Самое интересное за месяц с комментариями шеф-редактора. То, что нельзя пропустить!

Куда именно катится мир

, , , 2016

Важнейшие глобальные тренды наступившего года и прогнозы «Русского Репортера»

Мир снова все быстрее мчится в неизвестность после недолгого затишья мнимого «конца истории», оказавшегося лишь краткой передышкой между веками. Но чтобы двигаться к чему-то хорошему, надо видеть, куда идешь. Чтобы разглядеть хоть что-то в тумане грядущего, мы описали самые заметные, на наш взгляд, тренды, способные повлиять на мир в 2016 году, и наметили для каждого тренда позитивный и негативный сценарии развития – «утопию» и «антиутопию». Будущее не предопределено, и в какой степени каждый из сценариев воплотится на практике – зависит от наших действий.

 zzzzzzzzzzzzzzzzzzzzz2.jpg

 «Давайте делиться!»

Тренд

Мировой бизнес переживает период «уберизации», или устранения посредников. Словечко вошло в моду, как только бизнес-мир понял, что объединяет две самые громкие истории успеха последних лет - компании Uber, совершившую революцию на рынке услуг такси, и компании Alibaba, занимающейся онлайн-торговлей на сотни миллиардов долларов в год. Оба стартапа взлетели в топ глобального бизнеса, напрямую связывая производителей услуг с потребителями, -   благодаря той же Алибабе любой умелец, разводящий дома сепульки, сможет рассылать их любителям сепулек по всему миру.  Оказалось, что во многих областях экономики посредников можно заменить автоматическими сетевыми сервисами – достаточно хорошо работающего сайта, чтобы связать, например, тех кто желает сдать или продать квартиру с теми, кто желает снять или купить ее. Так Uber стал идеальной моделью для любого бизнеса. Уберизация не только  существенно снижает стоимость услуги, но ведет к новой структуре экономики, в которой гораздо большую роль  могут играть разные формы кустарного производства и неполной занятости. Но дело не ограничивается экономическим эффектом – такие сервисы вскрыли огромную потребность веками обособлявшихся друг от друга и эмансипировавшихся от общества западных людей в том, чтобы быть сильнее вовлеченными во взаимодействие и в деятельность сообщества.  Краудфандинг, краудсорсинг и прочие новые способы делать что-то всем миром – именно об этом.

Утопия

Тренд, связанный с устранением посредников, только набирает силу, становясь все шире и глобальнее.  По мнению Джереми Риффкина и других идеологов  «шеринг-экономики» (это от слова «делиться»), развитие интернета и «умных» автоматизированных  сервисов запускает переход от экономики, основанной на извлечении прибавочной стоимости к экономике, основанной на сотрудничестве и обмене благами.  На этом же должна быть основана и «новая социальность», идущая на смену предельно «атомизации» общества – люди будут больше заботится друг о друге и вместе организовывать жизнь своего сообщества, а экономика, основанная на социальных принципах, будет принимать во внимание не столько размер прибыли, сколько улучшение качества жизни общества.

Антиутопия

Мир, в которых большие сетевые сервисы убили профессиональных производителей. Вы можете одним кликом заказать любой товар или услугу, но они будут сделаны руками любителей или вообще не сделаны. Вместо такси действительно можно воспользоваться услугой непрофессионального водителя и сильно хуже не будет. Но если вместо правдивой новости или репортажа вы читаете в сети множество непрофессиональных текстов и вранья, то вы живете в иллюзии. Отчасти уже так и есть. Uber или Alibaba – не благотворительные организации, а те же посредники, огромные капиталистические компании, зарабатывающие прибыли и привлекающие миллиардные инвестиции, отбирая долю прибыли у традиционных бизнесов. Тем более — создатели главные сетевых сервисов, такие как Facebook или Google. Экономика, основанная на сетевых сервисах, является антиутопией для многих традиционных форм бизнеса, в том числе и для нашего, журнального. По крайней мере, пока не наступил коммунизм, или пока не возникнут сети нового поколения, которые зачем-то решат справедливо делить прибыль между глобальными сетями и локальными производителями.

