Капитализм для всех

Историческая перспектива
Мировая хозяйственная система движется от равномерного распределения экономических благ к созданию общества, обеспечивающего равный доступ к экономическим возможностям

Все мы стали свидетелями, как за несколько лет мир перешел в состояние, близкое к хаосу. Как правило, все эти события -- начиная с атаки на башни-близнецы и заканчивая французскими погромами и французскими же волнениями студентов -- трактуются как усиление террористических угроз и/или противостояние цивилизаций. Но столь разные и столь мощные события заставляют предположить, что на самом деле речь идет о каких-то глубинных социальных сдвигах. Об этом мы поговорили с координатором программы "Русские чтения" Института общественного проектирования профессором социологии американского Северо-Западного университета Георгием Дерлугьяном.

Экологический кризис

-- Складывается впечатление, что вспышка терроризма и социальная дестабилизация в западных странах -- звенья одной цепи. Люди по всему миру чем-то недовольны, чего-то хотят, и это проявляется через рост напряженности. Есть ли тренды, которые, на ваш взгляд, определяют сегодня новые, возможно, еще не осознанные устремления людей?

-- Согласен, обсуждение террористических угроз -- типичная подменная риторика, когда нет орудия для анализа того, что происходит. Проблема в том, что тот тренд, который определяет эти события, настолько мощный, что людям трудно его осознавать. По сравнению с ним мы как муравей на склоне горы. Мы становимся свидетелями конца того, что началось десять тысяч лет назад. Тогда человечество, которое было микроскопическим, стало жить в деревнях. Люди стали строить дома, которые стояли рядом на определенной территории, и внутри этого сообщества сложился саморегулирующийся социальный механизм, в котором человек рождался, жил и умирал. Это целостная среда, которой многим так не хватает в сегодняшнем большом городе.

Почему вообще возникла деревня? С одной стороны, это следствие того, что мы групповой вид, для выживания которого необходима кооперация. Судя по выкладкам наших антропологов (а мои коллеги занимаются эволюцией мозга за последние пять-шесть миллионов лет), мы были видом, предназначенным на отбраковку, -- то ли радиационное какое-то влияние, то ли вирусное привело к тому, что homo sapiens задержался в своем развитии. У нас детская мышечная масса, нам для хождения надо защищать стопу, мы не можем быстро бегать. И в этих условиях единственное наше приспособление, которое можно использовать, это не просто мозг, а очень затянувшийся период созревания. Но из-за необходимости так долго заботиться о ребенке нам требуется групповая кооперация внутри группы. Так вот, деревня -- это хорошо устроенный механизм кооперации. Это социально очень комфортное для сохранения вида сообщество. Сейчас доказано, что если у охотников-собирателей рождалось где-то по ребенку раз в четыре года, потому что больше не могли бы прокормить, то в деревне можно было позволить себе по ребенку в год.

-- Любопытно, вроде всегда считалось, что быстрый рост численности населения пришелся на период распространения городской цивилизации -- в связи с более продвинутой медициной и прочим.

-- Что вы! До очень недавних