По адресу: «Собака-колония.ру»

Русский бизнес
Москва, 22.09.2014
«Эксперт Сибирь» №39-40 (429)
Сотрудничество с силовыми структурами может быть экономически выгодно. Разработка информационной системы «Терминал осужденного» помогла кемеровской фирме «АйТи-Дилер» стартовать и быстро зарекомендовать себя на сибирском рынке

Снедавних пор большинство сибирских осужденных получили доступ к новым источникам информации. Теперь, чтобы задать администрации колонии любой насущный вопрос, больше не нужно идти до начальственных кабинетов. Достаточно написать электронное письмо в специальной программе «Терминал осужденного». И ответ не заставит себя ждать.

Помимо переписки у каждого осужденного в «Терминале» — свой личный кабинет, в котором хранится его тюремное досье, вся информация по прошениям и кассациям, а также данные о количестве возможных свиданий и числе отправленных посылок. Арестанты могут выходить в Интернет и посещать установленное количество сайтов, в том числе и порталов с рабочими вакансиями.

«Терминал осужденного» разработан в 2011 году кемеровской фирмой «АйТи-Дилер». Для генерального директора и главного программиста фирмы Александра Спиридонова это был первый серьезный опыт работы с государственным учреждением — Федеральной службой исполнения наказания (ФСИН). Успех «Терминала» позволил Спиридонову организовать в 2014 году вторую компанию — «Тачпойнт», которая занимается разработкой сайтов и веб-проектов. Сейчас компания работает над компьютерной программой для ФСИН «Видеосвидания осужденных с близкими». Оригинальность проекта позволила 27-летнему предпринимателю пройти отбор в городской бизнес-инкубатор и выиграть грант на финансирование в размере 200 тыс. руб­лей. О том, как разрабатывался «Терминал» и какие программы сегодня нужны ФСИН, Александр Спиридонов рассказал «Эксперту-Сибирь».

 «Здесь я оплошал»

— Александр, как возникла идея написать программу «Терминал осужденного»?

— Сам бы никогда не додумался. Через дальних знакомых ко мне обратились люди из ФСИН. Это был 2011 год. Им нужна была информационная компьютерная система, в которой каждый осужденный имел бы возможность ознакомиться со своим личным делом и контактировать с начальником колонии. Программу, которую я должен был написать, необходимо было связать с базой данных ПТК АКУС (программно-технический комплекс автоматизированного картотечного учета спецконтингента. — Ред.). Эта база данных по осужденным установлена в каждой колонии по всей стране.

— Какую задачу перед вами поставили?

— Заказчик хотел увидеть электронный диалог с администрацией учреждения, аналог электронной почты, но закрытой. Для ФСИН было важно оперативное информирование осужденных о нововведениях в исправительной колонии. На информационную доску все не вывесишь, а сенсорный экран — то, что нужно. Я предложил добавить в систему защищенный браузер для просмотра интернет-ресурсов.

— Был определен перечень сайтов?

— Да. Это официальные сайты ФСИН, Президента и Правительства РФ, Пенсионного фонда. Еще есть пара сайтов по поиску работы — так решали проблему реабилитации осужденного, чтобы он понимал, куда может трудоустроиться после освобождения.

— Сколько было времени на написание программы?

— Потратил порядка двух месяцев. Главной сложностью была интеграция моей программы с существующей информационной системой. Эта связка была большим препятствием. Система сильно устарела, работала с 1995-го, за это время технологии шагнули далеко вперед. Моя программа позволила запрашивать данные из информационной системы, не нарушая порядок и конфиденциальность, она предоставляет всю необходимую осужденному информацию в его личном кабинете. Он авторизуется, вводит фамилию, пароль и оказывается в системе. Видит, какие посылки приходили, сколько раз можно звонить по телефону, сколько свиданий осталось и так далее.

— Вы написали программу, но где она могла работать?

— В исправительных колониях на сенсорных терминалах по типу тех, что стоят в каждом магазине, только без купюроприемника. Уже тогда существовали «Сенсорные технологии», партнеры, с которыми мы будем впоследствии работать, но в Кемерово они еще не делали поставок. Поэтому для ГУИН (Главное управления исполнения наказаний. — Ред.) по Кемеровской области терминалы продала другая фирма. Это была централизованная закупка на все 24 колонии, где-то под 100 терминалов.

— Сколько лицензионных программ продали?

— Здесь я оплошал. Продал не лицензию, а разработку и дальнейшее техническое обслуживание. Они могли ставить «Терминал осужденного» на все оборудование, которое им принадлежит. На всякий случай сделал программную защиту, чтобы не могли делиться. Всего получил немного меньше ста тысяч руб­лей, а мог в несколько раз больше, если бы договорился, чтобы платили за каждую лицензию.

«Взлом скуки ради»

— Как стали работать с Новосибирской областью?

— Начал обзванивать и рассылать письма по другим областям и по всей исправительной системе. Первыми откликнулись новосибирцы. Почти целый год шли переговоры — продали оборудование с «Терминалом осужденного» только в конце 2012 года. Это трудоемкая долгая волокита, но в итоге получили конкретную сумму.