 zzzzzzzzzzzzzzzzzzzzz3.jpg

«Пусть роботы трудятся»

Тренд

Мы живем цифровую эпоху. Развитие информационных и сетевых технологий стало двигателем прогресса в любой области, как в свое время машиностроение в начале индустриальной эпохи. Цифровым становится и производство – в развитых странах конвейеры обезлюдели, в цехах работают автоматы, управляемые компьютерами. На умной фабрике все станки и машины соединяются в сеть, в идеале такой завод работает как принтер, автоматически печатая заказы, которые ему посылают по сети. Цифровая индустрия  характеризуется проникновением интернета вещей во все этапы производства, практически полным исключением из процесса человека, самодиагностикой всех систем, контролем качества производства на основании постоянного сбора данных. Оцифровка стирает грань между массовым и индивидуальным производством: принтеру не важно, сколько копий печатать. Это открывает путь к полной кастомизации продукта – он будет делаться индивидуально, под потребности каждого покупателя. Еще одним важнейшим результатом  цифровой революции стала реиндустриализация развитых стран, возвращение заводов - роботизированное производство становится дешевле, чем производство в третьем мире.

Утопия

В мире будущего, описанном в знаменитом фантастическом романе Нила Стивенсона «Алмазный век, или букварь для благородных девиц», к каждой квартире или офису протянута «линия подачи» атомов разных веществ. Линия подачи заканчивается матсборщиком – гипотетическим потомком 3D-принтера, в котором нанороботы собирают из атомов любые нужные объекты. Конечно, в таком мире вещи, изготовленные «вручную», ценятся на вес золота, но они служат лишь престижными игрушками для богатых. Но для подавляющего большинства вещей денег будет стоить не их изготовление, а идея и дизайн – и то, только в том случае, если программы не станут лучшими дизайнерами, чем люди. А для людей настанет золотой век, о котором мечтал Маркс – свободные от необходимости добывать себе кусок хлеба, они будут заниматься творчеством.

Антиутопия       

Свободное занятие творчеством – прекрасная мечта, но в реальности все начнется совсем не с него, а с массовой безработицы. Тем более, что работу начнут терять не только рабочие - постепенно ненужными станут все «синие воротнички», вытесняемые программами и роботами. Возможно, их удастся прокормить, но не менее важной проблемой станет их невостребованность, отсутствие смысла жизни. Как бы человечеству, попавшему в цифровой рай, не скатиться к животному состоянию застрявших в «матрице» потребителей дешевых удовольствий.

 zzzzzzzzzzzzzzzzzzzzz4.jpg

«Пушки вместо масла»

Тренд

Напряженность и нестабильность, локальные волнения и войны последних лет вызывают естественное желание обезопасить себя, а значит – вооружиться. Отсюда рост военных бюджетов по всему миру. Можно, впрочем, смело утверждать и обратное: именно потому, что бюджеты на оружие и безопасность росли, и появились войны и волнения. Ведь купленное оружие всегда хочется испытать. Своими или чужими руками. Так или иначе, но рост военных расходов налицо. Показателен в этом смысле пример США. Лауреат Нобелевской премии мира за 2009 год Барак Обама был избран президентом как ярый критик войны и Ираке и милитаристских бюджетов Буша-младшего. Но при нем рост военных расходов продолжился, исторический максимум пришелся на 2012 год, когда на оборону штаты потратили рекордные 680 миллиардов. Сравним с максимумом Буша, это 530 миллиардов. Конечно, Обама этому противится, но его успехи не слишком велики. Американское военно-промышленное лобби – огромная сила. На военный бюджет 2016 года президент даже наложил вето, но в итоге был вынужден его подписать: вместо запланированных 612 миллиардов военные получит «всего» 607. Россия в относительных показателях даже серьезно опережала старшего американского брата по темпам милитаризации. За последнюю пятилетку доля российского военного бюджета в общих расходах выросла с 7,5% до 22%. Доля же военных расходов в структуре ВВП составила 4,5% против «пацифистких» 3,5% американцев. Хотя это скачок объясняют недофинансирование в прошлые годы и необходимостью технического обновления. Самой же милитаризированной страной последних лет стала Саудовская Аравия. Среди стран с крупнейшими военными расходами она тратила на «войну» порядка 10% ВВП, в абсолютных же цифрах ее военный бюджет вполне сравним с российским.

