Задача со звездочкой

Сцена
Москва, 12.12.2013
«Русский репортер» №49 (327)

Вопрос на понимание текста. «Как можно использовать международные измерители уровня образования, навыков и интеллекта? Выбрать из вариантов:

а) перестроить систему управления образованием с целью повышения показателей нашей страны в международных рейтингах типа PISA или TIMSS, финансировать учреждения и оценивать регионы в зависимости от этих показателей. Те учебные заведения, где показатели низкие, объявлять неэффективными, лишать финансирования и с кем-нибудь сливать;

б) с чувством праведной гордости исполнить песню со словами «Мы всех лучше / Мы всех краше / Всех умнее / И красивей всех»;

в) расценить как крайне полезное, но все же дополнение к другим исследованиям образования и положения дел в обществе, но ни в коем случае не как формальный критерий оценки школ, вузов,  регионов и т. п.;

г) создать комиссию по выработке концепции, направленной на развитие системы мероприятий, способствующих формированию…»

В формальных тестах по общественным наукам трудно придумать корректную задачу на сообразительность и практическое использование знаний. Например, из нашего текста следует, что и песню исполнить можно, если настроение хорошее и вам нравятся песни Алексея Хвостенко. Однако есть ответы и поинтереснее.

В хороших системах учителям дают творчески работать с учениками, а измерители носят косвенный и рекомендательный характер

Например, наши реформаторы и госуправленцы, даже искренне выступая за прогресс, предпочитают варианты «а» и «г». Причем не только в образовательной политике, но и во многих других. Достаточно вспомнить рейтинг эффективности вузов и провальную попытку сделать «карту науки», основываясь на формальных показателях. Формальные показатели в управлении полицией — это та самая «палочная система», которую все обоснованно критикуют.

 

И поскольку наши управленцы учились в советской школе, видимо, и вправду у нас там было не все хорошо с навыками употребления знаний. Даже самые лучшие тесты и исследования, как и любые знания, имеют определенную область применимости. Если на них основывать всю политику, то получается страшная бюрократизация и, кстати, коррупция. Это мы знаем по ЕГЭ, который употребляется и как экзамен, и как критерий оценки регионов и школ, и как инструмент образовательной технологии — как наше все. При такой нагрузке на одну формальную оценку перегибы неизбежны.

Формальные критерии привлекательны для чиновников тем, что они просты. На них можно строить удобные отчеты и планы. И главное — не нужно понимать, как на самом деле. Не видеть живую ткань бытия, не встречаться с живыми людьми, не считаться с профессиональными авторитетами и не слушать ученых и экспертов. 

За приятными и неприятными нам измерениями нашего национального интеллекта могут стоять разные явления. Базовые знания школьников — это не только критерий работы школы, но и указание на ситуацию в семьях. У нас в стране родители изо всех сил стараются дать детям приличное образование — это, по данным многих исследований, и один из самых сильных мотивов родителей, и одна из главных статей расходов семейных бюджетов. Еще более сильная мотивация в Китае и других странах Юго-Восточной Азии. Но там еще есть и специальная настройка образования на тесты западного типа — это обеспечивает интенсивную миграцию студентов по миру и их успехи. Наша система образования только в прошлом десятилетии начала интенсивно приучать детей к тестам — возможно, этим и объясняется прогресс России в международных рейтингах.

Есть страны, которые глубоко обсуждают свою образовательную политику на основании результатов тех же PISA, PIRLS и TIMSS, в том числе в Северной Европе. Но и там ни один из измерителей не служит критерием для оценки школ и учителей. В хороших системах учителям дают творчески работать с учениками, а измерители носят косвенный и рекомендательный характер. Главное в школе — учитель, а не схема и не бюрократическая отчетность.

Хорошая политика в образовании никогда не бывает революционной. Многие измерения, а также социологические исследования и опыт и знания педагогов позволяют увидеть, что в нашей системе традиционно здорово, а что не очень, не разрушая все до основания. С базовыми знаниями у нас хорошо, хуже с нестандартными задачами (хотя в лучших школах умеют решать задачи получше, чем стандартные тесты). Но точно у нас всегда было не очень с общественными знаниями и с работой с текстами. Поэтому и чиновники у нас любят говорить казенно, речи сами писать не обучены и бюрократические бумажки понимают лучше, чем живых людей.

Если это поправить, мы как страна здорово бы поумнели и меньше бы стало решительных, но глупейших реформ.

У партнеров

    «Русский репортер»
    №49 (327) 12 декабря 2013
    Умнеем или глупеем?
    Содержание:
    Реклама