— В Новосибирске пришлось искать другую компанию для приобретения терминалов?

— В управлении ФСИН по Новосибирской области сразу поставили условие, что будут брать программу с оборудованием. Так что да, начал искать подходящую компанию, чтобы сэкономить на доставке. В Новосибирске оказалось несколько фирм, которые производят терминалы, но самая низкая цена была у «Сенсорных технологий». Посчитал, сколько оборудование стоит, сделал накрутку, чтобы было не обидно заниматься. В итоге один терминал с программой — 55–60 тысяч руб­лей. Моя маржа — 20 тысяч. Отправил это предложение во ФСИН. Они посмотрели, сколько железо стоит в других местах, и родилась схема: я продаю лицензию «Технологиям», а они конечный продукт — колониям. Ценник, по которому сошелся с «Технологиями» — чуть поменьше 20 тысяч руб­лей, зато они взяли на себя всю волокиту по сделке, просто запрашивая у меня необходимое количество лицензионных версий для очередной поставки.

— Исправительное учреждение заключает договор с вами или только с «Сенсорными технологиями»?

— Могут быть разные схемы. Когда делали централизованные поставки в Новосибирск, областное управление ФСИН заключало договор с «Сенсорными технологиями», а те у нас покупали лицензию, чтобы поставить оборудование. Дело в том, что когда речь идет о больших поставках, то государственные учреждения обязаны проводить тендер, запрашивать котировки. Если были бы аналоги программного обеспечения, то мог бы участвовать еще кто-то. Но наш «Терминал осужденного» — он единственный, уникальный в России.

— Сейчас есть поставки?

— Нет. Сделка занимает слишком много времени. Нам, как «АйТи-Дилеру», проще делать поддержку юридических лиц. Возможность поставки есть, но спрос снизился. Из колоний мало кто обращался, в последние годы просто нет денег. С середины 2013 года все колонии ждут финансирования.

— Были ли случаи взлома «Терминала осужденного»?

— Были. Но ничего такого, что представляло бы опасность. Осужденным иногда скучно, и они ради забавы ломают браузер и открывают некоторые запрещенные сайты. Администрация колоний это отслеживала, и мы стали писать патчи — специальные «заплатки», которые устраняли огрехи и ошибки и отлаживали программу. Так что система развивается и поныне.

— Как на ваш бизнес повлияли продажи программы «Терминал осужденного»?

— Они помогли мне начать второй бизнес — «Тачпойнт». А еще это был опыт работы с госконторой. Я понял, как начать бизнес в сфере B2B, чтобы все было быстро и сделка закрывалась за месяц.

«Два месяца — это слишком долго»

— Написать программу «Видеосвидания для осужденных» тоже предложил ФСИН?

— Да. Существует древний аналог, который неудобен, а потому не пользуется спросом. Чтобы поговорить с близким человеком, нужно писать заявку, едешь на почту и уже оттуда общаешься.

— От вас потребовалось написать некий аналог Skype?

— Верно. Мы сделали акцент на устранении слабых мест в прежней программе. Оплата без лицевых счетов через мобильный платеж. Но в любом случае от осужденного требуется написание соответствующего заявления. Не нужно никаких особых навыков, автору звонка нужно иметь интернет-браузер, например, Google Chrome или Mozilla, а осужденный сидит с программой за обычным компьютером, но можно использовать и «Терминал осужденного». По сути, это конференцсвязь между осужденным, тем, кто ему позвонил, и надзирателем, который находится в другом помещении.

— Куда перечисляются деньги?

— Планировалось использовать мобильный платеж, банковскую карту и списание с лицевого счета внутри колонии. Тут сложностей нет — есть платежные агрегаторы, которые предоставляют доступ. Деньги хранятся в системе агрегатора, потом переводятся на расчетный счет фирмы. У каждого разговора есть уникальный номер, и в платежной системе указывается счет с этим номером, так что если оплата прошла, то все хорошо.

— В каком виде сейчас программа видеосвиданий? На стадии бета-тестинга?

— Полностью протестирована, но мы просто не делаем финальную версию. Заказчика не совсем устраивает предложенная нами бизнес-модель. Наши расчеты показали, что 15-минутный разговор стоит 180 руб­лей. Меньше не можем себе позволить. Наш доход — 60–80 руб­лей. Чуть больше получает ФСИН. Оставшаяся часть — платежному агрегатору, куда перечисляются деньги за звонок. Но ФСИН сейчас тормозит переговоры. Дело в том, что регио­нальные структуры, вроде ГУИН по Кемеровской области, не могут сами зарабатывать. Деньги сначала должны пойти в Москву и лишь через пару месяцев вернуться в регион. А это не устраивает местную бухгалтерию. Да и первое время мы прогнозируем очень небольшое количество видеосвиданий, соответственно и отчисления в пользу ФСИН будут незначительными. Потом, конечно, начнется рост. 

У партнеров

    Реклама