Утопия

Верить всегда хочется в лучшее. Револьвер «Кольт» называли «миротворцем». Якобы, если все хорошо вооружены, то и стрелять никто не будет, никто же не хочет погибнуть от ответного огня. Сосуществование СССР и США на основе «ядерного паритета» – еще один аргумент в этом ряду. Кроме того, массовое вливание денег в оборонку чревато разными полезными изобретениями, которые можно будет использовать и в сугубо мирных, гражданских целях. Многие важнейшие инновации прошлого века происходили из военных программ: мирный атом, реактивные самолеты, интернет и связь. Новейший военный экзоскелет  из набора солдата будущего можно будет когда-нибудь использоваться и для спасательных операций.  

Антиутопия       

Американский социолог Чарльз Тилли утверждал, что хотя после окончания Второй Мировой войны крупнейшие державы планеты не вели открытых войн друг против друга, XX век все-равно оказался «самым воинственным в мировой истории», с максимальным числом жертв как среди солдат, так и среди мирного населения. Даже если массы накопленного оружия гарантируют нас от большой глобальной войны, что вовсе не является аксиомой, огромное число людей неизбежно погибнет в локальных войнах, «местных» геноцидах и гекатомбах, терактах. Наконец, рост расходов на оружие зарежет расходы на образование и медицину. 

 zzzzzzzzzzzzzzzzzzzzz5.jpg

«Свобода на работе»

Тренд

«В ближайшем будущем просвечивает изменение отношения к труду. Уже сейчас многие люди выбирают работу не столько из-за зарплаты, сколько по другим признакам. Досуг и труд соединяются. Меняется отношение к восьмичасовому рабочему дню, к сидению в офисе. А это накладывает изменения на размещение жилья и офисов. Теперь люди работают и дома. Это не значит, что в будущем человек замкнется у себя в квартире. Просто он будет работать там, где ему нравится: дома, в кафе, в коворкинге или на природе», рассказывал «РР» декан Высшей школы урбанистики ВШЭ Александр Высоковский. Действительно, всё большее распространение получают разного рода альтернативные и свободные формы занятости, в том числе аутосорсинг – когда для решения конкретной задачи привлекается конкретный специалист, а не штатный сотрудник компании. Вслед за зарубежными компаниями к такой практике активнейшим образам стали прибегать и отечественные работодатели. Это касается и бухгалтерских услуг, и IT-индустрии, и разного рода представителей «творческих профессии», и многих-многих других.

Утопия

Больше нет необходимости постоянно высиживать в офисе строго по восемь часов и ездить каждый день на работу к девяти. Нет нудной и серой жизни клерка, которою так усердно разоблачают контркультурные книжки и фильмы вроде «Бойцовского клуба». Теперь работник в этой новой парадигме становится уже не наемником, а мини-коммерсантом, «свободным художником», который сам выбирает, чем хочет заниматься. В помощь ему – многочисленные профессиональные сети, где потенциальный работодатель размещает заказы. Саму работу удаленно (ведь чаще всего требуется только компьютер, а через сеть будет связь с коллегами и партнерами, доступ к базам данным и архивам) тоже можно делать когда угодно и где угодно – хоть дома, хоть на пляже за тысячи километров. Конечно, приходится крутиться, но все зависит только от тебя.

