Драматургия истории

Удивительное дело, но не рефлексирующий русский писатель-интеллигент, а англичанин Том Стоппард решил окунуться в омут русской общественной мысли и нарождающейся великой литературы XIX столетия. В своей драматической трилогии «Берег утопии» он оживил навсегда застывших в бронзе памятников и названиях улиц бунтарских персонажей николаевской России и революционной эмиграции. Сбивая сусальную позолоту с истории, писатель показывает повседневный срез хрестоматийной эпохи, направляя пристальный взгляд на коллизии частных жизней.

Стоппардовский ветер времени сдувает с ожившей истории пыльный слой сакральной неприкосновенности — и мы видим отчисленного из университета критика Белинского; хамоватого Бакунина, стреляющего деньги у всех членов философского кружка; изящного Тургенева, справляющего нужду на лавровый куст в саду Герцена; самого Герцена, живущего шведской семьей с Огаревым и его женой; обидчивого Маркса, который в дискуссии не прочь ввернуть крепкое афористическое словцо…

Ницше писал, что самые разрушительные идеи, как и революции, входят в мир походкой голубя — так же тихо и незаметно. Безусловно, Том Стоппард чутко прислушивается к этим шагам русской истории, но, закидывая психологический зонд в «былое и думы» литературы и общественной мысли России XIX века, он, как истинный постмодернист, заходит гораздо дальше простой исторической драмы и заглядывает в бездны куда более глубокие. Переплетая литературные аллюзии с выдержками из интеллектуальной публицистики, фантасмагорию — с реальностью, иронично жонглируя осколками русской культуры, Стоппарду удается прозреть судьбу всей нашей литературы: через Тургенева Чехова, а через Чехова — Булгакова. И намекает он ни много ни мало на то, что Россия — это никакая не география и не политика, а метафизика и литература, переросшие страну.

Статьи на тему: «Литература»