Любовь к полетам обязательна

Спорт
Москва, 28.08.2014
«Русский репортер» №33 (361)
Если бы чайки составили рейтинг самых нелюбимых видов спорта, то авиагонки заняли бы в нем первое место. Слишком быстро и низко летят самолеты, вторгаясь в пространство, которое птицы привыкли считать своим. Их недо­вольство, впрочем, не помешало провести в Хорватии один из этапов Red Bull Air Race — чемпионат мира, где летчики-безумцы на миниатюрных самолетах проходят заковыристые дистанции над самой поверхностью Адриатического моря

Фото: Andreas Langreiter/Red Bull Content Pool

Воздушная «Формула-1»

— Мой дедушка был русским архитектором, жил где-то неподалеку от Москвы. Когда в России началась Гражданская война, он сел на корабль и отправился во Францию. Плыл в Марсель. Но корабль получил пробоину, и деда высадили на Корсике. Там он и остался жить, женился на местной девушке, вскоре она родила ему сына — моего отца, — французский летчик Николя вспоминает семейную биографию. На нем черно-оранжевый костюм, рядом стоит миниатюрный самолет, раскрашенный в те же цвета. Николя говорит по-английски с очень заметным французским акцентом. От русских предков ему досталась фамилия, и ту с годами переиначили на местный манер: теперь он не Иванов, а Ivanoff.

— Деревеньку, в которой оказался дедушка, основали греки. Поэтому неудивительно, что отец с детства знал греческий и, перебравшись учиться в Париж, познакомился с гречанкой, моей матерью. Так что, как видите, французского во мне на самом деле немного. Я скорее грек и русский, правда, русский язык не знаю. Да и про историческую родину деда могу сказать немного. Зато, как и положено настоящему русскому, всегда любил скорость. Собственно, с детства я мечтал стать именно гонщиком, — рассказывает Николя.

Но для того чтобы гонять на спорткарах, Николя Иванофф оказался недостаточно богат. Однажды, размышляя, чему посвятить свою жизнь, юноша поднял голову и увидел в небе самолет. Так, волею случая Николя решил стать летчиком. После первого же полета он забыл о своих «земных» гоночных порывах. И понял: чтобы состязаться в скорости, необязательно ездить по асфальту за рулем авто. Соревнования можно устроить и в небе! У французского летчика появилась новая мечта — воздушная «Формула-1». Правда, тогда подобных соревнований попросту не существовало, но это не мешало Николя продолжать мечтать…

Аэроолимпиада

За столиком уличного ресторана в небольшом хорватском городке Ровинь сидит типичная итальянская семья. Два мальчика-подростка и их маленькая сестренка уплетают пиццу. Отец доедает пасту, мама лакомится оливками. Вдруг все они замирают, синхронно поднимая голову, и их круглые лица озаряются улыбками: совсем низко над землей пролетает большой самолет. Так, неожиданно для многих гостей и жителей Ровиня, начинаются показательные «заезды», точнее, «залеты» этапа Red Bull Air Race. К вечеру первого дня о соревнованиях узнает весь город, а также жители окрестностей: гул самолетов, пролетающих чуть ли не над головами, — лучшая реклама чемпионату.

— Это удивительно: с первого полета братьев Райт прошло уже больше ста лет, а люди все равно продолжают с восхищением наблюдать за этими машинами. Самолеты завораживают. Я и сам в них еще мальчишкой влюбился. Отец владел летной школой, так что, как вы понимаете, у меня просто не было шансов пройти мимо, — смеется американский пилот Майкл Гульян. — И да, я тоже мечтал, что когда-нибудь у нас появится аналог гоночной «Формулы-1».

Но еще два десятка лет назад эти мечты, казалось, были ну очень далеки от реальности. Соревновались авиагонщики в основном с соотечественниками, а международными были разве что аэробатические шоу. Но в 2003 году все изменилось. Появилось не просто соревнование — возникла новая спортивная дисциплина, авиаслалом. Задача — пройти непростой воздушный маршрут с препятствиями за минимальное время. Препятствия — это пилоны, специальные 25-метровые надувные конструкции. Заденешь крылом — порвется и упадет. Действо происходит на высоте примерно 15 метров над водой и на скорости около 300 км/ч (максимально допустимы 370 км/ч).

Уникальны и воздушные «болиды», на которых соревнуются гонщики, — прежде всего своей миниатюрностью. Минимально допустимый вес аппарата вместе с пилотом — 698 кг. Для сравнения: машины, участвующие в «Формуле-1», весят от 660 кг. Еще одно важное отличие от Королевских гонок: на всех самолетах стоят одинаковые двигатели. Это очень важный момент для решения главного вопроса, что важнее — мастерство или техника. На этих соревнованиях однозначно мастерство.

— Для пилотов, без преувеличения, это была уникальная возможность. Представьте, что вы занимаетесь видом спорта, который не входит в программу Олимпиад. И титул олимпийского чемпиона — то, что может только сниться. Но однажды все меняется и сны становятся реальностью. Вот и для аэробатических соревнований это был настоящий прорыв. Красивые места, быстрая техника, достойные соперники, огромное количество зрителей — раньше об этом можно было только мечтать! — признает 57-летний венгерский гонщик Питер Бишенье.

Страх и трепет

Воскресенье, финал. Но одна из трибун, установленных на берегу Адриатического моря, пустует.

— Там из-за экрана ничего не видно, — объясняет местная девушка Анна. — Поэтому мы решили: лучше посидим здесь на камне, чем пропустим зрелище. Не зря же так долго добирались! Мы живем в тридцати километрах отсюда — выехали рано утром на велосипедах. Вчера наши друзья были тут и рассказали про эти удивительные самолеты. Конечно, мы тоже захотели их увидеть!

Вскоре зрители заполоняют всю набережную. Начинается борьба за места. Кажется, за все время своего существования улицы Ровиня не видели такого количества людей. Многие запаслись едой. Все ждут зрелища.

— Вау! — восхищенно тянет девушка, прижав ладонь ко лбу, чтобы солнце не мешало рассматривать пролетающий самолет. Но пилот почти сразу ошибается, пилон падает. Рука девушки опускается, публика выдает разочарованное «э-э-э».

— Ничего подобного я раньше, конечно, не видел. Я родился и всю жизнь прожил в Ровине. Но с тех пор как прочитал «Планету людей» Сент-Экзюпери, полюбил все, что связано с самолетами. Правда, те, кто занимается аэробатикой, — это, кажется, совсем другая категория людей. Интересно, им не страшно? — задается вопросом мой сосед Горан, наблюдая, как к срезанному пилону подходит катер, и постепенно надувная конструкция приобретает прежний вид. — Я бы, наверное, никогда так не смог. Но стать пилотом гражданского самолета… Я по-прежнему об этом мечтаю. Мне пока двадцать один, вроде как еще не поздно. Вот посижу, посмотрю еще минут тридцать…

Горан замолкает и снова поднимает голову — очередной самолет и отчаянный летчик вышли на дистанцию. Шесть километров, восемь ворот и змейка из трех пилонов — у людей за штурвалом нет времени бояться. При этом воздушные гонщики признаются: настоящее удовольствие они испытывают все же не во время полета, а только после успешного прохождения дистанции. И хотя они не слышат аплодисменты зрителей, но осознание того, что внизу тебе рукоплещут и немного завидуют десятки тысяч человек, которые тоже мечтали летать, стоит того, чтобы рисковать.

У партнеров

    «Русский репортер»
    №33 (361) 28 августа 2014
    Беженцы
    Содержание:
    Реклама