Сами с деньгами

Актуально
Москва, 18.10.2012
«Русский репортер» №41 (270)
Детский фонд ООН — ЮНИСЕФ — с 1 января 2013 года прекращает работу в России. Не по собствен­­ному желанию, на этом настояло правительство РФ. Через представителей МИДа оно объяснило, что наша страна может и сама позаботиться о здоровье своих детей и даже помогать иностранным

Фото: Максим Богодвид/РИА Новости

— Представители ЮНИСЕФ бывали на конференциях, проповедовали глобальные идеи, но я никогда не слышала о каких-то серьезных проектах с их стороны, о конкретной, а не теоретической помощи. Такое ощущение, что они делали себе имя на детской теме, — делится своим скепсисом представитель Совета Федерации по взаимодействию с уполномоченными по правам человека и правам ребенка в России Валентина Петренко. Она — одна из тех, кто не видит в уходе ЮНИСЕФ из России никакой трагедии.

Впрочем, насчет конкретной помощи Валентина Петренко все же заблуждается. ЮНИСЕФ работал в России 21 год: собирал деньги на детские дома для инвалидов и центры реабилитации беспризорников, спонсировал проекты по инклюзивному образованию, обеспечивающие доступность полноценного образования для детей-инвалидов.

Последние 1,5 млн долларов ЮНИСЕФ потратил на детские сады для детей с ограниченными возможностями в Нижнем Новгороде, Санкт-Петербурге и Сергиевом Посаде, дневной центр реабилитации беспризорников в Питере, Центр лечебной педагогики и школу «Ковчег» для детей «с особенностями развития» в Москве.

— О ЮНИСЕФ я не могу сказать ничего плохого, — рассказывает «РР» директор школы «Ковчег» Роман Реуэль. — Они сначала проводили на базе нашей школы семинары по инклюзивному образованию, а потом нашли спонсора, который построил нам конюшню. Делали себе имя на детях? Ну а кто просто так что-нибудь делает? Если кто-то еще хочет за наш счет попиариться, а взамен построить конюшню, я не возражаю.

Разговоры о сворачивании работы фонда в России зазвучали еще несколько лет назад. Сначала последним сроком называли декабрь 2011-го, но руководству ЮНИСЕФ удалось продлить пребывание фонда в России на год — завершить начатое, собрать вещи, посидеть на дорожку.

«Глупо получать чужую помощь, когда мы сами помогаем другим странам», — объяснил «РР» ситуацию с ЮНИСЕФ источник в МИДе. В официальном пресс-релизе министерства та же мысль высказана чуть дипломатичнее. А вот благотворительное сообщество, мягко говоря, в недоумении.

— Мы не на том уровне, чтобы отказываться от партнеров. В России сейчас лучше, чем в девяностые годы, но мы все равно очень сильно отстали от того, что происходит в мире, — уверяет «РР» директор фонда «Подари жизнь» Екатерина Чистякова. — Власти делают действительно много, но этого совсем не достаточно. Взять те же детские дома. Их решили сократить, но, вместо того чтобы устроить детей в семьи, мы просто укрупняем детдома. Дело даже не в том, что денег вкладывают мало, а в уровне понимания проблем ребенка чиновниками.

Впрочем, в ООН скандала из закрытия программ их фонда в России не делают. Возможно, потому что им это тоже выгодно: Россия по собственной воле переходит из разряда получателей помощи в разряд доноров ЮНИСЕФ.

— То, что ЮНИСЕФ уходит из России, не плохо и не хорошо. В других странах мы регулярно закрываем проекты помощи. Большинство стран Восточной Европы, с которыми мы сотрудничали, давно стали нашими донорами, — объясняет «РР» официальный представитель ЮНИСЕФ в Центральной и Восточной Европе и странах СНГ Джон Бадд. — У России достаточно финансов и возможностей, чтобы позаботиться о детях. Более того, уже сейчас Россия оказывает большую помощь детям Киргизии, Таджикистана, Пакистана, Ливии.

В этой логике закрытие ЮНИСЕФ в России — повод не для паники, а для гордости. Развитым странам фонд и в самом деле не помогает. Из Германии и Японии он ушел еще в 50-е годы. Российский МИД и сам признает, что члену G-8 и G-20 не пристало принимать помощь, предназначенную для развивающихся стран: «Россия выступает равноправным партнером фонда в области обеспечения и защиты прав детей в нуждающихся странах». Это в том смысле, что теперь мы будем посылать гуманитарное питание, одежду и игрушки в развивающиеся страны и в глазах мировой общественности поднимемся до уровня развитого государства.

Но благотворители уверены, что никакие деньги лишними не бывают.

— Я не делю детей на своих и чужих, наш фонд помогает не только российским детям, но и детям из стран СНГ. И все-таки мне кажется, что государство должно сначала направить силы на решение проблем внутри своей страны, — говорит председатель благотворительного фонда «Настенька» Джамиля Алиева. — Представляете, что чувствует мать больного ребенка, которому никто не помогает, когда узнает, что власти выделили шесть с половиной миллионов долларов на помощь иностранным детям? Говорить о том, что наши проблемы уже решены, — политический пиар. Других объяснений закрытия программ ЮНИСЕФ у нас нет, ни о каких претензиях к фонду мы не слышали.

Те, кто ищет политические мотивы в решении российских властей, вспоминают, что претензии все же были. Так, в 2011 году главный санитарный врач России Геннадий Онищенко обвинил ЮНИСЕФ в запрете российских лекарств от полиомиелита в Центральной Азии. Он заявил тогда, что фонд лоббирует интересы западных фармацевтических фирм.

Впрочем, вряд ли один конфликт такого толка мог радикально повлиять на позицию Россию. Официальное заявление МИДа четко дает понять: решение отказаться от помощи ЮНИСЕФ было принято «руководством страны» еще в 2009 году, и именно «в связи с наращиванием экономического и донорского потенциала Российской Федерации». Таким образом, речь все же идет об имидже, о желании покинуть список государств — получателей помощи, большую часть которого составляют развивающиеся страны.

У партнеров

    «Русский репортер»
    №41 (270) 18 октября 2012
    Региональные выборы
    Содержание:
    Фотография
    От редактора
    Вехи
    Реклама