Антиутопия

Для профсоюзников всего мира аутосорсинг – страшный сон и едва ли не главный враг. На «гибко устроенного» сотрудника зачастую не распространяются в полном объеме нормы национального трудового права, он не может стать участником коллективного трудового договора, а значит платить ему можно меньше, работать он будет больше, а уволить его можно запросто и без всяких формальностей. И если для представителей престижных профессий в богатых странах первого мира — это возможность свободно устроить свой график и способ дополнительно заработать, то для представителей физического труда, а также для работников многочисленных промышленных и сельскохозяйственных потогонок в странах третьего мира это — натуральный возврат в эпоху «дикого капитализма» без всяких гарантий и социальной защиты. А еще это возможность сэкономить для работодателя: взять да и перевести весь штат на «гибкое устройство», уменьшив на четверть зарплаты. 

«Разделить Ближний Восток»

Тренд

На большом Ближнем Востоке сквозь хаос явственно проступают ребра новых региональных блоков. «Арабская весна» начиналась как общедемократические выступления оппозиции, со временем все большую роль в этих выступлениях стали играть уже не вестернизированные студенты, профессора и средний класс, а исламисты разного градуса радикальности. В некоторых странах – в Египте – процесс вернули обратно, в нулевую точку, власть снова взяли военные. В других – в Ливии и Сирии – протесты окончились войной всех против всех. Свою игру на этой площадке ведут крупнейшие державы, но, что гораздо интереснее, свою заинтересованность в войне за «сирийское наследство» обозначили и региональные лидеры. Самую крупную коалицию создала и возглавила Саудовская Аравия, формально это «антитеррористический» союз. Во втором альянсе Иран, отчасти Ирак, правительство Асада, а неформально еще и Хезболла – ливанская военизированная шиитская группировка.

Утопия

При посредничестве Вашингтона, Москвы и Брюсселя два союза могли бы поделить сферы влияния и «замирить» террористов на подконтрольных территориях. Правда неясно, кого можно, а кого нельзя считать террористами. Саудовская Аравия поддерживает если не ИГИЛ (хотя о финансировании «Исламского государства» со стороны Саудовской Аравии и Катара неоднократно заявлял экс-премьер Ирака Нур аль-Малики, о том же писал и The New York Times), то других исламских бойцов, которых порой трудно отличить от ИГИЛ. Представители Хезболлы работают советниками при Генштабе Асада, но в ЕС, США и Израиле организацию считают террористический. Впрочем, если решится вопрос о сферах влияния, то и вопрос о том «кого считать террористом» тоже решится утилитарно и цинично.   

Антиутопия  

Глобальная война суннитов и шиитов, пожалуй, самое страшное, что может произойти внутри исламского мира. Ядро коалиции саудитов – сунниты, а Иран лидер шиитского мира. Эр-Рияд всегдашний союзник Вашингтона, который тоже не любит Иран, но всегда придерживал своих горячих арабских друзей от излишне радикальных шагов. Опасность может возникнуть в тот момент, когда саудиты почувствуют себя слишком свободно. И эту свободу, надо сказать, они иногда демонстрируют. Несмотря на все предостережения и протесты власти Саудовской Аравии демонстративно казнили 47 человек, в том числе известного шиитского проповедника. Худший вариант для России в этой религиозной войне участвовать на любой стороне. Это сразу «разорвет страну». Так, большая часть российских мусульман как раз сунниты. Наши же условные союзники – шииты и близкие им алавиты, к которым относится  правящий дом Асадов в Сирии. Кроме того, шииты – азербайджанцы. Тем не менее, радикальный «евразиец» Александр Дугин уже призвал к «русско-шиитскому альянсу» против саудовских шейхов.

 zzzzzzzzzzzzzzzzzzzzz6.jpg

«Даешь многополярный мир»

