Лучшая новость — плохая новость?

То, чего давным-давно ждали экономисты, бизнесмены, журналисты и любопытная публика, на прошлой неделе, кажется, наконец случилось. Обошлось, правда, без аплодисментов.

Сколько лет говорилось, что у страны должна появиться экономическая программа. Накануне президентских выборов 2008 года она было обозначилась — под вдохновляющим именем «модернизация». Но те планы не прошли испытание экономическим кризисом. И вот спустя пять лет программа определилась. Не стоит иронизировать по поводу ее характера. Иной, видно, она быть и не могла.

Это программа сокращения бюджетных расходов. О ней было объявлено 12 сентября на заседании правительства РФ. «Нам придется пойти на сокращение расходной части бюджета не менее чем на 5% по всем статьям, кроме защищенных статей», — сказал во вступительном слове Дмитрий Медведев. Его активно поддержал назначенный летом министром экономики Алексей Улюкаев, причем цифры выросли: «Та работа, которую мы проводим сейчас, о которой вы сказали во вступительном слове, — мы сокращаем, серьезно сокращаем, от 5 до 10%, расходы по незащищенным статьям бюджета». А это все инвестиционные статьи, федеральные целевые программы, в общем, все развитие. Заметим, что вопреки традиции на сей раз не было спора министра экономики с министром финансов, в котором первый должен бы был, ратуя за развитие, защищать бюджет. Алексей Улюкаев «резал» его еще с большим энтузиазмом, чем глава Минфина Силуанов.

Добавим сюда же заявления руководства ЦБ о том, что больше его уже точно ничего не интересует, кроме снижения инфляции. Впрочем, руководящие там дамы, скорее всего, просто уловили общее настроение руководящих мужчин, и им оставалось развести руками. Тем временем в ответ на намерения правительства ограничить рост тарифов естественных монополий, что само по себе можно только приветствовать, последовала реакция от РЖД и «Газпрома»: там пообещали сильно сократить инвестиции и персонал.

Что касается «защищенных» и «незащищенных» статей, то по поводу того, что не будет сокращено, конкретно ничего не говорится: видимо, продол­жаются дебаты. Не будем вещать за правительство и мы, пусть сами скажут. По словам же президента, приоритетными должны также оставаться несколько крупных инфраструктурных проектов.

Да, надо пояснить, наверное, чем все это объясняют. Кратко: падением поступлений от налога на прибыль, сокращением нефтегазовых доходов, провалом (изначально, впрочем, нереального и ненужного) плана приватизации, паводком на Дальнем Востоке… а в целом, по сути,
тем, что все идет у нас ни шатко ни валко, а скорее через пень-колоду. Да и в мире как-то неблагополучно.

Так что теперь, согласно программе сокращения бюджетных расходов по «не защищенным» от российского правительства статьям, кратко — по новой программе правительства, как государство мы не занимаемся развитием экономики. Кроме Транс­сиба, возможно БАМа, скоростной железной дороги Москва — Казань и автомобильного кольца вокруг Москвы ЦКАД. Наверняка к этому списку можно добавить что-то еще, но вряд ли принципиальное.

Наверное, любая определенность лучше шатания впотьмах. И в этом смысле внезапная ясность с экономической политикой правительства действительно вещь долгожданная. В остальном же новости плохие.

У партнеров

    «Русский репортер»
    №37 (315) 19 сентября 2013
    Наводнение
    Содержание:
    У нас есть страна

    Дальний Восток России тонет уже практически месяц. Это наводнение называют самым масштабным в регионе за всю историю наблюдений. Стабилизировавшись в одном регионе, чрезвычайная ситуация, как эстафетная палочка, переходит вниз по течению к другому. Сейчас пик паводка в Комсомольске-на-Амуре. Город отчаянно борется со стихией, но она не отступает. Скоро холода, и вопрос «кто кого?» стоит все острей. Корреспондент «РР» отправился в зону бедствия и попытался понять, как большая вода меняет людей

    Реклама