Перепись неблагонадежных

Актуально
Москва, 10.03.2011
«Русский репортер» №9 (187)
«Прошу в кратчайшие сроки предоставить имеющуюся в вашем распоряжении информацию об обучающихся, причисляющих себя к неформальным молодежным объединениям экстремистcкой направленности…» — такую директиву выдал проректор Санкт-Петербургского университета, ссылаясь на запрос прокуратуры. К счастью, против переписи всех неблагонадежных выступили студенты и ректор СПбГУ

Фото: РИА НОВОСТИ

Простите, а у вас тут есть неформалы? — вкрадчиво интересуюсь я у девушек, хохочущих в коридоре здания Двенадцати коллегий, которое занимает СПбГУ.

— Не-а, тут нету, — говорят они и показывают на статуи, расставленные по всему коридору. И правда, какие Менделеев и Сеченов неформалы?

— А где есть?

— Это тебе на филфак.

Во дворике филологического факультета множество странных скульптур. Шут, сидящий на стопке книжек. Броневик с мини-пушкой и циркулярной пилой на бампере… На таком фоне студент-филолог Николай Артеменко смотрится строго и солидно. Подтянутый, в аккуратной куртке, во время разговора отвечает четко, как офицер. Но именно его можно причислить к этим самым «неформалам». Полгода назад он с друзьями создал «Непризнанный студсовет СПбГУ». Непризнанный — потому что администрация вуза официально отрицает его существование.

В конце февраля «Студсовет» провел акцию под лозунгами: «Прокуратура, университет — не место для облав» и «Если я против, то я неформал — задержите меня». Так ребята протестовали против попытки зафиксировать всех «неблагонадежных» студентов. Благодаря их активности история о борьбе с крамолой стала известна широкой публике.

4 февраля в СПбГУ пришло письмо из прокуратуры Центрального района с просьбой обеспечить «учет и проведение индивидуальной профилактической работы с лицами, причисляющими себя к неформальным молодежным объединениям экстремистской направленности».

Ректор на это никак не отреагировал, зато проректор по учебной работе Николай Каледин взял под козырек и разослал директиву: мол, прошу выявить всех неформалов. Практически все вузовские структуры отправили эту директиву сразу в урну. Но нашлись и такие, которые кинулись помогать в выявлении врагов государства.

Утром 18 февраля студент Высшей школы менеджмента СПбГУ Александр Шереметьев открыл корпоративную учебную почту и увидел странное письмо:

«Всем. Срочно до 14.00 18.02 для проректора по учебной работе в связи с письмом из Прокуратуры! Есть ли среди Вас или Ваших знакомых неформалы экстремистской направленности и привлекались ли Вы к административной ответственности за участие в несогласованных публичных мероприятиях? Мне нужен от Вас ответ по имейлу, в случае негативного ответа с формулировкой: “Уважаемая Олеся Владимировна! В неформальные молодежные организации экстремистской направленности не вхожу, к административной ответственности за участие в несогласованных пуб­личных мероприятиях не привлекался (лась). С уважением, … студент … курса … группы”. Если не успеете сегодня, все равно прислать обязательно! Заранее спасибо. С уважением, Крылова Олеся Владимировна, менеджер службы по работе со студентами».

— Когда письмо пришло, первая мысль была, что это какая-то шутка. Все это напомнило то, что было знакомо по книгам: как в советские годы боролись с инакомыслящими, — вспоминает Александр.

Отвечать на вопросы о своей неформальности никто не торопился. И не зря. 25 февраля в университет пришло аналогичное письмо из прокуратуры Василеостровского района. На этот раз на него ответил сам ректор, Николай Кропачев. И его ответ был прямо противоположен тому, что за три недели до этого дал его проректор. Фактически прокуратуру послали к черту, сообщив, что перепись несогласных «безусловно, не относится и, я уверен, никогда не будет относиться к компетенции образовательного учреждения». Через несколько дней прокуратура отозвала свой странный запрос.

Остается только радоваться инициативности «Студсовета» и удивляться бюрократическому идиотизму правоохранителей и вузовской администрации. Но тема молодых неформалов возникает в городе последние несколько лет со зловещей регулярностью. То появляются слухи о переписи всех неблагонадежных накануне саммита «Большой восьмерки», то по школам рассылают брошюру «Неформальные молодежные объединения Санкт-Петер­­бурга: теория, практика и методы профилактики экстремизма».

— Моя дочь просто стрижку интересную носит, а ее приписывают к неформалам, — говорит обратившаяся в редакцию «РР» мать одной из петербургских школьниц. Ей от классного руководителя пришло письмо, в котором родителей информировали: до 25 числа каждого месяца «сдаем в отдел образования отчет о подростках, состоящих в неформальных объединениях».

Женщина просит не называть ее имя и школу, где учится девочка.

СПбГУ атаку отбил. Но у более скромных учебных заведений нет ректора, жмущего руку президенту, и учащихся, выходящих на пикеты. Поэтому пока педагоги каждое 25-е число отсылают списки тех, кто выглядит «не так» и говорит «не то».

У партнеров

    «Русский репортер»
    №9 (187) 10 марта 2011
    Власть на местах
    Содержание:
    Партия без власти

    От редакции

    Фотография
    От редактора
    Вехи
    Среда обитания
    Путешествие
    Реклама