Тренд   

Когда говорят о многополярном мире и его желательности – говорят чаще всего о политическом, идеологическом и культурном измерениях, о разнообразии. И все же основа такого мира – прежде всего экономическая, и возможна она лишь в том случае, когда существует несколько производственных центров и они конкурируют. До последнего времени было не так. Часть мира, Европа и США, генерировала идеи и потребляла конечный продукт. Другая часть, прежде всего Китай, производила товары. Третья была поставщиками ресурсов. Сейчас ситуация меняется. С одной стороны, КНР все больше и больше переориентируется на внутреннее потребление. Более того, Китай теперь сам ввозит не слишком высокотехнологичные товары из других государств Южной и Юго-Восточной Азии, где издержки, в том числе на рабочую силу, ниже китайских. Для этого с июня 2015 года власти КНР наполовину сократили размер ввозных пошлин на ряд импортных потребительских товаров – одежды, обуви, косметики. С другой стороны, в США и в странах ЕС все более заметен процесс реиндустриализации: производства некогда вывезенные в третий мир снова возвращаются, репатриируются. Согласно исследованию The Boston Consulting Group за прошлый год, большая часть американских компаний уже сейчас предпочитает размещать новые производства не в Китае, а в самих США.

Утопия

Наличие нескольких экономических центров, их конкуренция, даст миру товары, все более хорошие и дешевые. Все больше людей получит работу, постепенно будет сокращаться бедность и голод. Возможны самые разные способы кооперации, которые проходили бы независимо от политических разногласий и впоследствии создали бы особую культуру сотрудничества. Все больше и больше стран из мировой периферии втягивались бы в глобальную экономику, занимали там достойное место.   

Антиутопия

Конкуренция между несколькими равновеликими центрами силы за новые рынки, ресурсы и технологии не обязательно будет мирной. Пока у каждого было «свое место», кто-то производил, а кто-то потреблял, это всех устраивало, в борьбе за новое место возможны самые настоящие торговые войны, как холодные, так и горячие. Часть стран вовсе в новой производственной цепочке может оказаться лишней. Например, если нефти найдут дешевый синтетический заменитель или электроавтомобили станут доступными массовому потребителю, поставщик нефти уже будет не нужен. Если он не найдет себе новое место, то от него постараются отгородится стенами. Мир разделиться на благополучное ядро и нищую и порождающую терроризм перефирию, огражденных друг от друга стенами.  

 zzzzzzzzzzzzzzzzzzzzz7.jpg

«Нечеловеческие возможности»

Тренд

Стала применяться генетическая селекцией и генетическое изменение организма человека, причем начинался этот тренд в спорте. Чтобы сделать человека более сильным и выносливым, целая армия ученых и медиков придумывает все новые и новые способы. В феврале этого года истекает срок дисквалификации олимпийской чемпионки Лондона в спортивной ходьбе Елены Лашмановой. Девушку отстранили от соревнований на два года из-за применения запрещенного GW1516. Этот препарат принято называть генным допингом. Хотя это не совсем правильно. GW1516 не предполагает вмешательства в генетический код человека. Он, скорее, регулирует работу генов. Тем не менее, первые шаги по пути к «генномодифицированным» спортсменам уже сделаны. Есть и еще один способ использования достижений генетики в спорте – отбор. Успех в различных дисциплинах во многом зависит от физических возможностей человека, обусловленных строением его генов. Так что мешает в будущем создавать команды «прирожденных победителей», отбирая спортсменов по генному профилю?

Утопия

Желание добиться высоких спортивных результатов может стать катализатором развития науки и техники. Исследования специалистов в области спортивной медицины будут полезны и в других отраслях медицинской науки, например, в борьбе с болезнями и со старением. А спортивные шоу станут еще интереснее – ведь с помощью новых технологий атлеты смогут превзойти возможности человека.

Антиутопия

Идея отбора по генетическому профилю – это первый шаг к кастовому обществу: если можно отбирать по генному профилю будущих спортсменов, но почему нельзя будущих начальников и подчиненных? С другой стороны, генетическая модификация людей открывает атиутопию людей-роботов, которые вместо свободы и воли реализуют свою судьбу через изменения организма, своего и чужого. К счастью эти антиутопии несколько противоречат друг другу, если генетическое неравенство сможет быть преодолено генетической модификацией.

