следующем — на 40 миллионов. И все, даже эксперты Минфина, признают, что это приведет к росту розничных цен на заправках.

2. Путин недавно добился снижения цен на дизельное топливо. Надолго хватает эффекта от подобных окриков?

Ненадолго. Нефтяным компаниям несложно на короткое время снизить цены, например «Лукойл» только что провел акцию «23 Февраля», когда все нефтепродукты стоили 23 рубля. Но затем они все равно возвращаются на прежний уровень.

3. Насколько события в Ливии сказываются на цене бензина у нас?

Только косвенно. На волне событий на Ближнем Востоке у спекулянтов панические настроения, и они вздувают цены. Но в принципе рынок не испытает дефицита нефти, даже если Ливия вообще прекратит экспорт: спрос сейчас не настолько велик. Да и Ливия обеспечивает меньше 2% мировых нефтяных поставок

4. Чем же объяснить эту панику?

Опасением, что аналогичные события могут произойти и в других нефтедобывающих государствах. Поэтому спекулянты, у которых сейчас очень много свободных денег, вкладываются в нефть. Они ожидают, что она будет расти.

5. А почему дизельное топливо стало дороже, чем 95-й бензин?

А вот это дико. Единственное, что я могу предположить, это что в России его выпускают недостаточное количество. Второе предположение — что сейчас ведь дизель у нас стараются выпускать уже по стандартам «Евро-3». Может быть, некоторые компании вроде «Лукойла» выпускают даже по стандарту «Евро-4», а это значит, что необходимы дополнительные операции по извлечению из топлива серы, и из-за этого оно становится дорогим.

6. Может ли высокая цена на нефтепродукты внутри страны объясняться монополизацией рынка?

Я этого не исключаю, но пока у меня таких свидетельств нет. Я думаю, что Федеральная антимонопольная служба ищет виновных там, где ей выгодно искать, то есть среди нефтяных компаний, а не в правительстве, которое своими действиями повышает эти самые цены. Конечно, и сговора я не исключаю, но вы посмот­рите по регионам: какой-нибудь Омский нефтеперерабатывающий завод обеспечивает своими нефтепродуктами гигантский регион, и другого завода рядом нет. Они — естественные монополисты, их легко обвинить в повышении цен, а на самом деле никакого использования монопольного положения там не наблюдается.

7. Если правительство действительно хочет снизить цены, что оно должно делать?

Оно могло бы не вводить этот пресловутый акциз или уменьшить воздействие мировых цен на внутренние, изменив формулу начисления налога на добычу полезных ископаемых. То есть главная мера — отказаться от части налогов на топливо. Два года назад, когда Путин общался с народом, ему задали вопрос, почему бензин во всем мире дешевеет, а в России дорожает. И Путин тогда четко сказал: ребята, если у вас были деньги на автомобиль, то у вас должны быть деньги и на бензин — давайте поддержим нефтяные компании, которым сейчас приходится нелегко. Поэтому все претензии — к нашему правительству и премьеру, придерживающемуся такой вот точки зрения.

У партнеров

    «Русский репортер»
    №9 (187) 10 марта 2011
    Власть на местах
    Содержание:
    Партия без власти

    От редакции

    Фотография
    От редактора
    Вехи
    Среда обитания
    Путешествие
    Реклама