 zzzzzzzzzzzzzzzzzzzzz8.jpg

Слишком много букв

Тренд

Поколения, родившиеся в ХХ веке, — это представители «литературоцентричной цивилизации». Для нас мир состоит из историй, а книга — главный источник знаний и образцов для подражания. Но дети XXI века гораздо менее склонны к чтению длинных текстов: они уже столкнулись с проблемой переизбытка информации, и долго сосредотачиваться на чем-то одном нет ни времени, ни желания. Яркие картинки гораздо привлекательней черно-белых строк, а видеоигры обладают еще одним важнейшим достоинством — интерактивностью. Вытеснение объемных текстов визуальными образами характерно не только для детей и подростков: доля читающей публики во всех возрастных категориях неуклонно падает. Вместо романов «большие истории о жизни» нам преподносят сериалы; длинным отчетам мы предпочитаем инфографику, любое выступление стремимся сопроводить презентацией. Тенденция к сокращению текстов и «визуализации» сообщений хорошо заметна и в соцсетях. Начав с развернутых текстов в Живом Журнале и прочей блогосфере, общество вскоре мигрировало в соцсети вроде Фейсбука, Твиттера и Вконтакте, где редкий пост обходится без картинки или выходит за пределы двух-трех предложений. А быстрее всего развивающиеся сейчас соцсети, такие как Instagram и Pinterest, и вовсе позволяют публиковать только картинки.

Утопия

Наши дети наверняка будут лучше нас приспособлены к тому миру, в котором им предстоит жить. Есть надежда, что их мышление станет более целостным и гармоничным за счет развития образной составляющей. Это позволит им остро ощущать красоту и проявлять творческое начало.

Антиутопия

Благодаря привычке к чтению мы развили внимательность и способность концентрироваться, особенно на абстрактных идеях, что послужило одной из важнейших причин бурного развития науки после изобретения книгопечатания. А что смогут открыть люди с «клиповым мышлением», страдающие дефицитом внимания, неспособностью к долгой концентрации на сложных вещах? Возможно, мы вступаем в эпоху «цифрового слабоумия», когда способность рассуждать и воспринимать философские абстракции сохранит за собой только интеллектуальная элита, не оставившая привычки к чтению.

 zzzzzzzzzzzzzzzzzzzzz9.jpg

Всё под контролем!

Тренд

С момента появления интернета стремление к свободе самовыражения в сети всегда находило противодействие в создании контролирующих интернет организаций или законов. Как только в 2000 году началась разработка Freenet — децентрализованной сети с максимальной анонимностью, ФСБ обязала российских провайдеров устанавливать комплекты оборудования для слежки в рунете. Чуть позже ФБР разработало троянскую программу Magic Lantern для слежки за подозреваемыми. В следующем году Брэм Коэн выпустил в свет первую версию торрент-трекера BitTorrent, а через два года американский канал HBO начал «отравлять» торрент-трафик, засоряя файлообмен ненужными байтами информации, а затем пугать скачавших файлы пользователей уголовным преследованием. Мир интернета продолжает двигаться в том же русле — от свободы к контролю.

Утопия

Появление соцсетей и активное обсуждение личной жизни лишает жизнь людей интимности. Разговоры о бытовых проблемах сводят пользователей в одной большой «онлайн-коммуналке», где все соседи друг друга знают и, случись что, помогут. Уже сейчас интернет — одно из самых быстрых средств собрать деньги на лечение. Задавая вопрос в соцсети или на форуме о том, какая плитка для ванны сама лучшая, пользователь мгновенно получает массу практических советов. Популярные блогеры пишут, что поддержка их подписчиков неизменно поднимает настроение. А заботливые подписчики бьют тревогу, если человек долго не выходит в соцсети. Пользователи всерьез расстраиваются, если им не поставили лайки или кто-то отказался добавлять их в друзья… Постепенно создается иллюзия большого виртуального сообщества, где у каждого много друзей. Есть все шансы, что в ближайшем будущем реальная жизнь вообще изрядно «виртуализуется». То, что происходит в офлайне, перестанет быть значимым, а мы понемногу превратимся в героев фильма «Суррогаты», где люди перестали общаться между собой вживую, потолстели, закрылись в своих домах, и вместо них физические функции выполняли клоны.

Антиутопия

С одной стороны человек зависим от пользования интернетом, с другой — все больше озабочен своей безопасностью, безопасностью своих счетов, своих детей. Множатся параноидальные настроения: человеку кажется, что любое действие в сети контролируют спецслужбы (а иногда небезосновательно: о глобальной слежке миру рассказывал еще бывший сотрудник американского Агентства национальной безопасности Эдвард Сноуден). Пользователь не может быть уверен, что за ним через веб-камеру не наблюдают бдительные спецагенты. Поскольку при отправке фото или текстовых сообщений переписка не удаляется из сети, никто не защищен от просмотра этих данных. Группа хакеров Anonymous не раз это доказывала, взламывая твиттер главы Правительства Дмитрия Медведева и других чиновников. Несмотря на то что полностью исключить возможность определения IP-адреса невозможно, в интернете все чаще прибегают к использованию прокси-серверов (программы, которая выступает посредником между пользователем и запрашиваемым сайтом) и TORов — программ, разработанных специально для обеспечения анонимности пользователей. Такой тренд ведет к возникновению бесконтрольного, параллельного интернета. Пример уже есть — так называемый глубокий интернет (веб-страницы, не индексируемые поисковиками). В нем при желании можно купить поддельные паспорта, любые виды наркотиков и оружие. Точно определить объемы передаваемой анонимной информации сложно, но ясно одно: уже сейчас это огромное количество данных. Если свобода победит, интернет может предоставить невероятные возможности для сайтов с информацией криминального характера. Если же пойти по пути жесткого контроля, то мир ждет глобальная цензура и возможно, возврат к офлайн-носителям информации.

Европа без границ

Тренд

Обострение обстановки в ряде стран Ближнего Востока и Северной Африки привело к притоку беженцев в основном в европейские страны. Нелегальная перевозка мигрантов стала доходной статьей криминального бизнеса — перевозчики берут с человека от нескольких сотен до нескольких тысяч евро, чтобы доставить беженцев в Европу. По данным ООН, этот бизнес уже принес контрабандистам до 10 млрд долларов. И предприниматели-перевозчики не собираются отказываться от новых прибылей.

Утопия

Европа, несмотря на критику нынешней политики толерантности, способна наладить мир с беженцами. Она может стать глобальным центром мультикультурализма и источником нового культурного многообразия. Похожие процессы происходили и происходят в таких экономически успешных странах, как США и Канада. В многонациональных США традиционно провозглашалась политика «плавильного котла»; в 60-е годы, например, слово «негр» было заменено на «черный», а потом на «афроамериканец», а в 70-е афроамериканцам начали давать квоты на образование. В Канадской хартии прав и свобод имеется статья 27, утверждающая, что «Хартия должна толковаться в соответствии с сохранением и укреплением мультикультурного наследия канадцев».

Антиутопия

Большинство немцев, по данным опросов, перестали верить в то, что Германия сможет справиться с мигрантами. Есть все шансы, что гостеприимство Европы обернется для нее целой серией терактов, беспорядков и преступлений на национальной почве. Разумеется, это нивелирует желание местных жителей и властей в дальнейшем проводить политику мультикультурализма. В таких условиях мирным беженцам трудно поддерживать свои традиции, впитывать новую культуру, да и вообще думать о культуре и ассимиляции. Вполне возможно, что мигранты отгородятся от приютивших их европейцев, создавая свои «мини-островки» на территории европейских стран.

 zzzzzzzzzzzzzzzzzzzzz10.jpg

Вещи должны быть умными

Тренд

В индустриальную эпоху прогресс опирался на рост «мышечной мощи» техники, служившей нам чем-то вроде искусственных рук и ног. В цифровую эру на первый план вышел рост интеллекта вещей — так, главным достоинством «продвинутого» автомобиля уже считается не скорость или мощность двигателя, а интеллектуальная начинка, позволяющая самостоятельно парковаться, выезжать из гаража, а в идеале работать «на автопилоте», без водителя. Умнеют компьютеры и телефоны, очки и браслеты, системы освещения и отопления, холодильники и прочая бытовая техника, даже одежда. Набравшиеся ума вещи начинают объединяться: обойдя свою квартиру, вы наверняка обнаружите, что в ней больше технических средств, подключенных к сети, чем людей, выходящих в интернет. Мало-помалу мы создаем для себя «умную среду» — от умного дома до умного города, в которой каждая вещь сумеет рассказать о своем состоянии, подсказать, что нужно делать, или попросту сделать все за нас.

Утопия

Умная среда будет подстраиваться под своих пользователей, угадывая их желания и удовлетворяя потребности, которые и в желания-то превратиться еще не успели. Чудеса, которые некогда описывали фантасты, не за горами: скоро мир будет пронизан нанороботами, владельцы которых становятся могущественными магами. И никакой «грязной работы» — все скучные дела техника возьмет на себя!

Антиутопия

Умные системы, помогающие нам, все чаще именуют «внешней корой» нашего мозга, экзокортексом. Но охота ли человеку развивать интеллект, если за него думает электроника? Возможно, мы уже начали глупеть, пока телефоны умнеют, — we live in the era of smart phones and stupid people, как говорят в англоязычном мире. А что станет с человеком, если он перестанет быть умнейшим существом на планете? Как бы не свершились худшие предположения фантастов о том, что однажды роботы возьмут верх над людьми.

Новое — это хорошо забытое старое

Тренд

Какую область искусства ни возьми, дела везде обстоят неважно. «Современное искусство» звучит почти как ругательство. Великие писатели и поэты, художники и композиторы остались в далеком прошлом, даже режиссеры мельчают. Та же беда и с философией, и с другими областями гуманитарной культуры. Мы живем в «постмодернистской» ситуации исчерпанности идей и сюжетов. Да и публика предпочитает новому повторение привычного. Массовая культура производит лишь бесконечные ремейки, сиквелы, ремиксы и прочие «старые песни о главном» в подновленной упаковке. Творческий процесс словно бы пробуксовывает. Что это — кризис европейской культуры или ее окончательный упадок?

Утопия

Возможно, «усталость» касается лишь модерна, то есть творческой составляющей индустриального общества, а новая, цифровая культура только начинает формироваться незаметно для большинства людей. Мы стоим на пороге нового мира с совершенно иной культурой — сетевой, синтезирующей реальный и виртуальный миры, человеческий и искусственный интеллект, природу и технологии.

Антиутопия

Не исключено, что европейская цивилизация исчерпала себя так же, как многие цивилизации прошлого. Мы погружаемся в новое варварство, повсюду признаки «опрощения», примитивизации культуры. Все что мы можем сделать, — лишь попытаться сохранить свое культурное наследие. А уж будущим поколениям оно даст пищу для размышлений, — так когда-то средневековые люди пораженно взирали на остатки римских строений, будучи не в состоянии не только воспроизвести нечто подобное, но и понять, что за титаны прошлого построили их. 

№3 (405)
Подписаться на «Эксперт» в Telegram



    Реклама




    Альфа-банк меняет карты

    Альфа-банк приступил к полному обновлению своей линейки дебетовых карт — новая линейка вступила в силу 25 сентября. Флагманским продуктом в ней станет Альфа-карта

    Российский IT - рынок подошел к триллиону

    И сохраняет огромный потенциал роста. Как его задействовать — решали на самом крупном в России международном IT-форуме MERLION IT Solutions Summit

    Химия - 2018

    Развитие химической промышленности снова в приоритете. Как это отражается на отрасли можно узнать на специализированной выставке с 29.10 - 1.11.18

    Опасные игры с ценами

    К чему приводят закупки, ориентированные на максимально низкие цены

    В октябре АЦ Эксперт представит сразу два рейтинга российских вузов

    Аналитический центр «Эксперт» в октябре представит сразу два рейтинга российских вузов — изобретательской и предпринимательской активности.

    Эффективное управление – ключ к рынку для любого предприятия

    Повышение производительности труда может привести к кардинальному снижению себестоимости продукции и позволит российским компаниям успешно осваивать любые рынки


    Реклама